28 Д. В. В Л АД И М I Р О В Ъ. Вѣстникѣ 1856 г. Написанныя толково, живо и бойко, они касаются всего болѣе значенія Пушкина въ исторіи русскаго литературнаго языка и поэзіи, какъ искусства. И Катковъ стоитъ за общія полоѵкенія эстетики, высказываясь противъ онпозиціи всякой теоріи. Мы увидимъ, что оппозиція эта получитъ оиредѣлениое выраженіе въ статьяхъ Чернытевскаго, Писарева и друг. Катковъ разбираетъ извѣстныя стихотворенія Пушкина о значеніи поэзіи и поэта, какъ жреца (Чернь и др.), и возстаетъ противъ романтическихъ воззрѣній на безсознательность, на болѣзнь творческаго процесса. Напротивъ, критикъ нризпаетъ, что состояніе творчества есть состояніе здраваго и трезваго духа, что художникъ, какъ и мыслитель, сохраняетъ въ минуту дѣятельности всю свою умственную свободу, и что даже, напротивъ, такая минута есть въ человѣкѣ состояніе высшей внутренней ясности (Р. В. 1856 г., т. I, 161 стр.), „цѣльности сознанія" (163), постиженія истины, какъ знанія, и творчества языка, литературной формы, какъ красоты. Отсюда, вдохновеніе есть только творческое созерцапіе жизни и истины (308). Касается критикъ и вопроса, который въ статьяхъ Писарева получилъ рѣзкое выраженіе. „Требуйте, говоритъ Катковъ (313), отъ искусства прежде всего истины; требуйте, чтобы художественная мысль уловляла существенную связь явленій и приводила къ общему сознанію все то, что творится п дѣется во мракѣ жизни; требуйте этого, и польза приложится сама собою, польза великая, ибо чего же лучше, если жизнь пріобрѣтаетъ свѣтъ, а сознаніе—силу и господство?" Итакъ, Катковъ принялъ теорію великаго поэта о свободѣ творчества; однако, критикъ не увлекся безусловным!, поклоненіемъ Пушкину, признавая за нимъ главное значеніе, какъ художника и великаго объединителя въ области русскаго слова. Въ такомъ смыслѣ нодчиненія русской народности, какъ культурной силѣ, разнообразныхъ племенъ, населяющихъ Россію, Катковъ растолковалъ извѣстные стихи „Памятника" 1836 г. Особенностью Пушкинской поэзіи и какъ-бы ея недостаткомъ Катковъ считаетъ отсутствіе въ ней иослѣдовательнаго развитія, сухость нрозаическаго изложены, увлеченіе лирикой, отдѣльными моментами, мгновеніемъ, искуственпой формой стиха. „Капитанская Дочка, говоритъ Катковъ, изобильная прекрасными частностями, не составляетъ опредѣленнаго и сильно организованнаго цѣлаго. Въ разсказѣ нельзя не замѣтить той же самой сухости, которою страдаютъ всѣ нрозаическіе опыты Пушкина. Изображенія либо слишкомъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4