865 литер атурныя замѣтки 1880 г. 866 Я не знаю, сколько талантовъ дано г. А. Н., чальную разрозненность въ этомъ отношеніи, автору «совреиеннаго этіода>: «Довольно!», колеблемся въ ту или другую сторону. Наши напечатаннаго въ № 3-мъ «Русской Рѣчи». народные инстинкты болѣе схожи съ упорДолжно быть, много дано, потому что внут- ствомъ англо-саксонской расы; но въ наренняя сила, молодецкая удаль такъ и брыз- шей интеллигенціи, въ нашемъ культурномъ жетъ изъ каждой строки его «современнаго слоѣ, къ сожалѣнію, замѣчается сходство этюда». Этюдъ не великъ, меньше печатнаго скорѣе съ романскою расой. Мы также полиста, но онъ могъ бы быть и еще гораздо рывисты, и прптомъ на весьма короткій меньше. Его можно бы было, безъ малѣй- срокъ, но затѣмъ опускаемъ руки, теряемъ шаго ущерба для вкуса, цвѣта и запаха, всякую энергію сами и даже начинаемъ свести, примѣрно, къ такому ряду восклица- плакаться и заражать тою же апатіей и дій: < эхъ вы! пріуныли! нешто годится доброму другихъ, заражать юное поколѣпіе наше, русскому молодцу бабиться, объ своей судьбѣ которое не принимало участія въ нашемъ печалиться?! Расиу стили нюни-то! А вы вотъ порывѣ, но слышитъ только наши сѣтованія какъ дѣлайте: вотъ онъ я!» Къ этому ухар- и старческій разслабленный стонъ». скому бахвальству «этюдъ» г. А. Н. могъ бы ЗагЬмъ, г. А. Н. всласть предается расбыть сведенъ не только безъ ущерба для пространенію восклицанія: «довольно! >, т. его достоинствъ, а даже съ нѣкоторою для е. довольно унынія, будемъ бодры и пронего выгодою. Когда подгулявшій молодецъ, чее такое. Развитіе этой темы, однако же, въ сапогахъ бураками и въ новой ситцевой уже напередъ значительно парализовано учерубахѣ, куражится въ такомъ вкусѣ передъ ными соображеніями автора по мало изслѣсосѣдними парнями и дѣвкаии, онъ пред- дованному предмету психологіи народовъ. ставляетъ очень цѣльный и въ своемъ родѣ Въ самомъ дѣлѣ, если каждой націи, по сапривлекательный образъ. Всѣ зрители и мой ея природѣ, свойственъ особый видъ слушатели отлично знаютъ, что онъ только энергіи, такъ вѣдь ужъ тутъ ничего не покуражится, что и удали никакой особенной дѣлаешь: Волга-матушка вспять не побѣжить, въ немъ нѣтъ, что и плясать-то онъ даже романская энергія не превратится въ англоне гораздъ; а такъ просто выпилъ человѣкъ саксонскую и обратно. Вся эта диссертація и куражится, съ общаго безмолвнаго согла- о расахъ приплетена, значите, ни къ селу сія, будто онъ и вправду аховый молодецъ. ни къ городу, больше въ видѣ архитектурОнъ и самъ понимаете, что это не болѣе, наго украшенія, по существу, совершенно какъ фикція, но такъ какъ она никому не ненужнаго. Да и въ качествѣ архитектурвредите, а ему любо, то онъ входите въ наго украшенія, она плоска и шаблонна, роль, и иредставленіе идете себѣ своимъ какъ греческіе фронтоны нашихъ старыхъ чередомъ, при всеобщемъ смѣхѣ. Выходите помѣщичьихъ домовъ. Любой писарь воендобродушно, безобидно и забавно. Но этотъ наго министерства (это народъ, ка,къ изпривлекательный образъ разсыпался бы пра- вѣстно, чрезвычайно цивилизованный), скахомъ, еслибы веселый парень вздумалъ въ жете вамъ, другими словами, конечно, но серьезъ, «отъ разума», величаться передъ съ тѣмъ же апломбомъ, то же самое, что «молодцами» и корить ихъ за то, что они говорите г. А. Н., то-есть, что французы— пріуныли. Совсѣмъ это не ето дѣло. Разсы- народъ легкомысленный, а англичане —наропивъ забавно-ухарскія восклицанія резо- родъ упорный. И все это, если не на чинами, онъ всю свою обѣдню исиортитъ. стоту, то, по крайней мѣрѣ, на половину Такъ и съ г. А. Н. случилось. Конечно, вздоръ. Такъ, напримѣръ, въ тѣхъ историмудрено составить «этюдъ» изъ восклпцаній: ческихъ событіяхъ, который обыкновенно «эхъ, вы! пріуныли!» да <вотъ онъ я!» Но приводятся, какъ свидѣтельство порывистовъ стихахъ это, можете быть, и не дурно сти французской энергіи, французское кревышло бы, особенно если въ томъ ^иа8і- стьянство, вообще говоря, почти не участпародномъ вкусѣ, къ которому покойный вовало; а когда оно еп таззе выступало на гр. Алексѣй Толстой часто прибѣгалъ. Мо- историческую сцену, какъ въ жакеріи, оно жетъ быть, разумѣется, и тогда вышло бы вело себя совершенно такъ же, какъ русдурно, а теперь то ужъ навѣрное не хорошо, ское крестьянство, во времена Разина, Пуга- « Этюдъ» открывается маленькой диссерта- чева и т. п.; а русскому крестьянству г. ціей объ энергіи. Энергія, видите-ли, «разсма- А. Н. усвоиваетъ энергію англо-саксонскаго тривая ее, какъ общественную силу, какъ энер- типа, рѣзко противорѣчащаго типу романгію націи, бываете двухъ родовъ, сообразно скому. характеру націи». Энергія романской расы по- Недовольно объ этпхъ пустякахъ. Обрарывиста, но кратковременна и разрушитель- тимся лучше къ той проповѣди упорной на, въ англо-саксонской, напротивъ, онъ про- энергіи, съ которою г. А. Н. обращается является медленно, но упорно. Что касается къ намъ, предварительно объявивъ насъ по насъ, россіянъ, то мы «представляемъ пе- самой природѣ нашей къ упорной энергіи Соч. Н. К. МГХАЙЛОВСКАГО, т. IV. 23
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4