повидимому, она никогда значительной не была. Часть слободы принадлежала графинѣ Бобринской, часть же удѣльному вѣдомству. «Жители этого селенія», читаемъ мы въ статьѣ И. Лядова, «имѣютъ отличительный характеръ быта отъ другихъ крестьянъ, и по жизни и знаніямъ они чужды тѣхъ трудовъ и заботъ, съ которыми соединена жизнь русскаго крестьянина... Оброковъ не платятъ, хлѣбопашества не имѣютъ; слѣдователыю, съ плугомъ и сохою вовсе не знакомы; рѣдкій найдется, кто-бы умѣлъ заиречь лошадь, или вспахать землю, посѣять и собратй* хлѣбъ» *}. По освобожденіи крестьянъ изъ крѣпостной зависимости, какъ помѣщичьи, такъ и экономическіе крестьяне получили въ надѣлъ по одной десятинѣ. Такая земельная собственность, само собою разумѣется, не могла обезпечить существованія холуйскихъ жителей, вообще, мало способныхъ къ сельскимъ занятіямъ. Но самый сильный, самый рѣшителыіый ударъ экономическому положенію мѣстныхъ обывателей былъ нанесенъ проведеніемъ желѣзныхъ дорогъ на Нижній-Новгородъ, Ивановъ и Кинешму, вслѣдствіе чего и торговое значеніе Холуя сразу упало. Караваны съ хлѣбомъ перестали оживлять холуйскую пристань и крупные торговцы доставляютъ нынѣ свой товаръ, минуя селеніе, прямо въ Нижній-Новгородъ и другія мѣста сосѣднихъ губерній. Правда, года четыре тому назадъ, на р. Клязьмѣ снова появилось нѣкоторое движеніе, благодаря случайно устроившемуся здѣсь пароходству, но обмелѣніе рѣки много мѣшаетъ правильному судоходству. Къ тому же и нарушившіяся торговыя сношенія болѣе не могли быть возстановлены . Такимъ образомъ, экономическое положеніе жителей с. Холуй было бы по истинѣ ужасно, если бы не иконописный нромыселъ, основавшійся здѣсь еще въ ХѴП столѣтіи. Занятіе иконописью было наслѣдственное; такимъ оно является и въ настоящее время. Не останавливаясь здѣсь на исторнческомъ происхожденіи этой столь любопытной отрасли художественныхъ занятій холуянъ, скажемъ только, что распространенію ихъ болѣе всего способствовали мѣстные офени, вязниковцы, ирославившіеся не только на всю Россію свонмъ ходебнымъ промысломъ, но и за предѣлами ея. Такъ, по свѣдѣніямъ, относящимся къ 1754 году, «многіе жители Холуя и Палехи (селенія, находящагося въ 30 верстахъ отъ Холуя) отходили со св. иконами въ дальнія страны, т. е. въ Польшу, *) Вдадимірскія губ. вѣдои. за 1854 г., № 20, «Холуйская слобода», И. Лядова, стр. 151.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4