ПУШКИНЪ И СЛАВЯНСТВО. 283 Надъ кѣмъ ругается слѣіюй и буйный вѣкъ, Но чей высокій іикъ въ грядущемъ поколѣньѣ Поэта приведетъ въ восторгъ и умиленье! Вѣдь это имъ же высказана и другая не менѣе мѣткая и благородная мысль въ стихотворенін „Друзьямъ"; Я льстецъ? Нѣтъ, братья, льстецъ лукавъ: Онъ горе на царя накличетъ, Онъ изъ его державныхъ нравъ Одну лишь милость ограничить. Онъ скажетъ; презирай народъ, Гнети природы голосъ нѣжный! Онъ скажетъ; просвѣщенья плодъ — Развратъ и нѣкій духъ мятежный! Бѣда странѣ, гдѣ рабъ и льстецъ Одни приближены къ престолу, А небомъ избранный пѣвецъ Молчитъ, потупивъ очи долу. Человѣкъ, стремившійся я въ просвѣщеніи стать съ вѣкомъ наравнѣ"^ высказавшій глубокое уваѵкеніе къ творчеству и творческой мысли вообще въ извѣстныхъ стихахъ; Ты—царь, живи одинъ. Дорогою свободной Иди, куда влечетъ тебя свободный умъ, желавшій и учившійся Въ истинѣ блаженство находить, Свободною душой законъ боготворить, Роптаныо не внимать толпы непросвѣщенной, Участьемъ отвѣчать застѣнчивой мольбѣ И не завидовать судьбѣ Злодѣя иль глупца въ величіи неправомъ... Заявивтій, что Служенье музъ не терпитъ суеты, Прекрасное должно быть величаво
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4