481 ДНЕВПИКЪ ЧИТАТЕЛЯ, 482 нъшъ тщаніемъ? Дѣяо тутъ, конечно, не въ рыбѣ и мясѣ! Я готовъ вѣрить, что и г. Фабриканта, и г. Шараповъ до самозабвенія преданы иостановлѳніямъ церкви и народнымъ обьтчаямъ. но, должно быть, есть у нихъ въ этомъ дгЬдѣ и какіѳ нибудь другіе интересы. Думаю такъ, во-первыхъ, потому, что жилъ на свѣтѣ и нѣскодько знаю человѣческое сердце; всѣ вѣдь люди, всѣ—человѣки, даже такіе экземпляры, какъ г. Шараиовъ. Во-вторыхъ, г. Фабриканту, выражающему отъ имени «одной изъ крупныхъ подмосковныхъ фабрикъ» столь большую заботливость о рабочихъ, предстоитъ очень простой выходъ: предъявить двѣ таксы, изъ которыхъ одна годилась бы только на время постовъ, и чтобы мяса въ ней ни —ни! Фабричный инспекторъ не могъ бы, конечно, не уважить такого рвенія. Въ-третьихъ, наконецъ, смутительна разносторонность облавы, устроенной на г. Янжула. Тутъ, кромѣ рыбы и мяса, и десть г. Янжулу, какъ профессору, и сожалѣпіе о томъ, что у него нѣтъ приватъ-доцента, и какія-то| «опасности >, и заботы объ университетскомъ образованіи... «Что онъ Гекубѣ и что ему Гекуба?» Изъ отвѣта г. Янжула явствуетъ, что ни рыбы, ни мяса, ни поотнаго, ни скоромнаго продовольствія онъ не запрещалъ (а впрочемъ и подчеркнутыхъ г-мъ Шараповымъ индѣекъ не разрѣшалъ). Г. Янжулъ смотритъ на фабричныя лавки, какъ на «необходимое зло» (такъ, повидимому, смотритъ на нихъ и законъ). Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ безъ нихъ обойтись нельзя, а между тѣмъ онѣ очень тяжело ложатся на карманъ рабочаго. Особенно вреднымъ считаетъ г. Янжулъ кредиты въ ѳтихъ лавкахъ и опять таки это не какое нибудь его единичное или парадоксальное мнѣніе. Благомыслящіѳ фабриканты сами это понимаютъ. Такъ въ коммиссіи, подъ предсѣдательствомъ г. товарища министра Плеве вырабатывавшей новый фабричный законъ, одинъ крупный московскій фабриканта высказался даже прямо въ пользу законодательнаго воспрещенія отпуска въ кредита изъ фабричныхъ лавокъ, «ибо такой отпускъ», говорилъ онъ, « соблазните ленъ для рабочихъ и нынѣ нерѣдко влечетъ за собой злоупотребленія и даже недоразумѣнія между рабочими и хозяевами». Г. Янжулъ не законодатель, но, въ качествѣ фабричнаго инспектора, онъ стремится умалить «необходимое зло» тѣмъ, что продукты первой необходимости разрѣгааетъ продавать въ кредита, а продукты дорогіе не иначе, какъ на наличныя деньги. Г. Шараповъ и г. Фабриканта... какъ бы это сказать иовѣжливѣе... ошиблись, объявляя, что фабричный инспекторъ не разрѣСоч. П. К. МИХЛЙЛОВСКАГО, т. VI. шаетъ рабочему ѣсть, напр., сардинки. Это неправда. Рабочій можетъ купить въ фабричной лавкѣ итакой, дѣйствительпо, предмета для него роскоши, какъ сардинки, коробка которыхъ стоить по росннсанію 90 коп., но только въ томъ случаѣ, если у него есть на это наличныя деньги, а вотъ астраханскія селедки, стоющія 3 коп. штука, онъ можетъ и въ кредита получить. Здѣсь лежитъ и ключъ къ разъяспопію великой тайны рыбы и мяса. Не рыба запрещена, а дорогая рыба, и не безусловно запрещена, а запрещенъ отпускъ ея въ кредита. Изъ самого инкриминируемаго гг. Шараповымъ и Фабрикантомъ росгшсанія видно, что въ этомъ отношеніи уравнены постная тридцатипяти копѣечная бѣлуга и скоромная двадцати копѣечная ветчина; и ту, и другую фабрикантъ-лавочникъ можетъ продавать рабочимъ, но не иначе, какъ на наличныя. Конечно, введенная г. Янжуломъ регламентація есть только паліативъ и надо надѣяться, что, согласно мнѣнію вышеупомянутаго крупнаго московскаго фабриканта, отпускъ рабочимъ товаровъ въ долгъ будетъ наконецъ совсѣмъ воспрещенъ законодательнымъ путемъ. Но, въ ожиданіи этого, принятая г. Янжуломъ мѣра должна устранить всетаки многія опасности и недоразумѣнія между фабрикантами и рабочими. Психологія кредитующагося рабочаго человѣка, особливо вблизи отъ столичныхъ соблазновъ, извѣстна: отчего ему и сардинокъ не поѣсть, когд^ платить за нихъ надо еще вонъ когда, да и то работой. Но^ любезно желая снабжать рабочаго въ долгъ и сардинками, и бѣдугой, и дорогой ветчиной, г. Фабриканта отнюдь не желаетъ предоставить ему и соотвѣтственныя такой пищѣ средства. Отсюда задолженность рабочаго должна, конечно, все возрастать, и ужъ никакъ нельзя ожидать, чтобы это обстоятельство составило базисъ взаимныхъ благонріятныхъ отношеній. Казалось бы, все это такъ ясно и просто, такъ умѣрѳнно н благонамѣренно, что гг. фабриканты должны только спасибо сказать г. Янжулу. Такъ вѣроятно и думаютъ настоящіе фабриканты, видящіе нѣчто дальше своего носа и не стремящіеся къ доходу съ фабрики прибавить еще торговый процента, или, что то же, вопреки закону, вернуть съ рабочаго весь его заработокъ. «Фабриканта, сообщившій свѣдѣнія Русскому Дѣлу» жалуется, что правительственный агента «съ легкимъ сердцемъ чертитъ своимъ синимъ карандашемъ и ломаетъ сложную и стройную систему, не имъ созданную, не замѣчая того, что его карандашъ и его ошибки вносятъ смуту и сѣютъ сначала недоразумѣнія, а затѣмъ и еще нѣчто худшее 16
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4