907 сочинешя н. к. михайловскаго. 908 < искусство писательства» есть для г. Янжула совершенно постороннее вѣдомство. Весьма взвѣстный въ качествѣ профессора финансоваго права и фабричнаго инспектора г. Явжулъ никогда не былъ внвмателепъ даже къ своему собственному стилю. Очевидно, что онъ такъ же случайно заинтересовался книжкой Бентона. какъ случайно напечатала его статью «Недѣля». Есть еще въ первомъ нумерѣ обновленной ежеыѣсячной <Ыедѣли» разсказъ Г. И. Усненскаго «Тягота». Но этотъ самый разсказъ былъ уже напечатанъ и затѣмъ перенечатанъ въ третьемъ томѣ сочнненій Успенскаго, вьшедшемъ единовременно съ первой книжкой «Недѣли»; только тамъ онъ озаглавленъ «Памятливый». Если не предположить, что «Недѣля» хочетъ перепечатывать у себя всего Успепскаго, то «Тягота» является опять-таки чистою случайностью. Остальная беллетристика не мало не выразительна, а по стихотворной части я нашелъ, между прочимъ, слѣдующее: О, нашъ патеръ тнхъ и кротокъ! Лишь порой, кораиы четокъ Втгснувъ бѣшено въ ладонь, Онъ біросаетъ на красотокъ Взоръ горячій какъ огонь. Затѣмъ идетъ и дадьнѣйпіее обличеніе «атолическаго патера, который, давъ обѣтъ безбрачія и пѣломудрія, на дѣлѣ однако пріятно проводитъ время и съ «синьорами въ туманѣ кружевъ», и съ «крестьянскими смуглыми женами». Кончается стихотвореніе такъ; О, нашъ патеръ техъ и кротокъ! Лишь порой нзъ-за рѣшетокъ Сакристіи золотой Что-то шспчетъ горячо такъ Итальянкѣ молодой. Въ Италіи подобныхъ стихотвореній, должно быть, много пишется, и тамъ они не составляютъ, конечно, продуктовъ чисто случайнаго вдохновенія... Но въ обновленномъ журналѣ интереснѣе всего именно новинка, въ данномъ случаѣ литературно-критическій отдѣлъ. Есть по 8той части въ первой книжкѣ «Недѣли» и руководящая статья <Бесѣды о литературѣ». Авторъ, скрывающійся подъ цифрой 1 (единица), какъ сообщаетъ частью онъ самъ, частью редакція, уже велъ въ «Не дѣлѣ» литературный обозрѣнія пять лѣтъ тому назадъ. Въ его первой, по возобновленіи, бесѣдѣ есть чрезвычайно странные и очень рискованные намеки и недомолвки, которыхъ, однако, я теперь касаться не буду. Я отмѣчу только одну черту. За поолѣдніе годы «Недѣля», устами своихъ критиковъ ж публицистовъ, проповѣдывала «новое слово >. Проповѣдь шла отъ имени «дѣтей», «новаго литературнаго поколѣнія» и была очень задорна по формѣ, хотя очень смирна по существу. «Дѣти> внезапно объявили войну «отцамъ», изъ которыхъ добрая половина покоится въ могилахъ, а иные хотя и живы, но находятся не у дѣлъ. Суть проповѣди состоитъ въ «реабилитаціи дѣйствительности»: какова бы она ни была, съ ней надо мириться; художники должны созерцать и воспроизводить явленія жизни безъ всякой ихъ квалификаціи по категоріямъ добра и зла; критика должна созерцать этихъ художникобъ и любоваться красотами ихъ произведеній; публицистика должна опятьтаки любоваться «свѣтлыми явленіями», а все «новое литературное поколѣніе» должж> быть вполнѣ довольно собой и вѣрить, что все обстоитъ благополучно, ибо маленькія непріятности не мѣшаютъ болыпимъ удовольствіямъ. А такъ какъ «отцы» не понимали этой здравой философіи, то имъ и была объявлена война, и даже тѣни ихъ вызывались изъ гробовъ для посрамлекія, потому что живучи славные покойники и въ истинно молодыхъ сердцахъ доселѣ бьется пульсъ старой жизни. Я былъ увѣренъ, однако, и предсказывалъ въ этихъ же письмахъ, что «новое слово» <Нѳдѣли> въ непродолжительномъ времени лопнетъ, какъ мыльный пузырь, чтобы уступить мѣсто какому нибудь новѣйшему курбету, —безъ этого «Недѣля» не можетъ. Въ чемъ состоитъ этотъ новѣйшій курбетъ, пока еще не видно. Какая-то война продолжается или вновь возникаетъ, но уже не отъ имени дѣтей и новаго литературнаго поколѣнія. О законности самодовольства и реабилитаціи дѣйствительности нѣтъ и помину. Современная беллетристика объявляется крайне слабою, и многимъ «молодымъ талантамъ» предлагается совсѣмъ бросить литературу. Современная критика уличается въ ничтожествѣ,, и для своего предшественника, г. Дистерло^ главнаго провозвѣстника «новаго слова», г. Единица не дѣлаетъ исключенія. Вся современная русская жизнь для теперешняго критика «Недѣли» «сливается во чтото сѣрое, неопредѣленное и безформенное..^ люди заняты мелкими заботами о хлѣбѣ насущномъ, о барышахъ, о жалованьѣ и пенсіяхъ». Наше время можетъ быть названо «тридцатыми годами-Ьіз»: «дѣлецкое время,, занятое мелочными заботами текущей минуты, не даетъ поводовъ къ поднятііо духа, къ паѳосу, къ вдохновенію». Настоящая минута характеризуется <омертвѣніемъ общественной мысли, праздной болтовней, пасквилями и паденіемъ изящной литературы»... Ну, вотъ и слава Богу! Не за то, конеч-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4