103 СОЧИНЕН!Я Е. К. МИХАЖЛОВСКАГО. 104 данной средѣ не гармонируетъ съ ѳя нравственной и умственной физіономіей, это нѣчто можетъ быть очень различно и по объему, и по своему достоинству. Это общее должно существовать непремѣнно, иначе личность израсходуется безъ остатка на донъкихотство. Но тѣмъ не менѣе великій человѣкъ додженъ быть въ значительной степени чужимъ окружающей средѣ. Людское величіе состоитъ именно въ той борьбѣ, которую человѣку приходится вынести на своихъ плечахъ. И чѣмъ сильнѣе и ожесточеннѣе идетъ борьба, тѣмъ величественнѣе встаетъ передъ нами вынесшая ее личность. Величіе въ концѣ-концовъ сводится на трудъ, не на тотъ тупой и неосмысленный трудъ, иодъ тяжестью котораго изнываетъ большинство человѣчества, а на трудъ, освященный яркою мыслью. Дѣйствительно, великіе люди изъ фактически ничтожнаго зерна принцииіально важныхъ и плодотворныхъ элементовъ строятъ вѣковѣчное зданіе. Своимъ геніальнымъ умомъ они провидятъ и вызываютъ это родственное зерно изъ~подъ толстой коры враждебной и чуждой имъ нечисти,—и зерно подъ ихъ могучимъ вліяніемъ растетъ, нечистая кора сохнетъ и отваливается. Въ такихъ случаяхъ въ началѣ дѣятельности личности ее связываетъ со средой фактически ничтожный перешеекъ, но въ немъ сплочено все, что есть въ средѣ лучшаго, способнаго къ развитію, способнаго составить изъ себя фундаментъ новаго историческаго фазиса. Великіе люди—люди будущаго. Но давать тонъ исторіи могутъ и люди прошедшаго. Еслибы личность могла дѣйствовать только на почвѣ лучшихъ силъ среды, то въ 'исторіи не было бы никакихъ зигзаговъ, никакихъ попятныхъ движеній. Исторія копитъ въ нѣдрахъ общества массу самыхъ разнообразныхъ инстинктовъ, интересовъ, стремленій, идей, расположенныхъ въ весьма сложномъ, запутанномъ порядкѣ, такъ что въ данную минуту на поверхность могутъ всплыть элементы и побочные, и отнюдь не иредставляющіе собой лучшихъ силъ среды, отнюдь не соотвѣтствующіе тому, что мы называемъ «требованіями времени». И однако ловкая личность можетъ, ухватившись за нихъ, имѣть успѣхъ, окрасить своимъ цвѣтомъ извѣстный, болѣе или менѣе продолжительный періодъ времени. Такая роль можетъ иногда придтись по плечу даже совсѣмъ дюжинной личности. Такъ Наполеонъ III опирался у себя дома на невѣжество крестьянъ, на воспоминанія первой имперіи, продажность отребьевъ французскаго общества, а въ Европѣ —на сочувствіе представителей покойнаго священнаго союза, которые изъ боязни революціи рѣшились допустить на французскій престолъ Вонапарта, въ противность договорамъ 1815 года. Кто посмѣетъ сказать, что исторія не оставила Франціи и Европѣ ничего, кромѣ этихъ элементовъ? А опираясь на нихъ, Наполеонъ могъ давать тонъ исторіи не только Франціи, а и всей Европы. Великіе люди, люди будущаго являются въ такіе моменты исторіи, когда въ обществѣ есть элементы, способные къ развитію, но ихъ немного —если ихъ много, то нѣтъ мѣста величію личности. Вдохнувъ жизнь въ эти плодотворные элементы, давъ имъ толчокъ, люди будущаго тѣмъ самымъ кладутъ основаніе новому историческому фазису. Но эта грань можетъ быть обозначена другими явленіями и другими людьми. Наканунѣ неизбѣжнаго перелома отживающіе элементы, какъ бы предчувствуя свою смерть, выдвигаютъ людей, иногда очень даровитыхъ и энергическихъ, которымъ удается сплотить все ветхое, придать ему страшную силу и, пустивъ въ изумленный міръ этою ужасающею глыбой, запрудить на время теченіе исторіи. Эти люди прошедшаго просто пьянѣютъ отъ своего успѣха, ихъ дерзость не знаетъ границъ, и чѣмъ дальше въ лѣсъ, тѣмъ больше дровъ. Но это предсмертный усилія отживающихъ элементовъ среды. Мухи осенью, передъ смертью, какъ извѣстно, особенно кусливы. Незадолго до паденія римской имперіи императоры стали называть себя богами. Метафизика наканунѣ своей смерти выставила Гегеля. Наканунѣ революціи абсолютизмъ во Франціи выросъ до Людовика XIV. Напекая непогрѣшимость и нынѣшняя война —какіе это признаки? Когда иамъ указываютъ на какую-нибудь энергическую, вліятельную личность, какъ на кандидата въ великіе люди, наддежитъ разсмотрѣть во-первыхъ, какіе элементы въ окружающей средѣ дали личности точку опоры, съ которой она получила возможность вліять на ходъ событій? во-вторыхъ, что можетъ принести съ собой вліяніе этой личности на такія стороны жизни, которыя въ настоящую минуту отступаютъ почему-нибудь на задній планъ, но составляютъ, быть можетъ, стороны наиболѣе существенный? вътретьихъ, каковы цѣли и средства личности? Понятно какіе отвѣты должны получиться, если личность имѣетъ право на мѣсто въ Нантеонѣ. Мы снимемъ передъ ней шапки и за разлитую ею массу свѣта простимъ тѣ слабости, частныя ошибки, увлеченія, пятна на личномъ характерѣ, безъ которыхъ не обходятся и великіе люди. Трудно судить Манлія въ виду Капитолія, какъ выразился Маколей, говоря о Бэконѣ. Гдѣ Капитолій графа Бисмарка? Въ единствѣ Германіи, хоромъ отвѣчаютъ нѣмцы.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4