.тар 957 СЛУЧАИНЫЯ ЗАМѢТЕИ И ПИСЬМА О РАЗНЫХЪ РАЗНОСТЯХЪ. 958 какимъ матеріадомъ приходилось имѣть на первыхъ порахъ дѣло мировому суду и какое воспитательное значеніе онъ могъ имѣть въ ряду другихъ факторовъ жизни. Въ прѳдисловіи г. Никитинъ наиоминаетъ тотъ необыкновенно живой интѳресъ, съ которымъ самая разнообразная публика посѣщала камеры миров ыхъ судей и затѣмъ читала и обсуждала «сцены у мировыхъ судей» , почти ежедневно печатавшіяся въ газетахъ. Немудрено: и сущность, и самыя формы новаго суда открывали невиданные горизонты, которыми, какъ это и всегда бываетъ съ новыми горизонтами, одни были довольны, другіе недовольны. Остановимся на недовольныхъ. Они любопытны, какъ предшественники нынѣпінихъ хулителей судебной реформы и вообще начинаній шестидесятыхъ годовъ. Контръ - адмиралъ Арбузовъ заказывалъ дважды платье портному Соколову. Во второй разъ Соколовъ послалъ ему, по недосугу, брюки съ другимъ портнымъ, не подмастерьемъ своимъ (онъ работалъ одинъ), а штучникомъ, Волковымъ. Адмиралъ Арбузовъ, узнавъ такимъ образомъ Волкова, сталъ заказывать платье уже непосредственно ему, а не Соколову, а когда Волковъ его надулъ на 18 руб. съ копѣйками и скрылся, онъ пожелалъ взыскать эти деньги съ Соколова. Мировой судья постановилъ въ искѣ адмиралу Арбузову съ Соколова отказать. Дѣло само по себѣ очень простое, но оно любопытно по обстановкѣ. Адмиралъ остался недоволенъ не только рѣшеніемъ судьи, но и его повѳденіемъ во время суда. Онъ подалъ въ мировой съѣздъ жалобу, которая начиналась такъ; «По прошенію моему въ І!і-й участокъ мировому судьѣ, 24-го мая прнглашенъ былъ въ судъ, куда придя, взошелъ за перегородку, віідя дверцы отворенными, заднія банки всѣ полныя, переднюю банку занятой, подошелъ къ судьѣ, чтобы спросить поближе у письмоводителя, здѣсь ли отвѣтчикъ, но, еще не получивъ отвѣта, былъ пораженъ грознымъ возгласоиъ: „Ваше превосходительство, садитесь з&рѣшет- ««/".Подобная фраза въ народѣ имѣетъ значеніе мѣста для арестантовъ, что и произвело улыбяу удовольствія на отвѣтчикѣ и другихъ ему подобныхъ. Эха дерзость, грубость, невѣжество до того поразили меня, что я, шатаясь отъ неожиданности оскорбленія, вышелъ за перегородку, а не рѣшетву, свойственную тюрыіамъ й острогамъ; по выходѣ сидащія лица, сочувствуя моему положенію, вѣжливо предложили мѣсто, гдѣ, опомнясь, спросилъ, обращаясь къ обществу, что значитъ посадить за рѣшетку, тогда судья напомнилъ молчаніе. Услыша по очереди призывы г. судьи: „г. Арбузовъ и г. Сокодовъ", конечно, по ндеѣ соціализма или непонятнаго эигелизма, часто повторяемой отъ многихъ неучей мышленія, какъ будто ведущихъ къ прогрессивности, что, къ сожалѣпію, отъ непониманія сущности ведетъ наше должное развитіе къ ущербу съ пояятіемъ о ложномъ. мнимомъ равенствѣ состояній или закона, часто слышанныхъ, къ сожалѣаію, огъ многихъ мировыхъ судей, при народно иъ собраяіи разбирательства исковъ, въ чемъ мое оиредѣленіе подвергаю рѣшенію судей, какъ здраво мыслящихъ по непреложнымъ законамъ природы». И т. д., ит. д. еще много подобнаго же краснорѣчія, въ которомъ даже кн. Мещерскій долженъ, кажется, уступить пальму первенства адмиралу Арбузову. Мировой съѣздъ постановилъ прошеше Арбузова по дѣлу его съ Соколовьшъ оставить безъ послѣдствій, а за оскорбительныя выраженія, употребленный какъ противъ мирового судьи 16-го участка, такъ и противъ всего мирового института, —передать прошеніе прокурорскому надзору для пресдѣдованія Арбузова уголовнымъ порядкомъ. Аналогично дѣдогенералъ-лейтенаата Сим борскаго съ мѣщаниномъ Лопатинымъ, надѣлавшее въ свое время много шума. Пересказывать его не стоитъ. Отмѣтимъ только, что рѣшеніе мирового судьи было встрѣчено апплодисментами и одобрительными возгласами многочисленной публики, такъ что судья долженъ былъ остановить эти знаки одобренія звонкомъ и пояснить, что въ судѣ не допускаются выраженія одобренія или порицанія. Тѣмъ не менѣе, генералъ Симборскій, оскорбительными выраженіями о мировомъ судьѣ, довелъ мировой съѣздъ до постановленія о передачѣ его апелляціоннаго отзыва прокурорскому надзору для уголовнаго прѳслѣдованія. Еупецъ Екимовъ тоже недоволенъ мировымъ судомъ. Онъ, вмѣстѣ съ сыномъ, ни за что, ни про что избилъ двухъ служив шихъ у него въ лавкѣ деревенскихъ мальчиковъ. Купецъ Екимовъ во время разбирательства держитъ себя чрезвычайно развязно, ругаетъ мальчиковъ-истцовъ <поі'анцами>, «ворами». Судья его останавливаетъ, онъ не унимается. Ыаконецъ, происходить такой діалогъ между судьей и Екимовымъ: «Повторяю, не смѣйте такъ выражаться, не то я васъ оштрафую. —Кого? меня-то? Я самъ членъ Думы и такожде знаю, что можно и что нѣтъ. Пугать насъ нечего, сами все разумѣемъ.' —Штрафую васъ 2-мя рублями и, если вы еще станете такъ вести себя, я васъ удалю изъ ирису тствія. —Штрафуйте себѣ, коли охота, а только этимъ ворамъ не слѣдъ потачку давать: вы, гг. судьи, и то ужь весь народъ избаловали за годъто. —Извольте выйти изъ присутствія. —И выйдемъ, благо и стоять-то тутъ понапрасну намъ некогда: въ Думу надо. Прощайте, ухожу.—Совсѣмъ уходить не смѣйте: вы обвиняемый, должны быть на лицо въ судѣ. Въ другой комнатѣ подождите, пока я васъ позову». Судья присуждаетъ отца и сына Екимовыхъ къ уплатѣ избитымъ мальчикамъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4