А. С. ПУШКИНЪ И ЕГО ПРЕДШЕСТВЕННИКИ. 13 Жуковскаго и Пушкина. Баснописецъ Дмитріевъ, соединявшш въ своемъ лицѣ и направленіи два поколѣнія русскихъ писателей стараго и новаго направленія, написалъ нѣсколько произведеній игривыхъ, которыя примыкаютъ къ шутливымъ ноэиамъ ХѴШ вѣка. Это т. н. сказки: Волшебные замки, Причудница, Модная жена, Карикатура и др. Въ „Причудницѣ" мы находимъ слѣдующіе стихи, повторенные молодымъ Пушкинымъ: Я жизнь мою во скукѣ трачу: Настанетъ день, тоскую, плачу; Покроетъ ночь, опять грущу, И все чего-то я ищу. Въ элегіи Пушкина 1816 г. „Разлука", передѣланной въ 1826 г., подъ названіемъ „Уныніе", находимъ повтореніе стиховъ Диитріева: Но я унылъ и втайнѣ я грущу. Блеснетъ ли день за синею горою, Взойдетъ ли ночь съ осеннею луною — Я все тебя, прелестный другъ, ищу (I, 141). Вставочный разсказъ Дмитріева въ „Причудницѣ" о драгунскоыъ ротыистрѣ Брамербасѣ, „бывшемъ столько лѣтъ въ Малороссійскомъ краѣ игралищемъ злыхъ вѣдьмъ" (на немъ, обращенномъ въ коня, вѣдьма разгуливала до полуночи), развивается у Пушкина въ веселомъ несравненномъ разсказѣ „Гусаръ", ииѣющемъ что-то общее съ „Віемъ" Гоголя. Нельзя не удивляться тому, какъ умѣлъ усовершенствовать свой стихъ и языкъ Дмитріевъ, пройдя длинный путь развитія отъ тяжелыхъ одъ до легкихъ сказокъ, басенъ, пѣсенъ. „Гласъ натріота на взятіе Варшавы" Дмитріева ниже одъ Державина, но Жуковскій въ 1831 г. вспоминаетъ Дмитріева и приводить отрывки изъ „Гласа натріота", въ то время, когда и Пушкинъ вдохновляется одами „Клеветникамъ Россіи"-и „Бородинской годовщиной". Мы уже приводили отзывъ Пушкина о Дмитріевѣ, какъ баснонисцѣ. Но молодой поэтъ цѣнилъ, какъ и его современники, старика Дмитріева за образцовый слогъ (I, 174). Особенно нравилась Пушкину сказка Дмитріева „Модная жена" —„сей прелестный образецъ легкаго и шутливаго разсказа" (V, 122), прелестная баллада Дмитріева (Карикатура, ІУ, 72), и вообще ему нравились „прелестныя сказки Дмитріева"
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4