331 СОЧИНЕШЯ н. К. МИХАЙЛОВСКАГО. 332: ложеніи трудно, почти невозможно достать себѣ работу безъ протекціи, родства, кумовства н личнаго знакомства съ сильными міра, однако толодъ—не тетка, и я продолжалъ звонить въ квартиры знакомыхъ нокойиаго отца. Теперь, разумѣется, я больше къ нимъ не пойду, потому что понялъ, наконецъ, какіе это люди. Затѣмъ я обѣгалъ очень много прнсутствениыхъ мѣстъ, всевозможныхъ конторъ и т. п. учрежденій и— опять напрасно. Что дѣлать? Я заложилъ послѣдній свой сюртукъ п изъ 2 рублей ссуды, что полугалъ за него, пожертвовалъ на нубликаціи объ урокахъ 1 р. 58 к. Всѣ три публпкаціи прошли для меня безслѣдно, можетъ быть, потому, что въ нихъ не было выраженій; „даю уроки за ничтожное вознагражденіе", или „ищу всевозможныхъ занятій", или же „предлагаю свои услуги пожиіымъ дамамъ за столъ и квартиру". А между тѣмъ изо дня въ день неумолимая нужда все болѣе и болѣе суживала кругъ моихъ жизненпыхъ потребностей. Время было торопиться разрѣшеніемъ голоднаго вопроса... И, вотъ, я надумалъ, въ ожиданіи лучпшхъ временъ, прибѣгнуть къ йоыощп мускульнаго труда. На другой же день я вышелъ изъ своей квартиры въ Лѣсномъ и направился въ Петербургъ искать поденной работы. Переходя Самсоніевскій мостъ, я вспомнилъ, что тутъ, въ угловомъ деревянномъ домѣ, по набережной Малой Невы, если съ моста завернуть налѣво, жнветъ мой товарпщъ, студентъмедикъ ГГетровъ. Я зашелъ къ нему съ намѣреніемъ взять у него хоть немножко денегъ. Петрова не было дома; я сталъ его дожидаться и отъ нечего дѣлать высунулся въ окно, выходившее _въ узкій, продолговатый дворъ, поросшій репейникомъ, лопухомъ и крапивой. Взглянувши въ лѣвомъ направленіи, я увидѣлъ часть берега Малой Невы и деревянную барку съ распиленными бревнами. Съ барки на берегъ велъ спускъ изъ четырехъ досокъ, неплотно прилегавшихъ одна къ другой, а отъ спуска по землѣ, мимо окна квартиры Петрова, слѣдовалъ непрерывный деревянный путь въ одну доску, скрывавшійся гдѣ-то на дровяномъ дворѣ. Трое рабочихъ занимались разгрузкою барки, безпрестанно прокатывая въ тачкахъ бревна на дровяной дворъ. Едва я успѣлъ все это наблюсти, какъ позади меня раздались скорые шаги, дверь въ комнату растворилась, п ко мнѣ подошелъ Петровъ, съ привѣтливой улыбкой протягивая мнѣ руку. — Ну что, Семеновъ, въ какомъ положеніп ваши дѣла? — Да что, Петровъ! Вотъ, думаю взяться за поденную работу, а то скоро и ѣсть будетъ нечего. — Знаете, мнѣ кажется, что вы неспособны къ физическому труду. Притомъ въ такомъ костюмѣ, въ какомъ вы теперь, васъ и не примутъ въ рабочіе. Я оглянулся на свой костюмъ. На мнѣ были надѣты сапогп съ вентиляціями, таковые же темнозеленые, клѣтчатые штаны, сѣрый жилетъ съ разорванною до воротника спиною и лѣтній пиджакъ, когда-то желтаго цвѣта. Голову мою защищала бѣлая стружковая шляпа съ большими полями. — Пустяки,—горячился я, —пустяки, чтобы мускульный трудъ мнѣ не былъ подъ силу... Да что говорить!.. Лучше всего посмотрите въ окно на этихъ мужпковъ. Посмотрите, всѣ они ниже и моложе меня, на взглядъ тощіе, а видите, какъ свободно везутъ тачки. Проводнвъ рабочихъ глазами, я продолжалъ: — Что же касается моей одежды, то ее, вѣдь, въ случаѣ надобности можно замѣнить и другою. — Ну, попытайтесь! — задумчиво произнесъ студентъ. — Да мнѣ ничего больше не остается дѣлать. Выйдя на улипу, я пошелъ навстречу мужикустарику, сходившему съ барки. Онъ ее сторожилъ и наблюдалъ за работою. — Отчего у васъ такъ мало работниковъ,— спросилъ я. — Да оттого, батюшка, что къ намъ не приходятъ рабочіе,—отвѣчалъ добродушно старикъ, слегка шамкая. — А я думалъ потому, что мало дровъ на баркѣ. — Еакое мало, батюшка, когда еще осталось саженъ семдесятъ. — А вы всякаго принимаете на работу? — Всякому, батюшка, рады. — Ну, такъ возьмите меня къ себѣ въ рабочіе. Старикъ широко ухмыльнулся. — Тяжелая работа, батюшка, —замѣтилъ онъ. — Э, ничего... вѣдь, работаютъ же они (я показалъ рукой), стало быть, могу и я. Старикъ слушалъ меня съ улыбкою, казалось,, окамекѣвшею на его лицѣ. Послѣ минутной паузы я продолжалъ: — А какую плату вы мнѣ дадите? — Да што они полудаютъ, то и вы получите... О платѣ, батюшка, вамъ надо съ ними переговорить. Отыскавши на дровяномъ дворѣ рабочихъ, я обратился къ нимъ съ предложеніемъ. — Братцы, хочу вмѣстѣ съ вами поработать; согласны-ли вы принять меня въ товарищи? Всѣ три мужика, вмѣсто отвѣта, молча уставились въ меня глазами. Я повторилъ свой вопросъ. На этотъ разъ одинъ изъ молодыхъ парней отвѣтилъ мнѣ, почесывая затылокъ: — Что-жъ, ничего... можно. — А какая плата?—поинтересовался я узнать. — Да разно, съ сажени плата. — Рубль выручаете въ день? — Мы-то? Мы зарабатываемъ и больше рубля въ день, рубля полтора. — А сколько работаете въ день? — Мы работаемъ съ четырехъ часовъ утра до семи вечера. — Гдѣ же у васъ еще тачки?—спросилъ я, оглядываясь во всѣ стороны и намѣреваясь сейчасъ же приняться за работу. — Здѣсь у насъ нѣтъ тачекъ,—отвѣчалъ парень,—тачки у насъ хозяйскія, и мы ихъ сюда привозимъ, когда надо. Завтра можно и для тебя захватить тачку. Только какъ же вдругъ-то, — какъ будто спохватясь, замѣтилъ онъ,—вотъ мы съ тобой договорились ужъ, а не знаемъ, каковъ таковъ ты работникъ.. Нѣтъ... ты намъ для прпмѣру хоть одну тачку сволоки. — Да, да, да, — подхватили остальные рабочіе,—чтобы мы, значить, вндѣли, какъ можешь ты работать. — Хорошо,—отвѣтилъ я и пошелъ на барку вмѣстѣ съ рабочими, потащившими за собою тачки. —Воображеніе мое заиграло. Я уже ви~ дѣлъ въ себѣ работника съ хорошо укрѣпленными мышцами и съ мѣсячнымъ заработкомъ въ 50 р. Я быстро побѣжадъ на барку. Рабочій, съ которым!. я договаривался, подкатилъ ко мнѣ пустую тачку и сказалъ: такъ и быть, я каждый разъ буду тебѣ свозить тачку на берегъ; твое дѣло—тащить ее по доскамъ во дворѣ. Я принялся за работу. Нагружая тачку бревнами, я чуть было однимъ изъ нихъ не отдавилъ себѣ ноги, два раза ронялъ бревно. Че-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4