915 СОЧИНЕШЯ Н. К. МИХАЙЛОВСКАГО. 91в любпте и дѣтей свопхъ; не можетъ ли здѣсь случиться такого казуса: не смотря на то, что любите своихъ дѣтеи, вы даете нмъ воспитаніе вредное нхъ физическому и нравственному здоровью, потому что не знаете, какъ нужно воспитывать дѣтей? — Этого не можетъ быть: кто любптъ ближняго своего, тотъ не дастъ ему, вмѣсто хлѣба, камень. — Если вы найдете лишнимъ объяснять дѣтямъ, что такое, наиргмѣръ, громъ и молнія, то они дадутъ этішъ явленіямъ свои объясненія; а нхъ объясненія могуть постепенно привести и къ поклопенію Перуну. — Только человѣкъ, возлюбнвшій блпжняго своего, можетъ исполнить законъ жизни; вся суть въ этомъ, а не въ томъ, какъ или отчего громъ н молнія >. Когда я прочиталъ эти поразительныя строки, мнѣ стадо жутко, —жутко за ѳтихъ <толстовцевъ», жутко за дѣтей ихъ, жутко, наконецъ, за самого гр. Толстого: за толстовцевъ, вытравившихъ у себя всѣ <мозговыя линіи», кромѣ одной, хотя вѣроятно вполнѣ «современной»; за дѣтей ихъ, еще въ утробѣ матери сознательно обреченныхъ своими родителями на невѣжество и кабалу, нотому что они, конечно, будутъ въ кабадѣ у тѣхъ, кто знаетъ «какъ и отчего громъ и молнія»; за гр. Толстого, слово котораго отразится на судьбахъ этихъ несчастныхъ дѣтей... «Недѣля», г. Волынскій иеще какіе есть, это, конечно, не гр. Толстому въ версту; но и на нихъ лежитъ отвѣтственность, пропорціональная ихъ росту. Вѣдь и проиовѣдь реабюштаціи дѣйствительности, свѣтлыхъ явленій и безиечальнаго созерцанія могла кое-кого соблазнить. И теперь, когда <Недѣдя> вывернула всю свою проиовѣдь наизнанку, я, пародируя г. Фета, невольно думаю: И тебѣ не стыдно? И тебѣ не страшно? Не въ томъ дѣло, что < Недѣля» измѣнила теперь свои взгляды и сожгла то, чему поклонялась, поклонилась тому, что сжигала: глупости и слѣдуетъ сжигать, и чѣмъ скорѣе, тѣмъ лучше. А такъ какъавторитетъ «Недѣли» немножко поменьше авторитета гр. Толстого, то и драма этого переворота, надо думать, не особенно тяжело отразится на читателяхъ. Но велика ли, мала ли принятая каждымъ изъ насъ на себя тягота, а надо ее нести добросовѣстно. Над - ломъ идеаловъ ивѣрованій есть обыкновенное въ исторіи явленіе. Но онънекаждыя десять минутъ происходитъ и даже не каждыя десять лѣтъ, какъ у насъ почему-то думаютъ. Это пропессъ болѣзненный и трудный, и именно поэтому здѣсь вполнѣ неумѣстенъ дѣтскій зудъ, легкомысленная жажда сказать новое слово, хотя бы за душой ровно ничего не было. Говорите просто свое слово, и если оно новое, такъ не бѳзпокойтесь, — исторія его новымъ и назоветъ. У г. Волынскаго, онъ говорить, есть тож& свои «современные читатели>. Можетъ быть. Но въ такомъ случаѣ ему особенно надлежитъ помнить изреченіе Гоголя (старая мозговая линія!); со словомъ надо обращаться честно. Пока г. Волынскій еще не сказалъ ничего удобопонятиаго, потому что всѣ эти вновь открытая мозговыа линіи и вновь обнаженные углы души, все это только безсодержательныя слова, и вдобавокъ неуклюжія. Но это-то т нехорошо. Говорите старое, говорите новое, но говорите такъ, чтобы васъ хоть понять можно было и чтобы видно было, что вы сами понимаете то, что говорите. А то- «новая мозговая линія!» Шутка сказать... XXI. О живой старинѣ. Этнографическое отдѣленіе географическаго общества предприняло новое періодическое изданіе по своей спеціальности. Новый журналъ носитъ красивое и характерное ыазваніе: «Живая Старина». Первый выпускъ его уже вышелъ, второй былъ обѣщанъ къ концу ноября или къ началу декабря, но что-то сильно запоздалъ, а всѣхъ ихъ обѣщано четыре въ академическіі 1890 —91 годъ. Я не знаю, какъ смотрятъ на содержаніе перваго выпуска «Живой Старины» спеціалисты. Надо замѣтить, что «Записки Императорскаго русскаго географическаго общества по отдѣленію этпографіи» —вдуть и будутъ идти сами собой, а «Живая Старина» желаетъ помѣщать «преимущественно неболыпія статьи и записки, доставляемый или давно уже доставленный въ географическое общество, а такъ жеизвлеченіяизъ хранящихся въученомъ его архивѣ матеріаловъ». Кромѣ того редакція заявляетъ, что въ первомъ выпускѣ она «не успѣла отдѣлы критики, библіографіи и смѣси обставить такъ, какъ бы желала и какъ надѣется повести ихъ въ' слѣдующихъ книжкахъ». Все это, вмѣстѣ взятое, заставляетъ думать, что по крайней мѣрѣ первый выпускъ «Живой Старины» —не особенно удовлетворитъ спеціалистовъ. Ну, а на насъ, профановъ, ученый журналъ имѣетъ полное право махнуть рукой. Читаемъ мы, напримѣръ, очеркъ г. Бондаренка: «Новѣрья крестьянъ Тамбовской губерніи» —и узнаемъ, между прочимъ, слѣдующее: «Кукушка считается оракуломъ: она можетъ предсказать, сколько кому лѣтъ жить. Желающій узнать это нарочно спра-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4