65 ИДЕАЛИЗМЪ, РЕАЛИЗМЪ И ИДОЛОПОКЛОНСТВО. 66 одинаково естественны, и потому требованіе естественности, какъ условія нравственности, есть недѣпость, протпворѣчіе или игра словъ. Ни къ какому обобщенію оно не ведетъ. На дѣдѣ всякій. поннмаетъ «естественность» но своему и называетъ естественнымъ то, что ему нравится. Наши пришлые люди правы, когда говорятъ, что они не идеалисты, но ихъ символъ вѣрыне есть и реализмъ. Онъ есть идолопоклонство на реалистической подкладкѣ. И на этомъ-то пунктѣ столкнулись съ ними искатели низкихъ истинъ, какъ оружія противъ насъ возвьшающихъ обмановъ. Но положеніе искателей низкихъ истинъ было несравненно сложнѣе и труднѣе, чѣмъ положеніе иришлыхъ людей, потому что они были добросовѣстнѣе. Имъ сплошь и рядомъ приходилось признавать естественнымъ не то, что имъ нравилось вообще, а что нравилось имъ только какъ необходимый логическій выводъ, но противъ чего возмущалось ихъ чувство. Они приносили идолу естественности часто огромный жертвы. Въ печати подобныя жертвоприношенія совершались, разумѣется, относительно говоря, рѣдко, рѣже во всякомъ случаѣ, чѣмъ въ обществѣ, однако, совершались. Когда, напримѣръ, одинъ писатель изъ искателей низкихъ истинъ съ задоромъ объявилъ, что рабство есть лучшій исходъ для сѣверо-американскихъ негровъ, онъ приносилъ жертву идолу естественности, и навѣрное она стоила ему не дешево, хотя, конечно, наслажденіе кажущеюся логичностью маскировало до извѣстной степени для него самого разладъ между теоретическимъ положеніемъ и идеаломъ. Иногда эти жертвонриношенія доходили почти до смѣшного. Такъ, напримѣръ, другой искатель низкихъ истинъ, покойный Нисаревъ, сидя г.ъ крѣпости за политическую неблагонадежность, весьма пространно и азартно доказывалъ, что «мыслящій реалистъ> долженъ сидѣть за естественными науками, дѣлать свое дѣло и не мѣшаться въ чужія, что ему должно быть все равно, какъ живутъ другіе и т. д. Конечно, не идеалъ свой рисовалъ Нисаревъ, а идола, который казался ему превосходнымъ, какъ яко бы логическій выводъ изъ основныхъ положеній реализма; но которагб онъ на дѣлѣ отнюдь не бралъ себѣ за образецъ. А что дѣлалось между нами, не писавшею, а просто жившею молодежью того времени... Какъ мы, искатели истины, лгали и ломались, преклоняясь передъ какимъ-нибудь идоломъ Базаровымъ! Какъ бравировали мы базаровскимъ «богатымъ тѣломъ», черствостью и т. п., когда намъ такъ хотѣлось любить! Какъ трещалъ на насъ по всѣмъ швамъ узкій, якобы реалистическій мундиръ, который мы, подъ вліяніемъ Соч. Н. К. МИХАЙЛОВСКАГО, Т. ІУ. увлеченія и травли, старались напялить на себя во что бы то ни стало! Какъ легко доставалось намъ въ теоріи обращеніе изъявительныхъ наклоненій нашихъ краткихъ и ясныхъ формулъ въ наклоненія повелительныя, и какихъ мукъ стоилъ тотъ же фокусъ на практикѣ!.. Пришлые люди говорятъ почти то же, что и мы говорили, но чувствуютъ они и живутъ не такъ, какъ мы чувствовали и жили. Въ числѣ поименованныхъ нами краткихъ и ясныхъ якобы реалистическихъ формулъ есть одна, относительно которой читатель можетъ потребовать спеціальнаго разъясненія. Мы разумѣемъ положеніе: законы исторіи непреоборимы. Понятая безусловнымъ образомъ, эта краткая и ясная формула сводится къ весьма малоп,ѣнному утвержденію: что будетъ, то будетъ. Это просто безсодержательныя скобки, въ который могутъ быть поставлены и, дѣйствительно, ставятся фразы съ весьма и весьма несходнымъ содержаніемъ. Искатели низкихъ истинъ ставили въ число законовъ исторіи ростъ и торжество истины и справедливости. Это теченіе они считали непреоборимымъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ они не считали и нужнымъ бороться съ нимъ, такъ какъ это былъ путь, ведущій къ осуществленію ихъ идеаловъ. Но изъ этого не слѣдовало, чтобы они должны были сидѣть сложа руки, такъ какъ законы исторіи, во всякомъ случаѣ, реализируются при посредствѣ отдѣльныхъ личностей и сидѣть сложа руки, не двигать исторію невозможно. Дѣятельность искателей низкихъ истинъ, совпадая съ законами исторіи, какъ они имъ представлялись, должна, однако, была всетаки состоять въ борьбѣ съ явленіями, который уже въ силу того, что они существовали, имѣли право на титулъ исторической законности Искатели низкихъ истинъ стремились, однако, ихъ смести, уничтожить. Очевидно, что руководящею нитью ихъ дѣятельности не была краткая и ясная формула: законы исторіи непреоборимы, а нѣкоторый идеалъ, и понятіе непреоборимости законовъ исторіи играло при этомъ лишь служебную и чисто условную роль. Итакъ бываетъ всегда и вездѣ. Всегда и вездѣ идеалъ даетъ реальное содержаніе понятію о законахъ исторіи. Пришлые люди, рекомендующіе не прать противъ рожна акцій и реакцій или появленія въ извѣстный историческій моментъ нролетаріата, дѣйствительно, ие суть идеалисты, но только потому, что идеалъ ихъ находится нѣкоторымъ образомъ на точкѣ замерзанія, совпадаетъ съ дѣйствительностью. Изъ этого, однако, отнюдь не слѣдуетъ, чтобы они были реалисты. Они идолопоклонники на реалистической подкладкѣ Это особенно ясно въ тѣхъ случаяхъ, когда пришлые 3
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4