_■' <:- 583 С0ЧИНЕН1Я П. К. МИХАИЛОВСКАГО. 584ШшІ ■ ■ПЦщ ( г;РІ ШІУ Ж ж іН' Щір Іі того же придѣла храма науки. Но снаружи все чинно, все тишь, гладь и божья благодать; все взаимныя и любезнѣйшія производства въ санъ магистра и доктора. Публика даже совсѣмъ привыкла къ той мысли, что вы другъ друга покрываете, что среди васъ одинъ великодушнѣе другого, и другой великодушнѣе одного. И вдругъ такое страстное безпристрастіе! А страстное безпристрастіе и само-по-себѣ — любопытная вещь. Профессоръ новороссійскаго университета получаетъ степень доктора за защиту диссѳртаціи «Общинное земдевладѣніе » . Защита (правда, не въ Одессѣ) проходитъ блистательно, до рѣдкости блистательно. А между тѣмъ, въ «Занискахъ новороссійскаго университета» появляется злѣйшая критика диссертаціи, клонящаяся къ совершенному разгромленію только-что увѣнчаннаго труда. Критику эту пишите вы, товарищъ г. Посникова, вѣроятно, очень часто сталкивающійся съ нимъ въ корридорахъ и аудиторіяхъ университета. Лежащая передо мною брошюра помѣчена извѣстною надписью: < Печатано по опредѣденію совѣта Императорскаго новороссійскаго университета. Ректоръ Н. А. Головкинскій > . Что за удивительное, благороднѣйшее безпристрастіе! Но ваше личное безпристрастіе идетъ еще далѣе. Вы торопитесь заявить: « Авторъ настоящей статьи напередъ протестуетъ противъ зачисленія его въ ряды стороиниковъ или противниковъ общиннаго землевладѣнія; говорить въ извѣстномъ вопросѣ за, или противъ того, что говорятъ другіе, еще не зиачитъ говорить за или противъ самого предмета вопроса». И вы остаетесь вѣрны этому заявленію; оставляете «предметъ вопроса> совершенно въ сторонѣ и на протяженіи трехъ слишкомъ печатныхъ листовъ только шпигуете г. Посникова. Опять-таки удивительное и благороднѣйшее безпристрастіе. Столь удивительное и благороднѣйшее, что намъ, простымъ смертнымъ, и не понять его. Мы можемъ, въ своей неученой слѣпотѣ, даже заподозрить благородство такого безпристрастія. Намъ можетъ придти въ голову такое соображеніе: какъ это такъ на пѣлыхъ трехъ печатныхъ листахъ держать < предметъ вопроса» подъ спудомъ и все свое остроуміе, и всю свою ученость направлять на личность автора разбираемаго сочиненія? До чего нужно изломаться и извратить въ себѣ самыя простыя требованія прюшчія и здраваго смысла, чтобы благополучно совершить такой фокусъ? Много говорятъ о неблаговидности полемическихъ пріемовъ, часто практикуемыхъ журналистами, и говорятъ иногда совершенно справедливо, но ничего подобнаго вашимъ пріемамъ я не помню. Бываетъ такъ, что иной газетчикъ, вмѣсто разговора о «предметѣ вопроса», наговоритъ силетенъ, наберетъ. нападокъ на шрифтъ и опечатки и т. п. — но не на трехъ же печатныхъ листахъ! Если къ этому объему статьи прибавить придирчивость, съ которою вы цѣпляетесь даже за отдѣльныя фразы и слова г. Посникова, язвительность, съ которою стараетесь острить на его счетъ, и старательность, съ которою вы провѣряли его цитаты—то получится въ высшей степени страстное безпристрастіе^ весьма рѣдко встрѣчающееся въ природѣ. Что же такъ задѣло васъ? Очевидно, не- < предметъ вопроса», потому что въ такомъ случаѣ вы не обнаружили бы такой холодности къ нему и не ухитрились бы промолчать о немъ, вертясь около него столько, времени. Задѣли васъ, надо думать, высшіе, общіе интересы науки и ея достоинство, поруганное г. Посниковымъ. О, безъ сомпѣнія такъ! Вы—поклонникъ. чистой дѣвственной науки и не могли стер-- нѣть оскорбленія, нанесеннаго этой прекрасной дѣвѣ г. Посниковымъ. Оскорбленш кровное, ибо, если вѣрить вамъ, г. Посниковъ: *а) не понимаетъ смысла вопроса н не знаетъ его литературы, а желаетъ лишь, сочувствовать вопросу; Ь) научно незнакомъ, съ политической экономіей, а между тѣмъ. взялся рѣшать вопросъ въ экономическомь. смыслѣ». Но этого мало. Васъ въ особенности возмущаютъ тѣ <пріемы, при помощи которыхъ авторъ успѣлъ составить свое «общинное землевладѣніе > въ двухъ выпускахъ (около 25 печатныхъ листовъ), не вложивше туда никакой мысли, никакого серьезнагасодержанія. И, при всемъ томъ, онъ сумѣлъ, придать своему произведенію такой впѣшній видъ, что оно можетъ вводить въ заблужденіе даже такихъ серьезныхъ людей,, какъ напр. ирофес. Кавелинъ или князь Васильчиковъ»; Эти коварные пріемы состоять^ по вашему объясненію, въ пользованіи неавторитетными источниками, въ заимствованіи цитатъ изъ вторыхъ рукъ и въумолчаніи о такомъ заимствованіи. Таково резюме вашей ученой критики. Замѣчу мимоходомъ, что не смотря на весь,.. свой ученый апломбъ, граничащій даже съ. наглостью, вы немножко отстали. Вы ещесчитаете князя Васильчикова < серьезнымъ » человѣкомъ и признаете за нимъ автори-- тетъ, тогда какъ гг. Герье и Чичеринъ со-- едипеннымп силами доказали, что это —ничтожнѣйшій изъ писателей, ничего ни въ. чемъ не смыслящій. Обработали они бѣднаго князя даже много старательнѣе и язвительнѣе, чѣмъ вы г. Посникова. Это вамъ— урокъ, милордъ: не пейте изъ колодца, наплевать придется, и, для пущей ученой.: Ни 1
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4