-г ■ Л1 ' ' «03 СОЧИНЕШЯ Н. К. ШХАЙЛОВСКАГО. 601 ЩЙІ' 1;і «ш' ш Ш|: Ш; ; ■ ГГ'^'Л й: в іі уиин-'НЧ* ■і гііі:! 'Я -чЛІІ., !|; ІУіЯч ІГ' 1 п,<і ІІ т .Шів и іміНі"*.. 7 Ур А" И Л|| Ш'" " Щ'' 4 11 11^ /[ІІ ,1 ч Ш, ' > "і «н 1 ■•'Л р|(( 1 г |')...|| Ж Ж, іі " ііШі !І , І ІЙ и', іі. ■ і ІІІй ■( |Щ| ^'1 1 «горченію. Въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ, вы наивны, какъ —простите —дилетанты, и •именно какъ диллетанты. мнящіе себя внравѣ поучать, ибо диллетантизмъ самъ по себѣ вовсе не обязываѳтъ къ наивности. Но коечто вы, однако, очень хорошо понимаете и 'коѳ-какія практпческія цѣли преследуете съ большою выдержкой. Въ виду этого, расположенные къ вамъ люди могутъ спросить ■себя: почему эти два почтенные мужа говорятъ неправду, будто успѣхъ книги князя Басильчикова не былъ омраченъ ни единымъ критическимъ облакомъ? Почему, въ : самомъ дѣлѣ? Неужели ради мелочнаго самолюбія перваго портного, который ни у кого не учился? Неужели ради того, чтобы безпрепятственнѣе вознестись на небо и пред- «тать оттуда внизу стоящимъ въ болѣе величеств енномъ видѣ? Вамъ лучше знать, мило- «тивые государи; но фактъ остается фактомъ: вы показываете неправду и зачѣмъ-то прячете дѣйствительныя отношенія журналистики къ труду князя Васильчикова. Позвольте мнѣ, собственно для уясненія дѣла и всего только на одну минуту, поставить величественное зданіе вашей памфлетноученой критики рядомъ съ скромной рецензіей, напечатанной въ «Отечественныхъ Запнскахъ». Л? 8, 1877 г. Рецензія эта, несмотря на свою скромность, обратила на себя вниманіе князя Васильчикова. Онъ счелъ нужнымъ возражать и, между прочимъ, выразилъ особенную обиду по поводу замѣчанія рецензента, что у него, князя, < цифры танцуютъ», а также по поводу нацоминанія •словъ Іисуса сына Сирахова: «горе сердцамъ •страшлпвымъ и рукамъ ослабленнымъ и грѣшнику, ходящу на двѣ стези». Если вы теперь потрудитесь мысленно удалить изъ •своей критики всѣ ваши личные, ни для кого не обязательные взгляды на обязанности науки и потребности нашего отечества, всѣ ваши сатирическія выходки и лирическіе возгласы, то убѣдитесь, что остальная, чисто фактическая ■ часть весьма подробно и даже излишне подробно развиваетъ, именно, эти двѣ мысли нашего рецензента. Вы приводите довольно много примѣровъ танцованія цифръ у князя Васильчикова, и хотя въ своемъ ученомъ самодовольствѣ школьнаго учителя приписываете его недостатку «ариѳметическихъ способностей» или незнанію таблицы умноженія, но танецъ цифръ, во всякомъ случаѣ, на лицо. Благодаря вамъ, и въ другихъ отношеніяхъ книга оказывается столь же небрежно составленною; вы указываете не мало настоящихъ историческихъ промаховъ, не такихъ, какъ «Кромвель и Елисавета>, а настоящихъ. Далѣе, когда вы, совершенно, справедливо указываете па двойственное отношеніе князя Васильчикова къ соціализму (напримѣръ, на стр. 48), то фактическою .объективною частью этого указанія только повторяете слова: «горе сердцамъ страшлпвымъ и рукамъ ослабленнымъ и грѣшнику, ходящу на двѣ стези >. Но скромная рецензія «Отечественныхъ Записокъ» выдѣляется изъ статей и замѣтокъ, вызванныхъ « Землевладѣніемъ и земледѣліемъ>, только своимъ общимъ характеромъ и опредѣленностью точки зрѣнія. Въ сущности же, всѣ эти замѣчанія и статьи, воздавая книгѣ похвалы, иногда и преувѳличенныя, старались показать, что князь Васильчиковъ «ходитъ на двѣ стези» и что цифры у него танцуютъ. Вы знаете, что таковъ, именно, былъ общій смыслъ почти всѣхъ возраженій князю Васильчикову по поводу его мнѣнія объ изіишнемъ размѣрѣ крестьянскихъ надѣловъ. Я отнюдь не думаю умалять заслугу вашей критики, поскольку заслуга, действительно, существуетъ. Отечества вы не спасли и сами весьма много напутали, монумента вамъ ставить не за что; но среди разсужденій, то наивныхъ, то дикихъ, среди придирокъ, то совсѣмъ вздорныхъ и ошибочныхъ, то совсѣмъ не важныхъ, вы сдѣлали не мало очень вѣрныхъ указаній, свидѣтельствующихъ, что князь Васильчиковъ всю свою работу дѣлалъ спустя рукава. Въ этомъ отношеніи, вы превзошли другихъ рецензентовъ и критиковъ, не имѣвшихъ ни достаточно злобы, ни достаточно терпѣнія для штудированія книги ѵоп Віаи га ВІаМ. Но замѣтьте, что и они, въ свою очередь, обратили вниманіе на такія стороны книги, который вы оставили втунѣ; мало того: вы оставили втунѣ даже всю соотвѣтственнуіа полемику, возникшую изъ-за книги; и того мало: вы на глазахъ у всѣхъ, среди бѣла дня, отрицаете самый фактъ этой полемики, утверждаете, что никто князю Васильчикову до васъ не прекословилъ. Скрывая фактъ полемики, вы просто вкратцѣ выражаете свое согласіе съ мнѣніемъ князя о чрезмѣрности крестьянскихъ надѣловъ. Вы пишете: «Невозможно объяснить обѣдненіе крестьянъ недостаточностью надѣла. Если имъ тяжело платить за настоящій надѣлъ, какъ утверждаютъ приверженцы этого воззрѣнія, то какъ же бы они стали платить за болыпій? Или предполагается, что этотъ болыпій надѣлъ надобно предоставить имъ даромъ или, по крайней мѣрѣ, на весьма льготныхъ условіяхъ, то-есть, что слѣдуетъ ограбить помѣщиковъ для того, чтобы обезпечить крестьянъ. Къ этому, невидимому, клонятся всѣ возгласы о недостаточности надѣла, возгласы, къ которымъ князь Васильчиковъ, надобно сказать къ его чести, не присоединяется» (233).
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4