скоропостижно умертаго потѣшно-нѳлѣпаго журнальчика «Зарница»), разочаровался въ своѳмъ литѳратурномъ призваніи по наслѣдству. Соловьевъ, Всеволодъ, — тоже отчасти по родителю, знаменитому историку, прослылъ за примѣчательнаго писателя, имѣя на то нѣсколько спорныя личныя права. Г. Соловьевъ пишѳтъ историческіѳ романы по подряду для «Нивы» и написалъ ихъ уже цѣлую серію изъ второй половины XVIII и начала XIX столѣтій — эпохи самой благодарной для сколько - нибудь начитанныхъ кропателей, по богатству и интересу исторической объ ней литературы. Неудивительно поэтому, что маломальски толковые для легкаго чтенія пересказы этихъ матеріаловъ такъ нравятся публикѣ, мало знакомой съ сими поелѣднимп изъ первыхъ рукъ. И авторы подобныхъ пересказовъ, какъ популяризаторы отечественной исторіи, заслуживали-бы полную признательность критики, еслибы нѳ лѣзли въ Вальтеръ - Скотты , съ тщетной претензіей па художественное возстановденіе прошлаго, сочиняя «историческіе романы» —такіе шаблонные и казенные, такіе водянистые и безцвѣтные, какъ, напр., романы Всеволода Соловьева. Соловьевъ, В. С., второй сынъ знаменитаго историка, — вдохновенный богословъ и философъ, умудренный знаніемъ, вдумчивый и парящій въ такую трансцендентальную высь, на точкѣ которой и мы, грѣшные, перестаемъ его иногда понимать, и самъ иашъ философъ совершенно отвлекается отъ мѣста, времени и обстоя - тельствъ, и только «внемлетъ Богу» ■— великому, міровому, общечеловѣческому Богу, не различающему вѣроисповѣданій и національностѳй. Такъ, именно, высоко занесся г. Соловьевъ въ своемъ послѣднемъ онытѣ противопоставленія общечѳловѣческаго начала, какъ высшей христіанекой идеи міроваго единенія и любви, узкому, эгоистически воинствующему личном? и національному началу. Конечно, г. Соловьевъ явился проповѣдникомъ нерваго начала, конечно, онъ абстрактно правъ, и, конечно, проповѣдь его пришлась не къ мѣсту и не ко времени, а главное не по вкусу славянофиламъ и «народникамъ», очень на него за то и разсердившимся. Нельзя, однако, не поблагодарить нашего молодаго философа, что онъ своими пытливыми исканіями высшей правды и истинныхъ идеаловъ человѣчества хотя время отъ времени заставляетъ насъ вспоминать, какъ говорится, о Богѣ и о томъ, что мы такъ часто призываемъ Его всуе, вспоминать, что на свѣтѣ есть нѣчто почище и повыше международнаго и всякаго инаго торлсествующаго живоглотства . . . Оттого-то каждая рѣчь г. Соловьева, каждая статья его жадно и слушаются и читаются всѣми, особенно молодежью, дѣлаются предметомъ толковъ и споровъ въ обществѣ и журиалистикѣ. Привлекательны въ немъ талантъ, богатство знанія, свѣжій, пытливый умъ, по всего болѣе располагаетъ къ себѣ г. Соловьевъ своей горячей убѣжденностью, своей искренностью, своей вѣрой въ добро и человѣка, современную тоску котораго онъ такъ хорошо угадалъ для того, чтобы постараться разсѣять ея мракъ свѣтомъ истины, — задача трудная, но прекрасная, достойная мудреца! Соловьевъ, Н. — даровитый драматургъ, блистательно начавшій во второй половішѣ 70-хъ гг. мастерски написанной комедіей .«Женитьба Бѣлугина>, которую, безъ сомиѣшя, читала и видѣла вся интеллигентная Россія. За послѣднее десятилѣтіе 205
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4