40 П. В. ВЛАДИМІРОВЪ. тканная изъ унодобленій богатырскаго и сказотааго эпоса), первые возвѣстили о радостной веснѣ русской поэзіи, которой не повториться послѣ Пушкина, о радостномъ благовѣстѣ нашего мужающаго самосознанія (Аксаковъ), объ объединеніи всѣхъ вѣрящихъ въ русское слово, въ его народную силу. И славянофилы, и проф. О. Миллеръ (Р. М. 1880 г., кн. VI, 28—31) не поскупились заклеймить почти весь предшествующей періодъ русской словесности и подражательныя произведенія Пушкина именами —рабства, ночи отрицапія, чужеземнымъ хламомъ, игомъ (даже „властителя дуиъ" Байрона), —послѣ которыхъ явились: перерожденіе нашего поэта, примиреніе прошедшаго съ пастоящимъ, чистая радость народной жизни, простая, скромная, общительная, сочувствующая и жизни иностранной. —Достоевскій сказалъ большую рѣчь 8 іюпя въ засѣданіи общества Любителей Россійской Словесности. Къ этой рѣчи онъ присоединилъ „Объяснптольпое слово". Вь Ояѣгинѣ, Алеко и другихъ герояхъ Пушкина Достоевскій усмотрѣлъ безпокойный тинъ скитальца, разошедшагося съ пародомъ, ударяющагося въ крайности всякихъ западническихъ и другихъ теорій. Не таковы простые типы (Татьяны, бытовые типы, инока, мелькающіе въ стихотвореніяхъ, въ разсказахъ, запискахъ) положительной красоты человѣка русскаго и души его, взятые изъ народнаго духа. „Смирись, гордый человѣкъ, говорилъ Достоевскій, и прежде всего сломи гордость Смирись, праздный ч:еловѣкъ, и прежде всего потрудись на родной нивѣ", вотъ это рѣшеніе по народной правдѣ и народному разуму. „Не внѣ тебя правда, а въ тебѣ самомъ. найди себя въ себѣ, —овладѣй собой и узришь правду. Не въ вещахъ эта правда, не внѣ тебя и не за моремъ гдѣ нибудь, а прежде всего въ твоемъ собственномъ трудѣ надъ собою. Побѣдишь себя, усмиришь себя,—и станешь свободенъ, какъ никогда и не воображалъ себѣ, и начнешь великое дѣло, и другихъ свободным,!! сдѣлаешь, и узришь счастіе, ибо наполнится жизнь твоя, и поймешь, наконецъ, народъ — свой и святую правду". Въ сущности повторился взглядъ Писарева на Онѣгина, но уничтоженный идеаломъ самого Пушкина, вложеннымъ въ Татьяну, —какъ аноееозъ русской женщины. Достоевскій присоединился и ко взгляду А. Григорьева на всѣ остальные типы Пушкина. Птакъ рѣчи восторженныхъ поклонниковъ Пушкина подняли его значеніе для нашего времени, значеніе—постоянное, непреходящее, міровое, по скольку русская народность входитъ въ интересы Европы, образованія и высшихъ идеаловъ. Отсюда, въ поэзіи Пушкина До-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4