§63 еОЧИНБШЯ Н. К. МИХАЙЛОВОКАГО. 864 щимъ цѣіую группу населенія, цѣлое оословіе, такъ дѣло-то вѣрнѣе будетъ. И дѣйствительно вѣрнѣе: еслп есть среди семинаристовъ хоть одинъ ■зіомыслящій человѣкъ, такъ ужъ онъ навѣрное закдейменъ въ чпслѣ всѣхъ прочихъ. Такъ въ военное время непріятель уничтожаетъ цѣлый домъ, изъ одного окна котораго раздался одинокій выстрѣлъ. Но вѣдь то военное время, а у насъ все мирно и въ вопросѣ о церковио-приходокихъ школахъ кн. Мещерскій, повторяю, стоитъ за семинаристовъ. Каково положеніе тѣхъ {консервативныхъ» читателей, которые ищутъ въ «Гражданинѣ» просвѣщевія ума и сердца? Они и раньше, вѣроятно, не совоѣмъ ясно себѣ продставляли, что собственно с консервируете кн. Мещерскій, и ранъще была яма глубока, а теперь и дна не видно! Положеніе читателя тѣмъ печальнѣѳ, что «Гражданинъ», по обыкновенію, не утруждаетъ ни себя, ни его никакими «понеже». Мы должны быть очень благодарны высокопреосвященному Никанору за урокъ, данный имъ «Гражданину». Можетъ быть, и сей послѣдній, и прочіе протенденты поймутъ изъ этого, что самое усердіе должно быть заключено въ извѣстные предѣлы, перейдя за которые, оно становится способно лишь на меДвѣжьи услуги, а потому и одобренія не вызываетъ. Къ сожалѣнію, въ «бесѣдѣ» высокаго оппонента «Гражданина) не все для насъ ясно, что безъ сомнѣнія обусловливается тѣмъ состояніемъ вполнѣ естественнаго негодованія, въ которомъ оппонентъ находится. Высокопреосвященный Никаноръ, отвергая приписываемую кн. Мещерскимъ семинаристамъ ненависть къ дворянств у.утверждаетъ обратный фактъ— фактъ ненависти дворянъ къ семинаристамъ; по его мнѣнію, это «жсторическій, коли угодно, даже физіологическій фактъ». Я полагаю, что развитіемъ этого тезиса высокопреосвященньтй Никаноръ хотѣлъ только наглядно локазать кн. Мещерскому, какъ легко, но зато какъ и рискованно развивать подобный темы. Между прочимъ, высокопреосвященный говорить: «Всегда наша (семинарская) школа выучивала правильному логическому мышленію и писанію. Русское правошісаніе лучше Пушкина у насъ знаетъ каждый риторъ, т. е. ученикъ низшаго отдѣленія семинаріи, иначе ему и немыслимо было оставаться ученикомъ семинаріи». Это только одинъ изъ образчиковъ того, какъ всегда высоко стояло образованіѳ въ духовныхъ школахъ и какъ сравнительно съ нимъ слабо образованіе свѣтское. Въ свѣтскихъ школахъ всегда учили, говоритъ высокопреосвященный Никаноръ, «чему-нибудь и какъ-нибудь» и выпускалп людей съ блестящею внѣшнею шлифовкой, но съ малыми знаніями и шюхимъ умственнымъ развитіемъ, «Обратно здравому смыслу баричъ-дворянинъ получалъ патентъ на образованность отъ самой колыбели... Этотъ патента образованности давали хорошія дворянскія манеры, который 5 большинству семинаристовъ не даются цѣлый вѣкъ». Я не берусь судить объ этихъ и о другихъ, сообщаемыхъ высокопреосвященными Нйканоромъ, свѣдѣніяхъ о свѣтскомъ ж духовномъ образованіи. Затрудняюсь даже рѣшить, серьезно ли онъ, напримѣръ, утверждаетъ, что семинариста младшаго отдѣленія, пишущій по русски не лучше Пушкина, не можетъ остаться въ семинаріи. Меня занимаетъ одно недоразумѣніе чистологическаго свойства. Въ общемъ итогѣ на сторонѣ свѣтскаго, дворянскаго образованія внѣшній лоскъ и изящныя манеры, а на сторонѣ образованія; духовнаго, семияарскаго —серьезный знанія и высокое умственное развитіе. Я пронп? читателя запомнить этотъ общій выводъ. Высокопреосвященный Никаноръ сообщаетъ въ своей бесѣдѣ нѣкоторыя очень любопытный свѣдѣнія о Чернышевскомъ. Чѳрнышевскій уже въ самой ранней юности <по своему развитію выдвигался изъ ряда вонъ». 16-ти лѣтъ онъ поступилъ въ семинарію. «Начитанность его и научны® познанія уже тогда до того были обширны^ что приводили всѣхъ въ изумленіе... Непонятно, какъ мальчикъ въ 16 лѣтъ могъ имѣть такія обширныя всестороннія познанія» Это показаніе высокопреосвященный Никаноръ бѳретъ у товарища Чернышевскаг® по семинаріи, протоіерея Р. Между прочимъ, Чернышевскій зналъ языки: «латинскій, греческій, еврейскій, сирійскій. французскій, нѣмецкій, англійскій и польскій», Свѣдѣніями своими по иностраннымъ литературамъ онъ поражалъ какъ своихъ сверстниковъ, такъ и профессоровъ. Но «точно таковъ же былъ онъ и по священному писанію: это была живая библія и сборникъ твореній св. отцовъ>. Далѣе, «по воспоминаніямъ сверстника протоіерея, какъ и по моимъ (говоритъ высокопреосвященный Никаноръ), основаннымъ на воспоминаніяхъ саратовцевъ, Чернышевскій былъ въ самой высокой степени мальчикъ благовоспитанный, крайне деликатный и сщ)жанный>. Не мѣшаетъ, можетъ быть, замѣтить, что, судя по всему, что намъ извѣстно о Чернышевскомъ, его благовоспитанность и деликатность никогда не имѣли спеціаіьно свѣтскаго, салонно-будуарнаго характера. Соображая все это съ характеристикою, которую высокопреосвященный Никаноръ дѣіаетъ свѣтскому, дворянскому, и духов-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4