«99 СОЧИНЕШЯ П. К. МИХ4ЙЛ0ВСКЛГ0. 700 шенно изъ ряда вонъ выходящее. Вы знаете, что,мы оставили одинъ островъ внѣ прогресса науки, какъ образчикъ древней, варварской земли. И вотъ съ этого острова явился чедовѣкъ, который утверждаетъ, что можетъ питаться безъ нашего церебральнагоэлексира, сообщаться со звѣздамп, не прибѣгая къ помощи интерастральнаго фонографоскопа ж производить дѣтей безъ посредства динамопанспермической машины. Я видѣлъ дѣтѳй этого человѣка, произведенныхъ страннымъ я таинственнымъ способомъ, и должѳнъ признаться, что они довольно похожи на человѣческія существа. Человѣкъ ѳтотъ нѳ -скрываетъ своихъ изобрѣтеній, нагло утверждая, что они совершенно независимы отъ науки, и, на вопросъ о процессахъ его питанія, сообщенія со звѣздами и дѣтопроизводства; отвѣчаетъ: не знаю! Ясно, что во всемъ этомъ есть какая-то тайна, а такъ какъ всѣ тайны безповоротно упразднены уже тридцать вѣковъ тому назадъ, то я предлагаю этого кощунствующаго изобрѣтателя и революціонера казнить смертью. — Члены полетехническаго и верховнаго собранія вотируютъ казнь охрипшими отъ долгаго неупотребленія голосами (они привыкли къ телофонно-алгебраическому разговору). Вводятъ преступника. Наружность его со- ■ставляетъ рѣзкій контраста съ внѣшнимъ видомъ членовъ собранія, отличающихся огромными плѣшивыми головами наничтожномъ сморщенномъ туловищѣ. Мы назвали- •бы этого несчастнаго красивымъ, но тогдашнее. человѣчество смотритъ на него съ -отвращеніемъ и умерщвляетъ его утонченнымъ научнымъ способомъ при помощи электричества. Такъ погибъ послѣдній изобрѣтатель, заново открывшій хлѣбъ, вино, лирическую поэзію и любовь. Это —шутка, въ оригинадѣ, конечно, ■гораздо болѣе забавная, чѣмъ въ моемъ сокращенномъ изложеніи, но содержащая въ ■себѣ зерно серьезнаго опасенія, что дескать поступательный ходъ науки въ концѣ концовъизсушитъ иобезцвѣтитажизнь.Помнѣнію Поля Бурже, опасность эта и гораздо глубже, и гораздо ближе; потому что уже и теперь наука .или, точнѣе, философія на научной подкладкѣ даетъ себя знать страшнымъ ущербомъ нравственнаго чувства. Молодой человѣкъ Роберъ Грелу попадаетъ гувѳрнеромъ въ семью маркиза деЖюсса и соблазняетъ сестру своего воспитанника сначала разсчитаннымъ ухаживаніемъ, потомъ, въ решительную минуту, угрозой отравиться, наконецъ обѣщаніемъ умереть вмѣстѣ. Однако, опомнившись, послѣ того какъ Шарлотта отдалась ему, онъ отказывается отъ самоубійства, и дѣвушка, оскорбленная вдобавокъ еще его дневникомъ, который ей удалось прочитать, отравляется одна. Передъ смертью она написала своему отсутствующему старшему брату, графу Андре, письмо, въ которомъ изложила всю исторію. Роберъ Грелу арестованъ по подозрѣнію въ убійствѣ Шарлотты, судится, но отказывается давать какія-бы то ни было показанія, и осужденіе его, повидимому, несомнѣнно. Графъ Андре знаетъ изъ письма сестры, что Грелу не виновата въ томъ преступленіи. въ которомъ обвиняется, но не хочетъ открывать эту тайну суду, вопервыхъ, чтобы не обнаруживать позора сестры, а во-вторыхъ, потому, что Грелу все-равно заслуживаетъ всякой казни. Въ дѣлѣ Грелу совершено особымъ образомъ заинтересовано еще одно лицо. Это нѣкій Адріанъ Сикстъ, знаменитый ученый и филосовъ, имѣвшій своими сочиненіями огромное вліяніе на Грелу. У него есть собственноручная исповѣдь Грелу, изъ которой онъ знаетъ все, что знаетъ графъ Андре изъ предсмертнаго письма Шарлотты. Сикстъ пишетъ объ этомъ графу анонимно, и тотъ, пораженный мыслью, что есть кто-то еще, знающій дѣло, объявляетъ передъ судомъ истину. Грелу оправданъ. Но въ тотъ-же день графъ Андре убиваетъ его изъ револьвера, прямо называя это убійство казнью. «Я казнилъ его», —говорить онъ присутствующимъ, и это заявленіе послѣ выстрѣла невольно напоминаетъ восклкцаніе Вальяна «присужденъ!», которымъ послѣ выстрѣла- , же оканчивается драма Додѳ. Такова фабула романа Бурже. Но интересъ совсѣмъ не въ ней, не во внѣшией исторіи Робера Грелу. Можно даже сказать, что дѣйствущими лицами романа являются не люди, а идеи и душевныя состоянія. Большая часть романа занята исповѣдью Грелу, переполненною философскими отвлеченностями ж психологическими тонкостями, и затѣмъ характеристикою Адріана Сикста, формула жизни котораго исчерпывается, какъ говоритъ авторъ, однимъ словомъ; мыслить. Сикстъ еще въ ранней молодости обнаружилъ выдающіяся способности и отсутствіе всякихъ увлеченій, свойственныхъ молодости. Онъ усидчиво работалъ, изучая англійскихъ и нѣмецкихъ философовъ, естествѳнныя науки, въ особенности физіологію мозга, науки математическія. Въ двадцать пять лѣтъ ог з напечаталъ свой первый трудъ, озаглавленный «Психологія Бога» п вызвавшій шумный скандалъ. Давно }..;е не появлялось ничего подобнаго по широтѣ общихъ взглядовъ, по глубинѣ эрудиціи и по смѣлости отрицанія, «нигилизма». Тѣмиже качествами, но еще въ сильнѣйшей степени, отличались послѣдующія произведенія
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4