1007 СОЧИНЕШЯ Н. К. МИХАИЛОВСКАГО. 1008 іЗ ' V і 1 Ііі . '■ ІІ; I І9 министративно-хозяйственной автономіи уѣзда. Ничего, конечно не можетъ быть скромнѣе и дозволительнѣе этой задачи, но какъ неизмеримо няодотворно ея правильное разрѣшеніе! Повидимому, тѣсная, она такъ широка, что вмѣщаетъ въ себѣ всю трагическую соціальную задачу западнаго подитическаго бытія, для самаго запада едва ли разрѣшимую. Въ уѣздѣ, какъ въ клѣточкѣ или ячейкѣ, сходятся и соприкасаются всѣ элементы нашего земскаго и государственнаго строя. Въ уѣздѣ, какъ въ зернѣ, наша будущность... Тутъ и вопросъ о волости, и о полиціи, и о взаимпомъ отношеніи сословнаго, народнаго и безсословнаго, интеллигентнаго слоя (?), стихіи общинной и личной, мирового суда и администраціи; наконецъ, вопросъ о живомъ объединеніи всѣхъ элементовъ и силъ въ одно реальное цѣлое, о томъ дѣйствительномъ значеніи, которое бы могло тогда имѣть мѣстное земское собраніе... Да, эта задача стоила бы того, чтобы надъ ней поработали цѣлыя комиссіи избранныхъ людей по всѣмъ уѣздамъ Россіи! Но, такъ какъ этого не сдѣлано, отчего же не потрудиться надъ нею печати, концентрируя всѣ разрозненный теперь пзслѣдованія». Въ этомъ именно состоитъ миссія «Руси». Она проситъ земскихъ и другихъ людей < поразвѣдать мысль крестьянъ и прочихъ классовъ уѣзднаго общества, и попытаться начертать обдуманно, на мѣстахъ, сообща планы уѣзднаго самоуправленія>. Не бѣда, утѣшаетъ г. Аксаковъ: —если наши труды не будутъ приняты въ соображеніе и останутся внѣ всякаго практическаго примѣненія: работа будетъ, во всякомъ случаѣ, полезна для просвѣтленія нашего самосознанія. Еще бы! Отъ бездѣлья и то рукодѣлье. Но вы понимаете, во всякомъ случаѣ, почему вступительная картина передовой статьи «Руси>, вмѣсто яркихъ образовъ и мрачнаго колорита дѣйствительности, наполнилась какими-то «настроеніями», «недоумѣніями>, «сомнѣніями». Если для характеристики положенія вещей достаточно этихъ расплывчатыхъ, неопредѣленныхъ терминовъ, этихъ зсішапкепсіеп ОезЫЬеп, да если еще вдобавокъ въ ту же картину втиснуты «дивные лодвиги>, «невиданныя міромъ силы> и проч., то понятно, что время терпитъ; можно спокойно «развѣдывать» мысли крестьянъ и другихъ классовъ уѣзднаго общества, потомъ «обдуманно начертать» планъ уѣзднаго самоуправленія безъ всякой надежды на его практическое примѣненіе, а единственно для познанія всякаго рода вещей. При такихъ условіяхъ можно, пожалуй, и квадратурой круга заняться, что и предлагаетъ г. Аксаковъ. Въ самомъ дѣлѣ, планъ административнохозяйственной автономіи уѣзда, при той постановкѣ вопроса, какую емудаетъ <Русь>, есть настоящая квадратура круга. Если въ административно-хозяйственной автономіи уѣзда видѣть не празднословіе, не игру ума, свободнаго отъ практическихъ треволненій, а нѣчто серьезное, то, пожалуй, г. Аксаковъ отчасти правъ, говоря, что рекомендуемая имъ задача заключаете въ себѣ трагическую задачу европейскаго политическаго бытія. Не въ соціальномъ, конечно, а въ политическомъ смыслѣ, это одна изъ самыхъ широкихъ и радикальныхъ задачъ, какія только могутъ представиться уму европейскаго политическаго мыслителя. Россія, въ видѣ огромной федераціи хотя бы только административно и хозяйственно - автономныхъ уѣздовъ —какой политическій радикалъ не умилится передъ этой картиной! Но дѣло не- въ умиленіи радикала, а также не въ томъ, что произошло бы при осуществлѳніи утопіи г. Аксакова, а въ самомъ пристуиѣ къ дѣлу. Г. Аксаковъ выражаетъ увѣренность, что для водворенія «живой правды въ уѣздѣ> «едва ли не безразлично все то, въ чемъ земства до сихъ поръ видѣли и видятъ помѣху». Но почему же г. Аксаковъ самъ сомнѣвается, чтобы «начертанные» въ тиши уѣздной жизни, основательнѣйшіе и скромнѣйшіе проекты получили какое-нибудь практическое значеніе? Должно быть, какія-нибудь помѣхи есть. Почему далѣе г. Аксаковъ только мелькомъ бросаетъ мысль о «цѣлыхъ комиссіяхъ избраиныхъ людей по всѣмъ уѣздамъ Россіи? Заявивъ о плодотворности такихъ комиссій, онъ сейчасъ же ирибавляетъ: «но такъ какъ этого не сдѣлано >, то и проч. Не сдѣлано! Можетъ быть только потому не сдѣлано, что идея «живой правды въ уѣздѣ» скрывалась доселѣ подъ спудомъ, какъ это иногда бываетъ съ весьма чудотворными мощами. Но разъ идея высказана и разъ высказывающій ее вѣритъ въ упомянутый комиссіи, онъ долженъ бы былъ, кажется, настаивать на этой мысли. Однако, г. Аксаковъ не настаиваетъ, а прямо переходитъ къ предложенію о познаніи всякаго рода вещей. Отчего же онъ не настаиваетъ? Должно быть, оттого, что есть какая-нибудь помѣха. Г. Аксаковъ, тѣмъ не менѣе, строитъ свою гипотезу обновленія Россіи уѣздною правдою на предиоложеніи, что подлежащія власти «предоставятъ намъ> разработку скромной и дозволительной задачи. Можетъ быть, и предоставятъ. А вотъ недавно, въ половинѣ ноября, московское общество сельскаго хозяйства ходатайствовало объ организаціи шестого очередного сельско-хозяйственнаго съѣзда въ 1882 г.—заI
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4