969 ОЛУЧАЙНЫЯ ЗАМѢТЕИ И ПИСЬМА О РАЗНЫХЪ РАЗНОСТЯХЪ. 970 вѳрканныхъ слове 5ѳкъ. Нѣкоторыя нзъ этихъ законны и смѣшныя слова, но не тогда, -словечекъ въ самомъ дѣлѣ смѣшны, такъ когда они, какъ у г. Лѣскова, заслоняютъ что нельзя не улыбнуться, встрѣтившись собою и смѣпіноѳ, и жалостное въ жизни, съ ними. Г, Лѣсковъ значительно развжлъ Извѣстѳнъ ходячій разсказъ о томъ, что и систематизировалъ смѣхотворяую манеру будто бы на Никейскомъ соборѣ Николай г. Лейкина. Правда, онъ нѳ отказывается Чудотворецъ, пылая религіознымь рвеніеыъ, и отъ прямыхъ позаимствованій у своего ударилъ еретика Арія. Въ числѣ многихъ предшественника. Такъ, у г. Лейкина не- прочихъ разсказу этому вѣритъ и дѣйствую- 1 , образованные купцы давно уже говорили щій въ «Полупощиикахъ» добродушный, но «тре журавле», полагая, что это нѣчто въ безпутный и распутный купецъ Степеневъ. родѣ «ігёз зо1і>, и у г. Лѣскова фигури- Вдругъ Степеневъ узнаетъ, что никогда руетъ это самое «тре журавле». Но внѣ этого яѳ было, что Николай Чудотворецъ подобныхъ заимствованій г. Лѣсковъ го- не только не давалъ пощечины Арію, но и раздо замысловатѣе и систематичеѣе г. Лей- на соборѣ не присутствовалъ. Степеневъ кина, который однако за то, мнѣ кажется, не сразу сдается; онъ освѣдомляется у свѣне столь удаляется отъ дѣйствительности. дущаго человѣка, «профессора», и потомъ, Марья Мартыновна, по щучьему велѣяію, пьяный, разсказываетъ; «Представьте, я вчепо г. Лѣскова прошенію, даже слово «кон- ра съ профессоромъ на блеярдѣ игралъ и ка» или «пощада» не можетъ правильно сдѣлалъ ему постановъ вопроса объ Аріѣ, произнести, а ужъ кажется довольно-таки а онъ дѣйствительяо подтверждаетъ, что простая русскія слова, —она говорить: наша ученая правду говорить —угодника «гонка», «прощада», своеобразно произ- на этомъ соборѣ, дѣйствжтельно, совсѣмъ водя эти слова отъ «гонять» и «прощать», не было. Мнѣ это большая непріятность. Это не простое перевяраніе, а какъ будто со мной черезъ это страшный переломъ реоправдываемое нѣкоторой оригинальной ло- лигіи долженъ выйти, потому что я этотъ гикой: изъ «просить» и «пощада» состав- фактъ больше всего обожалъ и такъ этого ляется «прощада», изъ «фиміамовъ» и «мі- забыть не могу. Я вчера профессору блеазмовъ» —^фиміазмы», изъ «милый» и «ми- ярдный шаръ въ лобъ пустилъ; теперь или яіатюрный» —гмиліатюрный> , изъ «толпа» онъ на меня жалобу подастъ, и я долженъ и «толкучка»— «толпучка», изъ «долбить» въ тюрьмѣ сидѣть, или надо ѣхать къ нему и <таблица>—«долбпца» и т. д. Въ своей прощады просить». виртуозности г. Лѣсковъ доходитъ даже до Въ такомъ видѣ, хотя и подкрашенное сочиненія такой якобы аряемети теской за- блеярдными шарами и прощадами, но вседачи, какъ «пять изъ семьи— сколько въ таки выдѣленное изо всей массы инпузорій, отставкѣ?» Подобный, очевидно, не подолу- пупоновъ, костюмовъ «а-ла морда» и жижанныя гдѣ-нибудь, а самимъ авторомъ вотовъ <а-ла пузе». —въ такомъ, говорю, искусно и съ нѣкоторымъ напряженіемъ видѣ огорченіе Степенева представляетъ мысли составленный каламбурный словечки собой благодарнѣйшій мотивъ для настоящанайдутся и у г. Лейкина; наоборотъ, у г. го комизма,—того комизма, къ которому Лѣскова можно встрѣтиться съ вполяѣ без- всегда примешивается извѣстная доля гохитростными «инпузоріями> и «блеярдными речи. Вглядитесь въ самомъ дѣлѣ въ эту шарами>, которые во множествѣ пестрятъ достойную всякаго вниманія фигуру. Челостраницы произведен!! г. Лейкина. Но дѣ- вѣкъ «больше всего обожадъ тотъ фактъ», ло въ пропорціи, и ужъ, конечно, г. Лѣс- что Св. Угодникъ прибилъ еретика, и коковъ несравненно хитрѣе г. Лейкина. Его гда узналъ, что этого факта не было, то поможно считать установителемъ новаго ху- чувствовалъ, что съ нииъ «долженъ выйти дожественнаго пріема въ предѣлахъ старин- страшный переломъ религіи». Какая глуной формулы «сейчасъ смѣшно и сейчасъ боко-комическая и вмѣсгѣ съ тѣмъ глубокожалостно». Въ эту старинную формулу онъ жалостная психологія. Разработка ея могла ввелъ «пупоны>... бы сдѣлать большую честь г. Лѣскову, но Признаюсь, читатель, я смѣялся надъ онъ предпочелъ, какъ снѣгомъ въ полѣ, заэтими «пупонами», но въ то же время они сыпать ее пупонами, такъ что изъ-подъ меня жестоко оскорбляли, какъ художе- нихъ не видны очертанія засыпаннаго. ственный пріемъ. Мало того : какъ бы ни Кое-что и еще погребено въ «Полунощрасхваливалъ г. Лѣсковъ, устами Аички, никахъ> подъ разными «губинотами» и «блеразсказъ Марьи Мартыновны, я эти «ну- ярдами». И кое объ чемъ изъ погребенпоны «признать художеств еннымъ пріемомъ наго можно пожалѣть. Мнѣ жаль, напр имѣръ, не могу, а развѣ балаганной поддѣлкой двухъ хорошо задуманныхъ фигуръ духовподъ художество. И, конечно, не потому, ныхъ лицъ, но, признаюсь, нисколько не что «пупоны> смѣшны. Смѣшное столь же жаль главнаго дѣасгвующаго лица разсказа .законно въ искусствѣ, какъ и жалостное, Марьи Мартыновны —Клавдіи Степенѳвой.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4