ОТНОШЕНІЕ ЕЪ А. С. ПУШКИНУ РУССКОЙ КРИТИКИ. 21 „только одинъ Державннъ былъ несравненно больше ноэтъ. чѣмъ Ломоносовъ: до Державина же Ломоносову не было никакихъ соперниковъ" (105 стр.). Это второй неріодъ русской литературы съ Державииьшъ, Фонвизинымъ, Хемпицеромъ, Богдановичемъ и Кашшстомъ. Разсматривая вымиравшія формы русской литературы ХУШ в., Бѣлинскій не совсѣмъ снраведливъ въ отзывахъ о Майковѣ, и преувеличенно снисходителенъ къ ноэтамъ Карамзинской школы. Не смотря на богатство и разнообразіе замѣчаній о значеніи Карамзина, Жуковскаго, Батюшкова, критикъ не могь еще привести въ связь съ европейской литературой сочиненін Карамзина. Однако, сколько вѣрныхъ и фактически подтвержденныхъ замѣчаній объ отношеніи нѣкоторыхъ сочиненій Пушкина къ его предшественникамъ, нанримѣръ, къ Державину (въ проблескахъ античности, въ картинахъ русской природы), Жуковскому и особенно —Батюшкову. И эту преемственность Бѣлинскій указываете въ сочиненіяхъ Карамзина и Жуковскаго. За послѣднимъ критикъ не признаетъ особеннаго значенія, выдѣля^щагося изъ ряда русскихъ писателей: „періода, означеннаго именемъ Жуковскаго, не было въ русской литературѣ" (149). Не признаетъ Бѣлинскій и слѣдовъ народности въ ноэзіи Жуковскаго. Но за то онъ ставитъ романтическаго русскаго поэта высоко, какъ непосредственнаго предшественника Пушкина, опиравшагося въ своихъ опредѣленныхъ, зрѣлыхъ произведеніяхъ па почву, подготовленную Жуковскимъ, открывшимъ впервые на Руси средневѣковую романтическую поэзію. И Бѣлинскій входитъ въ подробности объ европейскомъ романтизмѣ, и жизпенныхъ основахъ этого болѣзненнаго явленія (стр. 248—249); „Пора безотчетнаго романтизма въ духѣ среднихъ вѣковъ есть необходимый моментъ не только въ развитіи человѣка, но и въ развитіи каждаго народа и цѣлаго человѣчества... Мы, русскіе, позже другихъ вышедшіе на поприще правственно-духовнаго развитія, не пмѣли своихъ среднихъ вѣковъ: Жуковскій далъ памъ ихъ въ своей поэзіиг которая воспитала столько поколѣній и всегда будетъ такъ краснорѣчиво говорить душѣ и сердцу человѣка въ извѣстпую эпоху его жизни... Одухотворивъ русскую поэзію романтическими элементами, онъ сдѣлалъ ее доступною для общества, далъ ей возможность развитія, и безъ Жуковскаго мы пе имѣли бы Пушкина" (249).' Точно такое же вліяніе, если не большее^ Бѣлинскій указываете и въ ноэзіи Батюшкова, нанримѣръ, въ повтореніи Пушкинымъ въ стихотвореніи „Зима" 1829 г. антологическаго стихотво-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4