143 СОЧИНЕНІЯ Н. К. МЖХАЙЛОВСЕАГО 144 'іііііі - і» 1 ' Я ііі 11 Іііѵ I 4кі , ш Щщ Ііі іі й|у іі ІІІ а (О ига» ,1 ИІ1ІІ1К. богатствамъ, къ суммѣ идей и знаній, находящихся въ данную минуту въ распоряженіи общества. Если мы будемъ сравнивать теперешнюю журналистику съ журналистикой шестидесятыхъ годовъ, то увидимъ, что роль послѣдней была по преимуществу распредѣляющая, а первой по преимуществу на копляющая. И той и другой свойственны одностороннія увлеченія: одна сдишкомъ пристрастна къ выводамъ, другая —къ фактамъ; одна торопится распредѣлять, мало заботясь о накопленіи матеріаловъ и выработкѣ орудій, другая копитъ безъ всякой определенной цѣлп. Но увлеченія и ошибки журналистики шестидесятыхъ годовъ, какъ бы велики они ни были, не могли извратить самаго смысла журналистики; именно потому, что для распредѣленія нельзя не имѣть богатствъ, для выводовъ нельзя не имѣть фактовъ, и ошибка тутъ можетъ быть только въ томъ, что факты принимаются въ соображеніе мало. Ошибки и увлеченія теперешней журналистики совсѣмъ иного рода: они убиваютъ самый принципъ журналистики, и оттого-то, боставляя, конечно, приговоръ извѣстными условіями, мы должны признать что уровень журналистики понизился. Читатель можетъ къ намъ придраться и замѣтить, что, давая факты, теперешняя журналистика тѣмъ самымъ занимается распредѣленіемъ знаній. Мы могли бы привести однако въ подтвержденіе своей мысли кое-какія соображенія; но, чтобы не отклоняться отъ дѣла, предпочитаемъ сказать, что не имѣемъ въ виду точнаго употребленія словъ «накопденіе» и «распредѣленіе», а употребляемъ нхъ только для сравненія. Въ шестидесятыхъ годахъ журналистика пмѣла опредѣленныя жизненныя цѣли, данный состояніемъ общества, и стремилась къ достиженію этихъ цѣлей, не обращая большого вниманія на запасъ матеріаловъ и на самый процессъ достиженія цѣлей; прежде всего имѣлись въ виду результаты. Пора была спѣшная, жизнь кипѣла, проснувшееся общество было застигнуто врасплохъ и заниматься накопленіемъ фактовъ было некогда; потребность была не столько въ фактахъ, сколько въ освѣщеніи ихъ; въ правилахъ поведенія и обращенія съ фактами, въ выводахъ, во взглядахъ на вещи, въ обобщеніяхъ, и журналистика ихъ давала. Въ этомъ была ея сила, но тутъ же лежала и ея слабость, ея Ахиллесова пятка. Обобщения и выводы требовались самою жизнью и въ свою очередь требовали талантовъ, и жизнь въ нихъ не отказывала. Но при маломъ количествѣ накопленнаго фактическаго матеріада обобщенія и выводы необходимо должны были страдать скороспѣлостью. Однако, этимъ не извращался нормальный типъ журналистики, потому что журналистика осязана именно давать выводы, правила обращенія съ фактами, обобщенія, и нужно только желать, чтобы они были основательны. Скороспѣлость, конечно, и устранилась бы дальнѣйшимъ процессомъ самой жизни, если бы эта жизнь вдругъ не омашинилась, если бы жив ой организмъ не превратился въ мертвую машину. Нынѣ все идетъ, повидимому, въ обществѣ какъ слѣдуетъ; всѣ общественный отнравленія совершаются правильно, правильнѣе, чѣмъ когда-нибудь, и едва ли не до неправильности правильно; явились новыя профессіи, новыя практичеческія сферы дѣятельностп: баронъ Н. А. Клрфъ получилъ возможность практически заняться просвѣщеніемъ народа, не выходя изъ предѣловъ благонамѣренности; г. Верещагинъ устраиваетъ артели, не впадая въ содіализмъ; г. Колюпановъ устраиваетъ сельскіе банки, даже браня этотъ сощализмъ, и не безъ увлеченія. Но духъ жизни и мысли все-таки отлетѣлъ отъ общества и безцѣльность, тоска на все наложили свою тяжелую, тусклую свинцовую печать, русло жизни оскудѣло. Только теперь, со времени франкопрусской войны, показалась какая-то рябь. Можетъ быть, намъ и перепадутъ кое-какія крохи съ чужой трапезы и мы еще разъ поживемъ. Естественное дѣло, что, какъ только общество омашинилось, въ журналистикѣ таланты уступили мѣсто трудолюбцамъ и на первый планъ выступили не результаты дѣятельности, а самая дѣятельность въ ея процессахъ и наконленіе матеріаловъ. Мы стали, вообще говоря, основательнѣе и солиднѣе, но зато суше и бездарнЬе. Мы не" говоримъ, конечно, чтобы въ журналистикѣ шестидесятыхъ годовъ дѣйствовали талантливые лѣнтяи, а теперь поголовно бездарные трудолюбцы и компиляторы. Таланты есть и теперь, а журналисты шестидесятыхъ годовъ работали на общество, и, поскольку имъ оставалось времени, и надъ собой, столько, сколько теперь работаютъ весьма немногіе журналисты. Мы говоримъ только объ общемъ тонѣ двухъ періодовъ нашей журналистики. Талантъ и трудолюбіе, конечно, не исключаютъ другъ друга. Но бываютъ моменты, когда таланты слишкомъ надѣются на свои силы и, страстно желая достигнуть извѣстныхъ результатовъ, разсчитываютъ добѣжать до нихъ однимъ ирыжкомъ. Бываютъ другіе моменты, когда трудъ теряетъ всякій смыслъ и нисходитъ до роли бѣгающей въ колесѣ бѣлки. Если журналистика шестидесятыхъ годовъ давала сдишкомъ большое предпочтеніе мысли передъ фактомъ, приложенію передъ знаніемъ, то теперешняя журналистика внадаетъ въ про-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4