А. С. ПУШКИНЪ И ЕГО ПРЕДШЕСТВЕННИКИ. 9 о счастьѣ, спокоѣ и о должностяхь гражданина съ указаніемъ противоположнихъ лвленій: суеты, неправды, легкомыслія и пороковъ. Стихи Державина достигли такого совершенства, что ихъ клали на музыку и раснѣвали, какъ романсы. Съ лучшихъ одъ своихъ Державипъ достигъ сжатости слога, нріятной для воспріятія читателя, подборомъ краткихъ опредѣленій. Послѣ господства ритма и періодичности рѣчи, въ пользу которой допускались и ломапныя формы и неправильное растянутое расіюложеніе словъ, легкіе и сильные стихи Державина были болыпимъ успѣхомъ въ развитіи русской поэзіи. Его вліяніе на послѣдующихъ двигателей въ этой области, Жуковскаго и Пушкина, несомнѣнно. Стоитъ для образца прочесть оду 1797 г. „Безсмертіе души", чтобы видѣть особенности слога Державина: „Умолкни, чернь непросвѣщенна (поэтическій образъ, повторяющійся у Пушкина)... Духъ топкій, мудрый, сильный, сущій, Въ единый мигъ и тамъ, и здѣсь, Быстрѣе молнін текущій Всегда, вездѣ и вкупѣ весь. Неосязаемый, незримый, Вт. желаньи, въ памяти, въ умѣ... Духъ, чувствовать внимать способный, Все знать, судить и заключать; Какъ легкій прахъ, такъ міръ огромный". Даже аллегорическія фигуры въ поэзіи Державина, въ родѣ Борея: „Съ бѣлыми Борей власами и съ сѣдою бородой. Потрясая небесами, облака сжималъ рукой", или алчной блѣдной смерти съ колоколомъ-стономъ, съ когтями Асмодея Жуковскаго, гармонируютъ съ излюбленными формами скульптуры и архитектуры Екатерпнинскаго времени. Стихійное начало, военные громы, гиперболическіе образы природныхъ явленій въ безграиичныхъ сферахъ мірового пространства, которыя Ломоносовъ обшшалъ умомъ ученаго естествоиспытателя ХѴШ в. школы Лейбница и Вольфа, остались особенностями и одъ Державина—религіозныхъ, философскихъ, одъ на случаи смерти сподвижниковъ Екатерины П. Такъ точно и хвалы, расточаемый поэтомъ Фелицы начинаніямъ императрицы, ея гуманности, облекаются въ образы фантастическіе и прекрасные, привлекательные и возвышенные. Въ этихъ одахъ устанавливалась нравственная связь подданнаго съ правительствомъ, уравнивающая всѣхъ, начиная съ вельможъ, — съ ихъ недостатками предъ лицемъ монархини. Свободный голосъ поэта пришелся но вкусу времени и навсегда остался удивительнымъ памятникомъ литературной смѣлости. Послѣ Державина и немпогихъ произведепій Пушкина ода окончила свое существованіе, какъ выдающееся въ литературѣ явленіе. Безчисленные одописцы были осмѣ-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4