193 КАРЛЪ МАРКСЪ ПЕРЕДЪ СУДОМЪ Г-НА Ю. ЖУКОВСКАГО. 194 жется съ нимъ чисто внѣшнимъ, формальньшъ образомъ, какъ платье вяжется съ вѣшалкой, на которой оно виситъ... Работникъ Маркса настолько же ровно создаетъ прибыль или прибавочную стоимость, насколько полоса желѣза, представляющая рычагъ, поднимаетъ тяжесть или собираетъ силу; онъ—не болѣе какъ орудіе въ рукахъзнанія и организаціи труда; и сила, создающая прибыль, находится точно также внѣ его, столь же чужда ему и посторонняя, какъ сила, дѣйствующая на рукоятку рычага». «Если источникомъ прибыли служитъ вообще психическій трудъ, продолжаетъ въ другомъ мѣстѣ критикъ, или измѣненіе порядка пользования физическимъ трудомъ какъ по существу, такъ и по формѣ, словомъ знаніе и организація труда, то и первый капиталъ былъ продуктомъ того же труда, той же психической дѣятельности... Пользованіе капиталомъ доставалось въ руки тѣхъ, кто оказывался виновникомъ его появленія, то есть организующихъ классовъ. Работникъ же, ничего не изобрѣтавшій и ничего не организовавшій, а только постоянно организуемый, не имѣетъ никакого основанія заявлять на нее (?) малѣйшія претензіи>. Г. Жуковскій съ свойственною ему скромностью заявляетъ, что новооткрытый имъ факторъ производства, психическій трудъ, «до сихъ поръ упускается изъ виду вовсе экономической наукой»; что «крупная величина психической работы всѣхъ пзобрѣтателей, тружениковъ знанія, организаторовъ, администраторовъ и проч. — составляли тотъ членъ или факторъ въ производствѣ, который оставался скрытымъ для политической экономіи», вплоть до 1-го сентября 1877 года, когда читатели «Вѣстника Европы» получили возможность просіянія своего ума при помощи статьи г. Жуков скаго. Какъ ни лестно это обстоятельство для Россіи, очевидно, могущей рождать собственныхъ Платоновъ и быстрыхъ разумомъ Ньютоновъ, но должно съ прискорбіемъ сказать, что эра этого научнаго просіянія должна быть значительно отодвинута назадъ, по крайней мѣрѣ до 9-го марта 1872 года, а то и много дальше. Во всякомъ случаѣ Генрихъ фонъ-Зибель уже 9-го марта 1872 года повѣдалъ міру то, что г. Жуковскій открываете въ сентябрѣ 1877 года. Г. Жуковскій и Генрихъ фонъ-Зибель едино суть. Если на первый взглядъ неопытнаго читателя научный соусъ, подъ которымъ отечественный писатель подаетъ новый факторъ производства, какъ будто погуще, то это —различіе отнюдь не существенное и не матеріальное, а только «феноменальное» и «формальное». Правда, г. Жуковскій, подобно извѣстному повару, не Соч. Н. К. МИХАЙЛОВСКАГО, т. IV. жалѣвшѳму ни луку, ни перцу, «лишь бы горячо вышло >, подложилъ въ свой горячій, научно преданный или предательски научный (не знаю ужъ, какъ вѣрнѣе сказать) соусъ постороннихъ ингредіентовъ физики и философіи, но отъ этого самое существо соуса нисколько не мѣняется. Прежде всего ясно, что Зибель и г. Жуковскій относятся къ своей задачѣ совершенно одинаково. Для обоихъ Марксъ важенъ не какъ объектъ критики, съ точки зрѣнія какой-нибудь научной доктрины, а главнымъ образомъ какъ политическій противникъ, какъ авторъ апологіи, которой нужно противопоставить другую. Но такъ какъ Марксъ стоитъ дѣйствительно на почвѣ науки, то это и ихъ обязываетъ придать своимъ апологіямъ какой-нибудь наукоподобный антуражъ, что они и исполняютъ, каждый по мѣрѣ силъ, способностей и усердія. По вотъ что странно. Съ какой стати г. Жуковскій жалуется, вспоминая то время, когда онъ скромно занимался частнымъ анализомъ экономическихъ фактовъ, а его тянули къ от вѣту за неуваженіе къ принципу «дисциплины»? Правда, самъ Марксъ на такія инсинуаціи не имѣетъ права жаловаться, но, во-первыхъ, русское изданіе Маркса —не самъ Марксъ, а во-вторыхъ, требуетъ лее г. Жуковскій для себя различенія двухъ означенныхъ областей « психическаго труда»: области теоретическаго изслѣдованія и области практическихъ выводовъ. Вь память столь горько оплакиваемыхъ имъ нынѣ собственныхъ несчастій, надлежало бы ему и на Маркса посмотрѣть преимущественно какъ на писателя, занимающагося анализомъ экономическихъ фактовъ, ну, а потомъ, на второмъ планѣ онъ могъ бы пожалуй и апологіямп заниматься, если ужъ такъ нужно. Есть, конечно, и различія между Зибелемъ и г. Жуковскимъ. Одно мы уже отмѣтили: понятіе капиталистовъ Зибеля г. Жуковскій расширяете до понятія всѣхъ носителей психическаго труда. Съ точки зрѣнія послѣдовательности, это, конечно —улучшеніе, вполнѣ, однако, объяснимое, какъ было замѣчено, различіемъ персонала аудиторій обоихъ ученыхъ. Есть и другія различія. Такъ, Зибель, можно сказать, выворачивается на изнанку съ цѣлью показать, что нѣтъ у него никакихъ заднихъ мыслей, что онъ весь туте на-лицо. Склонный къ кокетству и таинственности, г. Жуковскій поступаете иначе. При всемъ своемъ достойномъ награды усердіи, онъ не можете отказаться отъ заманиванія читателя такимъ секретомъ, который составляете еще пока секрете для него самого. Напримѣръ, онъ такъ заканчиваете свою апологію: < классъ 7
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4