Заб—Зак ской старины, онъ, однакожь, не ея идодопоклонникъ; восхищается покроемъ «алтабасныхъ» «Ферезей» Василія Темнаго, но не отназываетъ въ исторической законности и европейскому Фасону каФтановъ Петра Великаго; любитъ Москву, но не дишаетъ иравъ существованія и Петербургъ. Еъ слову о Москвѣ: нынѣ г. Забѣлинъ трудится надъ ея исторіей, по порученію московской думы, и —наука ждетъ многаго отъ этого огромнаго труда неутомимаго историка. ЗабѢ/ІЛО, П. П., академикъ, —извѣстный скульпторъ новѣйшаго реалистическаго «направленія». Очень любитъ и—что особенно удивительно въ русскомъ художникѣ—-даже знаетъ отечественную литературу, и вдохновляется главнымъ образомъ ея образцами и свѣтилами. Такъ, иллюстрировалъ «Евгенія Онѣгина» мраморнымъ изваяніемъ Татьяны —похожа капля въ каплю—и воздвигъ модель статуи самого Пушкина —одну изъ лучшихъ, какія только были представлены на конкурсъ памятника великому поэту. Затѣмъ, любителямъ скульптуры и изящной словесности хорошо извѣстны прекрасные бюсты г. Забѣлло нашихъ знаменитостей; Грибоѣдова, Тургенева, Петрова, Некрасова, Салтыкова и друг. Завьяловъ въ Ворсмѣ, —кто на Руси не знаетъ этого имени и не прочитываетъ его ежедневно, съ признательностью и даже съ нѣкоторой патріотической гордостью, разрѣзывая, напр., котлетку, очинивая карандашъ или остригивая ногти? Говоримъ, конечно, о той Руси, которая настолько уже предалась «лакейству передъ Европой», что усвоила себѣ тлетворныя привычки кушать котлетки, обращаться съ карандашемъ и стричь ногти. Отсюда «Завьяловъ въ Ворсмѣ»—истинный піонеръ у насъ цивидизаціи и одно изъ нагляднѣйшихъ ея знаменій. Да множатся-яге его перочинные ножики, аки песокъ морской, и да наполняютъ собой русскую землю! Что касается исторіи сей почтенной Фирмы, то извѣстно, какъ это доказалъ, еслине ошибаемся, археологъпроФессоръ Гаркави, что уже на томъ ножѣ, которымъ Авраамъ собирался «закласть» Исаака, ясно значилось; «ЗавьялоФЪ в Ворсме» (Завьяловское правописаніе тогда еще уступало достоинству завьяловской стали). Загуляевъ —представитель того новѣйшаго типа писателей, которые могутъ назваться усовершенствованными газетными круиодернями, готовыми молоть что угодно и какъ угодно, съ безразличной добросовѣстностыо патентованной машины. Даровитый, свѣдущій и искуссный <омъ-де-летръ» на всѣ руки, но пишетъ обыкновенно двумя одновременно; правой, напримѣръ, «политическое обозрѣніе» для «Новаго Времени» на русскомъ языкѣ и въ духѣ суворинскаго каиравленія (т. е., направленія—-«чего извольте?»), а—лѣвой геѵие сііріошаіі- ^ие для «.Іоигпаі йе бІ.-РеІегзѣоиг^», по-французски, съ высшей точки зрѣнія «кабинета»... Ничего—и такъ и эдакъ выходитъ одинаково хорошо, гладко и убѣдительно! Закъ—«человѣкъ, который имѣетъ солидныя отношешя къ»... къ иностраннымъ банкирамъ, какъ о томъ повѣдалъ однажды, ко всеобщему свѣдѣнію, одинъ изъ его панегиристовъ. И дѣйствительно, биржевая закулисная молва (которой, впрочемъ, немногаго стоитъ и приврать) не разъ приписывала г. Заку почетную роль полномочнаго посредника въ кое-какихъ «внѣшнихъ» и «внутреннихъ» займахъ. Несомнѣнно, г. Закъ—выдаю87
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4