А. С. ПУШКИНЪ И ЕГО ПРЕДШЕСТВЕННИКИ. 81 жителя русскаго слова, —идолами —свѣтскими дамами, которымъ въ жертву поэтъ приносилъ свой гордый умъ. Мы видимъ, что даже о своей любимой простосердечной Танѣ Пушкинъ долженъ былъ сдѣлать счѣдующее замѣчаніе; Еще предвижу затрудненье; Родной земли спасая честь, Я долженъ буду, безъ сомнѣнья. Письмо Татьяны перевесть. Она по-русски плохо знала, Журналовъ нашихъ не читала И выражалася съ трудомъ На языкѣ своемъ родпомъ, Итакъ писала по-французски... Что дѣлать! повторяю вновь: Донынѣ дамская любовь Не изъяснялася по-русски, Донынѣ гордый пашъ языкъ Къ почтовой прозѣ не привыкъ. Свою любовь къ родному слову поэтъ влагаетъ въ другую женщину, разсказы которой онъ затвердилъ съ юныхъ лѣтъ (Вновь я посѣтилъ 1835 г.); ей поэтъ читалъ „плоды своихъ мечтаній"; ея пѣснями услаждался въ уединеніи Михайловскаго 1825 г. Это— старая няня поэта, „единственная моя подруга" (по письмамъ Пушкина отъ 1824 года), которую онъ много разъ упоминаетъ и въ „Евгеніѣ Онѣгинѣ" и въ другихъ поэтическихъ обращеніяхъ съ ласковыми народными эпитетами „дряхлой голубки, доброй подружки". Изъ устъ этой хранительницы русской народной словесности Пушкинъ записалъ много народныхъ пѣсенъ, сказокъ, запомнилъ мѣткія выраженія и пословицы, хоть въ шуточной формѣ поэтъ поминаетъ такую народную сказательницу; „сказки сказывать мы станемъ; мастерица вѣдь была! и откуда что брала? а куда разумны шутки, приговорки, прибаутки, небылицы, былины Православной Старины!... Слушать такъ душѣ отрадно; кто придумалъ ихъ такъ складно? и не пилъ бы и не ѣлъ, все бы слушалъ, да глядѣлъ " (Н, 149—150). Эти пѣсни и сказки, несмотря на разницу въ складѣ, въ содержаніи тѣсно связаны съ именемъ Пушкина, какъ русскаго поэта. Отъ 5
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4