937 СЛУЧАЙНЫЯ ЗАМѢТІШ И ПИСЬМА О РАЗНЫХЪ РАЗНОСТЯХЪ. 938 иди подкрашѳнныхъ воображѳніемъ и сто- такъ никогда и не сознаѳтъ своей гнусности? устою молвою. Это позорное безсмертіе до- Очень можетъ быть, и очень часто такъ и сталось Іудѣ, конечно, не за самый фактъ бываетъ. Но такая исторія предательства предательства, который слишкомъ не рѣдокъ, не станетъ популярною, потому что это лоч обы не найти себѣ многихъ историческихъ гически не полная исторія, какой-то отрыили легендарныхъ воплощеній, одинаково вокъ, на которомъ возмущенное предательвыразитѳльныхъ. Предатели всегда были и ствомъ чувство не можетъ остановиться, по-сейчасъ между нами ходятъ. Іуда обѳз- Оно подсказываетъ продолжѳніе исторіи пресмертшіъ себя пренсде всего не самымъ дателя, то именно продолженіѳ, о которомъ фактомъ предательства, а его объектомъ: повѣствуеть евангеліе, —угрызенія совѣсти, онъ предалъ Мессію, надежду и верховнаго мучительныя до того, что и жизнь станоучителя милліоновъ исповѣдующнхъ хри- вится не мила Іудѣ, Вотъ почему образъ ■стіанское ученіе. Исторія пригвоздила пре- Іуды такъ понятенъ и такъ много говорить .дателя, въ лицѣ Іуды Искаріота, такъ вы- сердцу не только христіанъ. Полуязыческая соко, что онъ видѣнъ всему человѣчеству, древность, еще только что испытавшая дудаже за предѣлами среды вѣрующихъ хри- новеніе христіанства, очень быстро сроднистіанъ. Предатели всегда были и по-сейчасъ лась съ этимъ образомъ и подсунула ему между нами ходятъ, это вѣрно. Но, во-пер- свою осину, о которой уже раньше ходила выхъ, они не составляютъ всенароднаго по- дурная слава. Уже Добрыня вѣшалъ убизорища, а во-вторыхъ, они ходятъ, а не ви- таго имъ Змѣя Горынчища на осину, уже сятъ. Ученые толкователи св. писанія и злымъ вѣдьмамъ и колдунамъ вбивали осиисторики христіанства задумываются надъ новые колья въ спину, и рядомъ съ Змѣемъ мотивами поступка Іуды, надъ самою обета- Горынчищемъ народная легенда предложила новкой предательства. Они говорятъ, на- повѣситься Іудѣ, и содрогаются съ тѣхъ примѣръ, что тридцать сребрениковъ, — поръ листы осины, какъ содрогалась совѣсть средняя цѣна одного раба по еврейскому предателя. закону, —слишкомъ незначительная цифра, Были въ разныя времена попытки подчтобы предатель соблазнился именно день- ставить Іудѣ другой пьедесталъ. Такъ, загами. Они удивляются дадѣе, что Іуда дол- путанная мысль гносгиковъ создала секту, женъ былъ подлымъ поцѣлуемъ указать пре- поклонявшуюся предателю Іудѣ, наравнѣ слѣдователямъ личность Христа, котораго съ ветхозавѣтпымъ зміемъ-искусителемъ, всѣ и безъ того достаточно знали и который убійцей Авеля Каиномъ и другими предсъ справедливымъ и горькимъ упрекомъ ставителями зла въ ветхомъ и новомъ засказалъ обступившей его толпѣ: «Какъ будто вѣтѣ. Запутанная мысль останавливалась и на разбойника вышли вы съ мечами и колья- на томъ обстоятельствѣ, что, не ' соверши ми взять Меня; каждый день съ вами си- Іуда своего предательства, не пролилъ бы дѣлъ Я, уча въ храмѣ, и вы не брали Ме- своей драгоценной крови Хржстосъ для ня». Но каковы бы ни были эти домыслы искупленія человѣчества. Переходя къ ноотносительно мотивовъ и обстановки Іудана вѣйшему времени, можно указать романъ дѣла, Іуда беземертенъ именно въ очѳрта- одяого французскаго писателя (Петручелли ніяхъ евангельскаго разсказа. Предатель де-ла-Гаттина), напечатанный въ формѣ изъ корыстныхъ цѣлей, въ чемъ бы онѣ ни мемуаровъ Іуды, въ котором ь предатель состояли, изгрызенный потомъ совѣотью до является фанатическимъ политическимъ дѣясамоубійства, —этотъ образъ нуженъ людямъ телемъ, недовольнымъ тѣмъ, что Христосъ дуво всей его полнотѣ. Нѣтъ дѣла гнуснѣе маетъ лишь о небесномъ, а не о земномъ царпредательства, потому что въ него вхо- ствѣ. Но всѣ подобный созданія ухищренной дятъ многообразный черты подлости. Пре- мысли меркли передъ простотою и закончендатель одинаково презирается и простыми, ностью евангельскаго разсказа, который остаи мудрствующими умами, и тѣми, кого онъ вался въ общемъ сознаніи непоколебленнымъ. предалъ, ж тѣми, кому онъ ихъ предалъ. Но Съ другой стороны, не пускали корней и обстоятельства всетаки часто складываются такія поправки, въ которыхъ негодующая такъ, что общее презрѣніе неказнитъ пре- мысль требовала для предателя болѣе сильдателя явно, и самъ онъ не созяаетъ своей ной казни, чѣмъ какая ему назначена еваннизости и благоденствуетъ. Такимъ исхо- геліемъ. Такъ, въ первые вѣка христіанства домъ человѣческая мысль и человѣческое существовала легенда, что Іудѣ не удалось чувство не могутъ удовлетвориться. Эго не повѣситься, что его попытку самоубийства исходъ, не конечный пунктъ исторіи преда- во-время замѣтили и спасли его, что онъ датедьства, не точка, а развѣ многоточіе, потоиъ еще довольно долго жилъ, страшно за которымъ должна слѣдовать по крайней растодстѣлъ и едка могъ двигаться, что, мѣрѣ работа воображенія, если ужъ замерла наконецъ^ однажды на него наѣхаіъ экидѣйствительность. Неужели же предатель пажъ и раздави' г ъ его толстое брюхо. Сал-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4