Гон—^Гоп шеФтмахерской части; дьетъ шрифты и еще лучше, по поговоркѣ, «отливаетъ пули», безъ промаха быощія по карману маломальски неосмотрительныхъ кліентовъ топзіеш- Исидора. Вообще, мастеръ на всѣ руки и никакъ не можетъ быть причисленъ къ тѣмъ розинямъ, которымъ можно безнаказанно класть пальцы въ ротъ. Гокчаровъ, Иванъ Александровичъ. Есть счастливыя имена, отмѣченныя геніемъ, съ произнесеніемъ которыхъ, сразу въ благоговѣйномъ представленіи читателя какъ - бы воздвигается готовый «памятникъ нерукотворный», и рука, сама собой, поднимается снять передъ нимъ іпапку. Все въ немъ уже законченно, полно и отдѣлано рѣзцомъ времени начисто: вотъ колоссальный бюстъ, съ знакомыми чертами вѣщаго лица, вотъ лавровые вѣнки, сложенные у его подножія, вотъ величественный пьедесталъ и на немъ золотыя слова: «благодарные любители отечественной словесности великому русскому поэту»... Къ такпмъ рѣдкпмъ баловнямъ литературной славы, заживо воздвигшимъ себѣ монументъ въ благодарномъ сознаніи всѣхъ читающихъ современниковъ, безъ сомнѣнія, принадлежитъ, по всѣмъ правиламъ, И. А. Гончаровъ, —и, можетъ быть, даже болѣе, чѣмъ всякій другой изъ его соперниковъ и товарищей по перу и таланту. Такія классическія вещи, какъ его «Фрегатъ Паллада» и «06ломовъ», съ ихъ неувядаемой, спокойной красотой картинъ и образовъ, съ ихъ глубокимъ чисто-художественнымъ анализомъ человѣческаго сердца, при полномъ объектпвизмѣ творчества, чуждаго тенденцій и «злобъ дня», —всегда и всѣмъ равно нравятся и будутъ долго нравиться, безъ различія мнѣній и «направленій», какъ не принимаются во вниманіе послѣднія, когда мы любуемся, напр., красивымъ лицомъ, мирнымъ русскимъ деревенскимъ ландшаФтомъ, картиной шпрокаго«раздолья» Волги и пр. Все это одинаково прекрасно и мило для каждаго глаза, способнаго ощущать красоту и, въ особенности, красоту родную, русскую, которая, именно, такъ плѣнительна, такъ здорова и свѣжа въ поэтическихъ твореніяхъ г. Гончарова... Но —писать ему оцѣнку въ то время, когда объ этомъ уже написаныцѣлые томы и будутъ еще написаны новые болѣе компетентными перьями и, въ то время, когда его давно оцѣнила, по достоинству, вся грамотная Россія, было-бы здѣсь неумѣстно. Равнымъ образомъ, и прибавить славы Ивану Александровичу мы не могли - бы ни на одинъ лавровый лпстикъ, тѣмъ болѣе, что самъ онъ отказался пріумножать ее... Пресытился-ли онъ, или боится ее испортить; но, во всякомъ случаѣ, слава его— соверщенно готовая и законченная, и-—не знаемъ—можетъ быть, она, въ самомъ дѣлѣ, отлита уже на какомънибудь бронзовомъ заводѣ. Наіпе дѣло—почтительно только склонить передъ ней голову и пригласить сдѣлать тоже самое читателя. Г0ППе, Германъ и Эдуардъ, пли знаменитость о двухъ равномѣрно острыхъ лезвіяхъ «нѣмецкой работы», который, въ родственномъ союзѣ, превосходно «стригутъ, брѣютъ и кровь отворяютъ» на поприщѣ русскаго издательскаго и печатнаго дѣла. Лезвіе первое —Германъ Гоппе извѣстенъ, какъ хозяинъ цѣлой журнально-издательской Фабрики, на которой выпекаются: «Всемірная Иллюстрація», «Всеобщій Календарь», «Огонекъ», «Модный Свѣтъ» и проч. и проч. Замѣчательно, при этомъ, что г. Гоппе, 62
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4