581 ПИСЬМА КЪ УЧЕНШІЪ ЛЮДЯМЪ. 582 преимущественно аристократическпхъ, во- лодость русской науки. И, конечно, эти дичпросъ мало кого интересовалъ, да и то вѣдь ныя свойства—не изъ тѣхъ, которыя сноне былъ приведенъ къ благополучному концу: собны возбуждать уваженіе къ ихъ обладагг^ Бутлеровъ, Вагнеръ остались при сво- телямъ. Это, въ лучшемъ случаѣ, лѣнь н емъ, а гг. Менделѣевъ, Шкляревскій—при чисто формальное, безучастное отношеніѳ къ своемъ. Что же касается болѣе сильныхъ, своему дѣлу. Замѣтьте: въ лучшемъ случаѣ, глубокихъ и свѣжихъ теченій нашей обще- Можетъ быть и гораздо хуже. Представители ственной жизни, то, чтобы не трогать насто- науки могутъ отклоняться отъ своего пря- ■ящей минуты, потрудитесь припомнить, на- мого дѣла въ сторону банковыхъ и бирже - примѣръ, наши увлеченія временъ Писарева, выхъ операцій, интригъ, взаимныхъ подсиКто удовлетворялъ тогда духовную жажду живаній и разной другой мерзости. живыхъ душъ? Талантливый молодой чело- Впрочемъ, милордъ, если я готовъ выдать вѣкъ, почти мальчикъ, историко-филологъ вамъ годовой подавляющее большинство свопо образованію, промѣнявшій свою спеці- ихъ собратовъ по профессіи, то и вы, каальность на журнальную дѣятедьность, ли- жется, не станете защищать своихъ товатературную критику и пропаганду —популя- рищей диапй-шёте. По крайней мѣрѣ, отризацію естествознанія, самъ набиравшійся носительно своего ближайшаго товарища, знаній среди журнальной работы. За нимъ профессора новороссійскаго же универсишди другіе, помельче. Сдѣлало-ли ваше со- тета, Постникова, вы являете образчикъ, словіе хоть что-нибудь для усиленія или повидимому, полнѣйшаго въ этомъ отношенщ предотвращенія этого увлеченія, вообще ка- безпристрастія въ статьѣ-брошюрѣ «Новые кого бы то ни было регулированія его въ пріемы защиты общиннаго землевладѣшя», какомъ бы то ни было смыслѣ, подожитедь- Это-то безпристрастіе и служитъ ближайномъ, или отрицательномъ? Ровно ничего, шимъ поводомъ настоящаго моего письма -Мы должны были выкарабкиваться собствен- къ вамъ. яыми силами, безъ малѣйшей помощи уче- Позвольте прежде всего сдѣлать одно заныхъ людей, ломать себѣ на ихъ глазахъ мѣчаніе; вы не остроумны, очень не острошеи, падать и опять карабкаться. Слѣдова- умны. Въ этомъ еще нѣтъ большой бѣды— тедьно. — не всѣмъ же быть остроумнымъ; остроуміе ІсЬ (іісЬ ѳЬгеп? ЛѴойг? есть очень пріятный пряный соусъ, безъ Можетъ быть, вы скажете, что предста- котораго можно, однако, обойтись, если жители русской науки намѣренно уединяютъ только есть что подавать подъ этимъ со- -себя отъ треволненій текущей жизни, дабы усомъ. Но ваша бѣда состоитъ въ томъ, •«покойно, въ тиши своихъ кабинетовъ, пре- что вы, при природномъ недостаткѣ остро- ,даваться разработкѣ чистой науки, предо- умія, за который вы не передъ кѣмъ не ставляя всѣмъ и каждому заимствовать у отвѣтственны, пытаетесь острить. Лучше бы нихъ что кому нужно. Плохая это доктрина, вамъ предоставить остроуміе и иронію друмилордъ, плохая и въ нравственномъ, и въ гимъ. Это —совѣтъ... дружескій совѣтъ, скалогическомъ смыслѣ. Но если она очень даже залъ бы я, еслибы не зналъ, что вы такъ превосходна, то гдѣ же плоды вашихъ уеди- же мало склонны принять мою дружбу, какъ ненпыхъ трудовъ? Простите откровенность я ее предложить вамъ. Вѣрнѣе, поэтому, бѣднаго человѣка, но я ихъ не вижу, за будетъ сказать, что я просто, въ качествѣ весьма малыми исоючеиіями. Правда, иногда читателя, не лишеннаго нѣкотораго эстетитоворятъ о смододой неокрѣпшей русской ческаго вкуса, рекомендую вамъ воздернаукѣ>, съ которой, дескать, нельзя много жаться отъ пріемовъ издоженія, вамъ не требовать. Надѣюсь, вы понимаете однако, свойственныхъ. что это —чистый вздоръ. Еслибы русская Впрочемъ, если хорошее издоженіе —хонаука росла на необитаемомъ островѣ, отъ рошо, а дурное — дурно, то это всетакк вѣка отрѣзанномъ отъ цѣлаго міра, тогда, вопросъ второстепенный. Будемъ смотрѣть можетъ быть, она имѣла бы право на мало въ корень вещей. почетный титулъ молодой и неокрѣпшей. Но Странное впечатлѣніе производить ваша русская наука можетъ, а сдѣдоватедьно, и критика сочиненія г. Посникова. Уже то должна быть богата всѣмъ громаднымъ бо- странно или, по крайней мѣрѣ, непривычно, гатствомъ европейской науки. Если не только, что одинъ ученый критикуетъ другого учѳкакъ говорятъ нѣмцы, еросіісшасііѳпсіѳ изсдѣ- наго съ такою язвительностью и озлобденідованія и открытія, но и второстепенный и емъ. Мы привыкли совсѣмъ къ инымъ отнотретьестепенныя научныя работы, имѣющія, шеніямъ въ средѣ учепыхъ людей. Изрѣдка, однако, извѣстное значеніе, производятся и то въ видѣ болѣе или менѣе темныхъ сдуевропейцами, а не русскими, то въ этомъ ховъ, доносятся до насъ свѣдѣнія объ интривиноваты личныя свойства членовъ вашего гахъ и взаимныхъ подсиживаніяхъ, практи- «сосдовія, а совсѣмъ не фантастическая мо- куемыхъ священнослужителями одного и 19*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4