Жук-.Жур ми. Въ посдѣднее же время г. Жуковскій, кажется, исключительно иреусиѣваетъ на служебномъ поприщѣ, а можетъ быть достигъ на немъ уже такихъ «степеней извѣстныхъ», на вершинѣ которыхъ занятіе журналистикой—если не порокъ, то легкомысліе. ЖуКОВСКІЙ —присяжный новѣренный изъ категоріи тѣхъ, что зарѣзываютъ безъ посредства рѣжущихъ орудій, брѣютъ безъ бритвы, но за то и служатъ иногда надежнымъ громоотводомъ противъ прокурорскихъ перуновъ. Силенъ полемическимъ дарованіемъ и никогда не прощаетъ гг. прокурорамъ ахиллесовыхъ иятокъ. Обыкновенно начинаетъ свою «защиту» выраженіемъ почтительнаго удивленія къ талантливости, эрудиціи и краснорѣчію «слова» «высокоуважаемаго представителя обвиненія»; но затѣыъ неощутительно, съ видомъ ехидной невинности, не оставляетъ въ немъ камня на камнѣ и, въ концѣ концовъ, «высокоувая.-аемый представитель» является у него обнаженньшъ и отъ таланта, и отъ эрудиціи, и отъ краснорѣчія, а подсудимый, при этомъ, чуть не пляшетъ. Жуковъ —угасшая знаменитость, на которой буквально сбылась мудрая истина, что слава есть дымъ. Нѣкогда вся культурная Россія курила ароматный жуковскій табакъ и, кажется, самъГрибоѣдовъ, сказавшій, что «дымъ отечества намъ сладокъ и пріятенъ», подразумѣвалъ именно дымъ «Жукова». Но пошли новыя «вѣянія» и новые табаки, —дымъ жуковскаго «вакштаФа» все рѣже сталъ коптить россійскіе поднебенья и потолки, а вмѣстѣ съ тѣмъ стала испаряться и громкая слава Фирмы Жукова. Нынѣ куритъ еще жуковскій табакъ едва-ли не одинъ генералъ Бетрищевъ, но— вотъ вопросъ: живъ-ли еще самъ Бетрищевъ? Жулева—видная и заслуженная актриса Александринскаго театра. Любитъ -играть владѣтельныхъ герцогинь и ^гапсіез йашез, въ изображеніи которыхъ подавляетъ зрителя неслыханной аристократичностью тона и манеръ: гордый, уничтожающій взоръ, турнюръ Юноны, величавая поступь статуи командора въ «Каменномъ Гостѣ», произношеніе въ носъ и сквозь зубы, и—ужь «словечка въ простотѣ не скажетъ»... Королева, да и только! Въ патетическихъ-же мѣстахъ обнаруживаетъ такую истерическую порывистость и возвышенность чувствованій, что даже казенная мебель александринской сцены—кажется, прочная,—и та исиытываетъ въ эти минуты глубокое потрясете. Мы-бы сказали, что г-жа Жулева истинно-хороша въ роляхъ того типа дамъ, которыхъ въ івросторѣчіи называютъ фуріями, но боимся, что она не приметъ этого за чистосердечный комплиментъ. Журавлевъ, Ф. С. академикъ,—даровитый жипописецъ-жанристъ, сдѣлавшій себѣ имя двумя талантливыми картинами изъ куиеческаго быта: «Поминки» и «Благословеніе невѣсты», замѣчательными своей художественной реальностью, правдивостью и сочной жизненностью типовъ. По этимъ качествамъ и по средѣ, которую г. Журавлевъ избралъ для штудированія, онъ является, въ своемъ родѣ, Островскимъ въ живописи и, во всякомъ случаѣ, дополняетъ и безиодобно иллюстрируетъ «темное царство» нашего славнаго драматурга. ■Цр85
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4