А. С. ПУШКИНЪ ВЪ РЯДУ ВЕЛИКИХЪ ІІОЭТОВЪ. 139 И жаръ невольный умиленья Впервые смутно нознавалъ. Прости, онъ рекъ, тебя я вндѣлъ, И ты не даромъ мнѣ сіялъ: Не все я въ мірѣ ненавидѣлъ, Не все я въ мірѣ нрезиралъ1 ). Такъ обрѣталъ поэтъ новую прелесть въ жизни, проникаясь высокимъ чувствомъ любви 2), подъ вліяніемъ котораго та или иная личность казалась ему какъ бы сверхземнымъсуществомъ. Таковымъ представлялъ себѣ Пушкинъ и свою невѣсту, Н. Н. Гончарову въ стихотвореніяхъ, напоминающихъ манеру Петрарки. Въ одномъ изъ нихъ любимая личность изображена „торжественно" пребывающею какъ бы на особомъ ньедесталѣ: Все въ ней гармонія, все диво, Все выше міра и страстей.... Встрѣчаясь съ ней, смущенный поэтъ останавливается, Благоговѣя . богомольно Передъ святыней красоты3). И послѣ своей женитьбы Пушкинъ проникалсяподобнымъ, вполнѣ идеалышмъ, чувствомъ къ личностямъ, которыя плѣняли его своей Другой— женообразный, сладострастный, Сомнительный п лживый идеалъ, Волшебный демонъ—лживый, но прекрасный. Ср. у Лермонтова. См. еще въ „Онѣгинѣ" (ІП, 296): Кто ты: мой ангелъ ли хранитель, Или коварный искуситель (ср. Ш, 367), и въ „Каменномъ Гостѣ" (Ш, 221): Вы сущіп демонъ. 1 ) П, 9: „Ангелъ" (1827). Ср. названіе возлюбленной „ангеломъ" въ стихотвореніи, нршшсываемомъ Пушкину (П, 323), и въ цѣломъ рядѣ другихъ стнхотвореній. 2 ) Соч. П., 1, 295. ') П, 127: „Красавица" (1832). См. еще стихотвореніе „Мадонна" (1830), заканчивающееся стихами: Исполнились мои желанія. Творецъ Тебя мнѣ ниспослалъ, тебя, моя мадонна, Чистѣйшей прелести чнстѣйшій идеалъ.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4