101 ГРАФЪ БИСМАРКЪ. 102 иросъ о свободѣ воли и необходимости, котораго мы здѣсь, разумѣется, разбирать не станемъ. Мы ограничимся только несколькими замѣчаніями. Нѣтъ дѣйствія безъ причины. Не безъ причины и человѣческія дѣйствія. Исторія управляется общими постоянными законами, но не они составдяютъ прямую, непосредственную причину человѣческихъ дѣйствій. Человѣкъ дѣйствуетъ подъ напоромъ той сѣти усдовій, среди которыхъ ему приходится жить, а эта сложная, постоянно въ извѣстныхъ предѣлахъ колеблющаяся, постоянно изменяющаяся, то отливающая, то приливающая сѣть подчинена общимъ, простымъ и постояннымъ законамъ. И независимость человѣка отъ общихъ законовъ исторіи, и его зависимость отъ ближайшаго сочетанія причинъ —относительны. Съ одной стороны есть въ исторіи теченія, съ которыми человѣку, будь онъ семи пядей во лбу, бороться невозможно. Съ другой—чедовѣкъ, получивъ причинный толчокъ отъ данной комбинаціи фактовъ, становится къ ней самъ въ отношенія причиннаго дѣятеля и можетъ вліять на нее болѣе или менѣе сильно. Сознательная дѣятельность человѣка есть такой же факторъ исторіи, какъ стихійная сила почвы или климата. Общіе, простые и постоянные историческіе законы намѣчаютъ предѣлы, за которые дѣятельность личности ни въ какомъ случаѣ переступить не можетъ. Но эти придѣлы еще довольно широки, и внутри ихъ могутъ происходить кодебанія, приливы и отливы, отзывающіеся весьма чувствительно на долгое время. Въ этихъ предѣдахъ энергическая личность, двигаясь и двигая направо или налѣво, впередъ иди назадъ, можетъ при извѣстныхъ обстоятельствахъ придать свой цвѣтъ и запахъ цѣлому народу и цѣлому вѣку, хотя, конечно, существуютъ извѣстныя причины, въ силу которыхъ эта личноеть могла явиться и имѣть такое вліяніе. Но эти спеціальныя причины могутъ стоять совершенно въ сторонѣ отъ общихъ законовъ исторіи, онѣ могутъ корениться, напримѣръ, въ случайныхъ особенностяхъ организаціи личности, и тѣмъ не менѣе оказывать сильное вліяніе и на ходъ историческихъ событій. Изъ этого кажущагося противорѣчія выйти не столь трудно, какъ можно думать съ перваго взгляда. Общими законами исторіи опредѣляется тотъ порядокъ, въ которомъ историческіе фазисы неизбѣжно слѣдуютъ другъ за другомъ. Въ этомъ отношеніи всѣ тянущія въ разныя стороны усилія отдѣльныхъ личностей въ среднемъ выводѣ и въ окончательномъ результатѣ нейтрализуются. Но не то мы видимъ въ отношеніи скорости, съ какою историческіе фазисы идутъ другъ другу на смѣну. Здѣсьто главнымъ образомъ и сказывается вначеніе индивидуальной дѣятедьности. Безсильная вырыть новое русло для исторіи, личность можетъ однако при извѣстныхъ условіяхъ временно запрудить историческое теченіе или ускорить его быстроту. Если- бы мы могли взглянуть на исторію съ высоты нѣскодькихъ сотъ тысячъ лѣтъ, то при этомъ всѣ отдѣльныя личности оказались бы почти одинаково ничтожными. Но мы живемъ такъ мало, а любимъ и ненавидимъ такъ много, что не можемъ не относиться съ нсключитедьнымъ вниманіемъ къ скорости, съ какою наши надежды и опасенія осѣдаютъ въ область дѣйствительности, а слѣдовательно и къ тѣмъ людямъ, личными усиліями которыхъ эти надежды и опасенія реализируются. Мы отводимъ мѣсто въ Пантеонѣ тѣмъ великимъ людямъ, которые, по вышеприведенному выраженію Бамбергера, «руководятся въ своихъ предпріятіяхъ общимъ ходомъ идей и событій и принимаютъ въ соображеніе вѣчные законы бытія>. Мы гонимъ изъ Пантеона тѣхъ проходимцевъ, которые ломятся туда только потому, что они наложили свою индивидуальную печать на рядѣ событій > хотя печать эта плоска, а сами они только < хватались за переходящій фактъ и бдагопріятную минуту ?■. И замѣчательно, что мы инстинктивно очень разборчивы въ наименованіи людей великими. Льстецы и холопы готовы честить этимъ именемъ всякаго, но незаслуженное прозвище само не приклеивается. Вы часто назовете нашего Петра великимъ, вы очень рѣдко назовете великимъ Людовика ХІУ или Фридриха II; вы, смѣю думать, никогда не назовете великимъ графа Бисмарка, а между тѣмъ первыя три личности въ равной степени занимали вниманіе современниковъ, а мы едва ли меньше вниманія удѣляемъ графу Бисмарку. Итакъ, то обстоятельство, что въ исторіи время отъ времени являются личности, накладывающія свою индивидуальную печать, вовсе не противорѣчить законосообразности исторіи: общіе законы завѣдуютъ порядкомъ историческаго движенія, личности вліяютъ на его скорость. Извѣстной правильности подлежитъ и самое появленіе выдающихся, властныхъ личностей. Онѣ выступаютъ всегда на границѣ двухъ фазисовъ историческаго развитія, на точкѣ перелома. Для того, чтобы личность могла давать тонъ исторіи, набросить свой личный колорита, на эпоху, требуется разумѣется, чтобы она сама попала въ тонъ, чтобы было нѣчто общее между ея задачами и средой, въ которой ей приходится действовать. Но это «нѣчто>, за которое энергическая личность должна ухватиться, чтобы затѣмъ быть въ состояніи затоптать и вырвать изъ почвы все, что въ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4