789 ЛИТЕР АТУРНЫЯ ЗАМѢТКИ 1879 г. 790 ной мрази, въ которую съ каждымъ днемъ все глубже и глубже опускается русская общественная жизнь. Не возьмутъ они на себя этого труда потому, что у нихъ самихъ «рыльце въ пушку». Проницательность по части разысканія литературныхъ корней и нитей оставляетъ имъ достаточно досуга для упражненій въ уголовной, скандальной, клубничной и пасквильной беллетристикѣ. Мало того, проницательность даже съ особенною охотою облекается въ эти паскудвыя формы, подъ предлогомъ изображенія «голой правды» и «казни порока». Мерзенштериы чрезвычайно проницательный народъ или. что то же, паши проницательные обвинители состоятъ почти сплошь изъ Мерзенштерновъ, а потому, разумѣется, нѣтъ никакой надежды, чтобы они, въ самомъ дѣлѣ, занялись любопытнѣйшимъ вопросомъ о происхожденіи русскихъ бонапартистовъ. Предоставимъ, значитъ, этотъ воиросъ будущему. Я имъ тоже не займусь. Но я обращу ваше вниманіе на странность положенія нашихъ бонапартистовъ. Такъ какъ у нихъ нѣтъ Бонапарта, то-есть такого живого конкретнаго образа, который былъ бы вмѣстѣ съ тѣмъ и политическимъ и нравственнымъ символомъ, и единымъ источнпкомъ всяческой благостыни, и объединяющимъ центромъ, то они грызутся между собою даже въ несравненно большей степени, чѣмъ грызлись настоящіе французскіе бонапартисты, когда погибъ Наполеонъ IV и еще не обрисовался Наполеонъ Ѵ. Н Боже! какія отвратительныя формы принимаетъ эта взаимная грызня бонапартистовъ, съ которыхъ снята даже узда Бонапарта, то-есть единственная возможная для нихъ нравственная узда! Кн. Мещерскій попробовалъ было погладить г. Суворина по головкѣ за добропорядочное поведеніе (добропорядочное, конечно, въ совершенно спеціальномъ смыслѣ кн. Мещерскаго), но былъ за это облитъ изъ веселой глубины «Новаго Времени» такими помоями, что отскочилъ, вѣроятно, даже съ нѣкоторымъ ужасомъ. Г. Незлобинъ печаталъ свои пасквиля въ «Московскихъ Бѣдомостяхъ», «Русскомъ Вѣстникѣ» и «Новомъ Времени >, и вдругъ изъ мрачной глубины курскаго острога раздается его голосъ, обзывающій эти почтенные органы «клоаками». «Новое Время>, печатавшее пасквили г. Незлобина, иосылаетъ ему въ свою очередь эпитетъ <грязнаго бездѣльника». Газета дѣлаетъ при этомъ прозрачные намеки, кого и за что именно выгнали откуда-то «съ иозоромъ и даже съ пощечинами». Въ довершеніе всего г. Цитовичъ, подъявшій мечъ и издающій, кромѣ собствепныхъ иронпцательныхъ произведеній^ еше пасквили г. Незлобина, вынужденъ печатно заявлять, что онъ никогда не занимался... мужеложствомъ!.. Большаго иозора литература, кажется, не можетъ испытать, большей грязи даже ни одинъ типографскШ станокъ не вынесетъ. Говорятъ, что если посадить въ тѣсную банку нѣсколько пауковъ, то они начинаютъ ѣсть другъ друга. Особенно, говорятъ, скверны въ такихъ случаяхъ такъ называемые крестовики, тѣ обыкновеннѣйшіе у насъ пауки, у которыхъ природа нарисовала на спинѣ очень фигурные кресты. Я никогда этого не видалъ, но отвратительноедолжно быть зрѣлище: эти раздутыя, мясистыя, жадныя существа съ такими большими туловищами и такими маленькими головами хватаютъ другъ друга длинными^ мохнатыми, крючковатыми лапами... бр! какая мерзость! И всетаки нѣтъ худа безъ добра. Вопервыхъ, если пауки даже совсѣмъ другк друга поѣдятъ, такъ что и на племя ничего, не оставятъ, то человѣчество отъ этогоровно ничего не потеряетъ. Значитъ, пусть,- ихъ. А во-вторыхъ... во-вторыхъ, опятьтаки пусть ихъ; пусть еще судорожнѣе корчатся крючковатый лапы паука, которому другой такой же паукъ отъѣдаетъ голову,, не замѣчая, что третій паукъ уже обхватилъ его такими же длинными, цѣпкими,. но побѣдпо дрыгающими лапами; пусть это зрѣдище скорѣе достигнетъ той высшей степени отвратительности, на какую оно только способно. Можетъ быть, тогда всѣ, кому слѣдуетъ, убѣдятся, что тѣсная банка есть только арена взаимнаго пожиранія пауковъ,. П. Однако, замѣтитъ, можетъ быть, иной наивный читатель, порокъ-то вѣдь надо казнить, и отчего же нѳ дѣлать этого въ беллетристической формѣ? Замѣчаніе отчасти,, пожалуй, резонное, а отчасти очень наивное, Хотя, но нынѣшнему времени, можетъ быть, не излишне было бы доказывать, что. дважды два совсѣмъ не стеариновая свѣчка, но я всетаки слишкомъ уважаю читателя,, чтобы пускаться въ разсужденія о мерзостипасквиля. А затѣмъ порокъ, дѣйствительно , казнить надо и дѣлать это въ беллетристической формѣ можно. Но если криминалисты замѣчаютъ, что настоящая, публичная казнь, производитъ иногда на зрителей совсѣмъ неожиданное впечатлѣніе, побуждая ихъ къ. подражанію палачу или преступнику, то тѣмъ паче справ едлаво это относительна казни беллетристической. Настоящій художникъ и искренній человѣкъ можетъ, конечно^
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4