но воздадимъ должное г-жѣ Мей, какъ одной пзъ первыхъ русскихъ образованныхъ женщинъ, дѣльно и практически разрѣшившихъ вопросъ о саыостоятедьномъ женскоиъ трудѣ, п какъ одной изъ первыхъ женщинъжурналистокъ. Меккъ, фонъ ,—одно изъ тѣхъ славныхъ именъ, который стали какъ-бы неподвижными звѣздами на горизонтѣ концесіонерской трясины и о времени образованія которыхъ, составляющемъ періодъ эпоса въ желѣзнодорожной исторіи, иозднѣйшіе копцессіонеры пигмеи съ благоговѣйнымъ вздохомъ говорятъ; «Да, то былъ вѣкъ богатырей!..» Фонъ-Меккъ возсіялъ миллионами, нажитыми имъ отъ постройки и эксплоатаціи либаво-роменской дороги; но съ той поры отъ Фонъ-Мекка и отъ самой либаво-роменской дорохи остались одни бренные останки, столь опрометчиво подобранные г. Закомъ на разживу, а имя Фонъ-Мекка все блеститъ неувядаемо. Процвѣтающір днесь Фонъ-Мекки стараются поддержать блескъ своей Фамиліи, какъ говорятъ, шпрокимъ гостепріимствомъ, во вкусѣ Сарданапала, и отчасти иоощреніемъ россійской словесности, чѣмъ жестоко попрекалъ какъ-то завистливый г. Катковъ одну московскую «большую» газету, пользовавшуюся, будто-бы, даяніями отъ одного изъ Мекковъ. Мелышовъ—извѣстный пѣведъартпстъ русской опе^іы, лѣтъ десять къ ряду съ блестящимъ успѣхомъ потрясавшій потолки и сердца въ Маріинскомъ театрѣ своимъ звучнымъ, медовымъ баритономъ. Будемъ надѣяться, что и съ переселеніемъ русской оперы въ Большой театръ его потолки ы сердца точно также неречувствуютъ на себѣ еще много лѣтъ неувядаемую силу органа г. Мельникова. Менгденъ, граФИНЯ, —владѣтельниЦа дома въ Малой Садовой улицѣ, пріобрѣвшаго столь печальную извѣстность Фабриковавшимися въ нѳмъ адскими «кобозевскими сырами». ЙЯвНДѲЛѣѲВЪ, Д., И. —ироФессоръ петербургскаго университета и былъбы давно академикомъ, если-бъ родился нѣмцемъ и. притомъ, илемянникомъ котораго-нибудь пзъ академическихъ «дядюшекъ», а еще лучше-— всѣхъ ихъ, порознь и вкупѣ. Всѣмъ хорошо памятна скандалезная исторія съ забаллотировкой г. Менделѣева нашей академіей наукъ, за что, вирочемъ, почтенный ироФессоръ могъ-бы только чувствительно поблагодарить академію, такъ какъ нанесенная ею обида ему послужила поводомъ для і такого восторжеппаго прославлепія его и почета со стороны всѣхъ русскихъ ученыхъ іи согроге и для такой громкой иопулярвости среди всей публики, какіе и во снѣ не пригрезятся самому экстра-ординарнѣйшему академику — «дядюшкѣ!» Попстипѣ, пемногпмъ химикамъ, будь они столт,-жо учены и замѣчательпы, какъ г. Менделѣевъ, выпадала гдѣ-нибудь и когда-нибудь такая блестящая общественная слава! Свой ученый кабинетъ и лабораторію г. Менделѣевъ нокидаетъ иногда для ирактпческихъ воиросовъ и «злобъ дня». Такъ, памятны его публичныя лекціи о спиритизмѣ, нанесшія пораж-еніо адеитамъ «спиритической вѣры»; потомъ опъ имѣлъ какое-то соприкосновеніе съ пресловутой бакинской нефтью и даже, будто-бы, какъ болтали сплетники, съ алхимическими превращеніями «иностранныхъ» винъ братьевъ Елисеевыхъ. Меньшикова • —Если, вообще, говорятъ, ничто не вѣчно подъ луною, то это въ особенности нужно сказать о славѣ кантартистовъ. Не очень еще 143
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4