Кар—Кар ныхъ отчетахъ каждой земской сессіи подъ необыкновенно прочувствованными, пламенно-гражданственными рѣчами пбъ осушкѣ болотъ и о превраіденіи ихъ въ маисовыя плантаціи, о нользѣ петербургскаго «золота» для земдедѣлія и объ организаціи его обмѣна на раціональныхъ началахъ, и т. п. Словомъ, онъ въ Римѣ былъ-бы трибуномъ —у насъ-же всего лишь нросвѣщенный и краснорѣчивый ассенизаторъ. Каразинъ, Н. Н. — бывшій ташкентскій герой, нроливавшій «въ нѣкоторомъ родѣ кровь за отечество», н промѣнявшій нынѣ екорострѣльную винтовку на столь-же скорострѣльный карандашъ, вооруженный, вмѣсто штыка, острымъ стальнымъ перомъ. Вообще, человѣкъ неустрашимый и рѣщительный не только на «полѣ брани», но и на иоприщѣ художествъ. Необыкновенно плодовито и скорострѣльно снабжая иетербургскія иллюстраціи своими рисунками, г. Каразинъ безстрашно идетъ на встрѣчу всякимъ требованіяиъ искусства и всякимъ задачамъ, и —блистательно оныя побѣждаетъ. Съ одного маху, «на память», воспроизвѳдитъ и полярные льды, и степи Сахары, и штурмъ Еарса п пзверженіе Везувія, и «виды» Кордилльеровъ, —все это, никогда не видѣвши въ натурѣ, но до того схоже съ натурой, что, напр., псторикъ Богдановичъ, говорятъ, по умозрительнымъ рисункамъ г. Каразина, написалъ исторію осады Карса. Какъ рисовальщикъ, г. Каразинъ, по праву, могъ-бы назваться россійскимъ Дорэ, еслибъ только обладала, однимъ пустячнымъ качествомъ своего образца—умѣньенъ рисовать. Безсиорно даровитый самоучка, г. Каразинъ въ совершенствѣ усвоиіъ у знаменитаго Французскаго рисовальщика і манеру ЭФФвктнаго освѣщенія и его контрастовъ; но, къ сожалѣнію, до того закабалился у гг. Гоппе и Маркса, что не находитъ досуга поучиться въ школѣ «поощренія художествъ» правильному рисунку. За то г. Каразинъ вполнѣ самобытенъ и совершененъ, какъ беллетристъ—авторъ цѣлаго ряда ташкентскихъ романовъ, новѣстей и автобіографическихъ нризнаній о томъ, какъ ночтеннаго автора въ Туркестанѣ «бомбардировали, да не выбомбардировали» . КардО-СыСОеВЪ —одинъ изъ тѣхъ благодѣтелей и просвѣтителей народа, которые умѣютъ чутко и непраздно, по выраженію поэта, встать «на стражѣ у мужицкаго алтына». Кто достигаетъ этой дѣли кулачествомъ и макаачествомъ, кто гласной кассой ссудъ, кто кабакомъ, а г. Кардо-Сысоевъ пробовалъ достигнуть этойцѣлисвоимъ журналомъ «Сельская Бесѣда», распространявшимся по деревнямъпри содѣйствіи становыхъ и урядниковъ, по сколько издатель успѣвалъ находить среди нихъ благосклонныхъ для себя меценатовъ. Утѣшительно было только то, что, по увѣренію корреспондвнтовъ, мужички «Сельскую Бесѣду» выписывать выписывали, находили даже, что она «очинно занятна» для сворачиванья « цыгарокъ » , но чтобъ кто читалъ ее—не было примѣра. Карновичъ, Е. П. —маститыйи неутомимый дѣятель петербургской журналистики, бывшій редакторъ журнала «Отголоски», солидно и толково составлявшагося, но, къ сожалѣнію, очень мало читавшагося и потому прекратившаго свое существованіе. По времени дѣятельности, но слогу иманерѣ составленія статей, г. Карновичъ можетъ быть отнесенъ иъ «отдамъ» и классикамъ современной нублицистики. Врагъ отрывочнаго, прыгающаго чрезъ воскли-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4