b000001687

209 УТОШЯ РЕНАНА И ТЕОРІЯ АВТОНОМШ ЛИЧНОСТИ ДЮРИНГА. 210 различно. Пусть собесѣдаики діалоговъ Ре- нана суть не реальныя лица, а «отвлеченія», какъ онъ увѣряетъ. Въ діалогахъ, во всякомъ случаѣ, ярко отразилась очень любопытная сторона современной нравственно-политиче- ской мысли. Согласно предложенію одного изъ собе- сѣднпковъ, діадоги ведутся въ три нріема. Въ первомъ отдѣлѣ трактуются «достовѣрно- сти» (сегШийез), во второмъ — «вѣроятно- стн», въ третьемъ развиваются <мечты». По мнѣнію друзей философовъ, нигдѣ въ природѣ, насколько хватаетъ умственное зрѣ- ніе человѣка, не замѣчается слѣдовъ дѣя- тельности существъ, подобныхъ человѣку и выспшхъ, чѣмъ онъ. Въ этомъ заключается первая достовѣрность. Однако, если никакой капризъ, ничья частная воля не вмѣши- вается въ теченіе міровой жизни, то, тЬмъ не менѣе, міръ имѣетъ какую-то таинствен- ную, божественную цѣль и стремится къ ней, какъ растеніе къ свѣту, какъ ребенокъ изъ утробы матери на бѣдый свѣтъ. Міръ, какъ цѣдое, стремясь къ своей цѣлн, экс- плуатируем, все частное, индивидуальное, въ томъ чпсдѣ и человѣка. Природа застав- ляетъ насъ служить своимъ собственнымъ цѣлямъ, но дѣлаетъ это такъ искусно, съ такимъ макіавеллизмомъ, что мы и не дога- дываемся о подчиненности своей роди. При- рода вложила въ насъ извѣстныя стремденія, желанія, потребности, по удовлетвореніи ко- торыхъ мы однако немедленно разочаровы- ваемся. Это потому, что, въ существѣ вещей, мы совсѣмъ не ради себя желаемъ и стре- мимся, а ради верховныхъ цѣдей природы, которая заманиваетъ насъ и надуваетъ. Что то организуется на нашъ счетъ; мы — игруш- ка въ рукахъ высшаго эгоизма, эгоизма природы. Напримѣръ, съ точки зрѣнія на- шего личнаго счастья, добродѣтель совсѣмъ не нужна и даже необъяснима, не добродѣтель индивида нужна для цѣдей природы, и вотъ почему мы слышимъ въ себѣ ея годосъ, вотъ почему мы способны на самоотвѳрже- ніе, совершенно безсмысленноѳ съ личной точки зрѣнія. Возьмемъ болѣе частный и бодѣе осязательный примѣръ. Общественное мнѣніе жестоко караетъ нецѣломудрен- ность женщины и болѣе, чѣмъ снисхо- дительно смотрптъ на нецѣдомудренность мужчины, оно почти смѣется надъ тѣми са- мыми качествами въ мужчинѣ, который по- чти боготворитъ въ женщинѣ. Почему такая нелѣпая разница? Но она совсѣмъ не не- лѣпа съ точки зрѣнія цѣлей природы. Недо- статокъ цѣломудрія въ женщинахъ мѣшалъ бы оплодотворенію и, слѣдовательно, пріостано- видъ бы распространеніе рода тедовѣческаго: наоборотъ, недостатокъ цѣломудрія въ мужчи- нахъ можетъ только способствовать раз- множенію. А природѣ это и нужно, ей нужны люди, какъ кирпичи для воздвигаемаго ею зданія. Вотъ почему она искусно вложила въ людей убѣжденія, который могутъ ка- заться странными, нелѣпыми предразсудка- ми. Самое важное изъ этііхъ недоразумѣній есть питаемое людьми инстинктивное уваже • ніе, а иногда и прямое стремленіе къ са- мопожертвованію. Съ личной точки зрѣнія. эгоизмъ разуменъ, но, повинуясь голосу при- роды, которой нужно самопожертвованіе пн- днвидовъ (мы сейчасъ увидимъ зачѣмъ), мы презираемъ эгоизмъ и стыдимся его. И въ этомъ заключается высшая правда. Такимъ образомъ, какой-то высшій планъ управляетъ нами и увлекаетъ насъ. Это — вторая досто- вѣрность. Изъ нея вытекаютъ чрезвычайно важныя сдѣдствія. Въ огромномъ бодыпинствѣ сдучаевъ люди не понимаютъ характера своей жизненной роди. Они любятъ, плодятся, сѣютъ, жнутъ, собираютъ въ житницы, борятся, добива- ются, достигаютъ, падаютъ, не замѣчая иллюзуарнаго характера своей дѣятедьности, ничему не научаясь изъ опыта разочарова- ній, и сдѣпо увѣрены, что продѣлываютъ все это ради своихъ собственныхъ пнте- ресовъ. Но нѣкоторымъ удается пронп- кнутъ въ хитроумные обманы природы, сознать свое положеніе вѣчно обманывае- мыхъ и куда-то заманиваемыхъ. Такимъ пред- стоитъ два пути: возмущеніе и покорность. (Типомъ возмутившихся Ренанъ считаетъ Шопенгауера, а покорившихся — Фихте). Возмутившійся беретъ въ руки оружіе кри- тики и рубитъ имъ направо и надѣво, раз- рушая всѣ иллюзіи, обязанный своимъ су- ществованіемъ ковамъ природы: истину, благо, любовь. Онъ разбиваетъ въ людяхъ вѣру въ жизнь, показывая ея ничтожество: отравляетъ каждое наслажденіе, показывая, нелѣпость всѣхъ стремденій, желаній, идеа- довъ; разнуздываетъ людей, показывая, что, съ точки зрѣнія ихъ эгоистическихъ инте- ресовъ, узы, налагаемый инстинктами редигіи, любви, потребностями въ добрѣ и истинѣ, не выдерживаютъ критики. Такая революціон- ная дѣятельность преступна и безиодезна. Въ концѣ концовъ, побѣда останется всегда на сторонѣ природы, которая сдишкомъ хорошо приготовилась. И есдибы революціонеру уда- лось кого-нибудь соблазнить, то всегда оста- нется громадная масса людей, безсознатедь- но подчиняющихся велѣніяиъ и хитростямъ природы, наивно ищущихъ непосредственна- го счастья, отдающихся иддюзіямъ. Однако это — удѣдъ непрогвѣщенной массы, черни, а не мудрецовъ. Мудрецамъ предстоитъ созна- тельная покорность п содѣйствіе цѣдямъ при- роды. Мудрецъ долженъ быть сотрудникомъ высшаго существа, помогать ему обманывать