271 СОЧИНЕШЯ Н. К. МИХАІЛОВСКАГО. 272 стороннѣе. Г. Мордовцевъ этой задачи не исполнилъ. Почему онъ ея не исполнилъ? Отчасти, вѣроятно, по недостатку поэтическаго таланта, за который никто не отвѣтственъ. Но были, вѣроятно, и другія причины. Онѣ не лично въ г. Мордовцевѣ лежатъ, а въ воздухѣ, въ общественной атмосферѣ носятся. Достаточно напомнить, что «Идеалисты и реалисты», прежде отдѣльпаго изданія, печатались въ «Новомъ Времени», газетѣ, что называется, патріотической. А патріотизмъ по нынѣшнему времени состоитъ, какъ извѣстно, въ сосредоточеніи всѣхъ чувствъ и помыіплепій на расширеніи своего отечества и на народной гордости, въ силу которой наши національныя особенности, именно потому, что ^нѣ національныя, подлежать превознесенію выше лѣса стоячаго и даже облака ходячаго. Съ этой точки зрѣнія, прямое, не двусмысленное отношеніе къ петровскому времени довольно затруднительно хотя бы уже потому, что Петръ единовременно энергически расширялъ предѣлы отечества и безжалостно гнулъ и ломалъ старую Русь. Петръ, ставшій у насъ козломъ отпущепія за полуевропейскій обликъ, принятый Россіей и русской исторіей, и при жизни вызывалъ противъ себя множество нареканій и протестовъ. Хотя собственно народныя противуправительственныя вспышки достигали высшаго развитая не при Петрѣ (Стенька Разинъ и Пугачевъ), хотя не при немъ и расколъ возникъ, но несомнѣнпо, что народъ такъ иди иначе, и активно, и пассивно, протестовалъ противъ его дѣятельности. Народъ былъ недоволенъ. Недовольно было и значительное число представителей высшихъ классовъ, которыхъ Петръ отрывалъ отъ <собаченокъ голосистыхъ> и тому подобныхъ прелестей старо-русскаго деревенскаго житья. Вообще причинъ недовольства было очень много, и были онѣ очень разнообразны, подчасъ даже прямо одна другой противоположны. Въ какой мѣрѣ всѣ онѣ были резонны—это другой вопросъ. Но современному патріоту, стоящему на той точкѣ зрѣнія, что, благодаря стараніямъ Петра повернуть Россію лицомъ къ западу, она стала «кривошейкой», естественно стараться пріискать себѣ союзниковъ въ прошломъ, приспособиться къ тому протесту противъ реформъ Петра, который давалъ себя знать уже при немъ. Не велика штука, отойдя отъ историческаго дѣятеля или историческаго момента на двѣсти лѣтъ, произнести надъ нимъ судъ, примѣнительно къ умственной размѣнной монетѣ сегодняшняго дня. Но это ужъ очень легкомысленно выйдетъ. Недовольство современнаго патріотизма станетъ много солиднѣе, если онъ обопрется на тѣхъ, кто прямо былъ Петромъ обиженъ; если онъ, эффектно приподнявъ завѣсу исторіи, живьемъ покажетъ намъ тѣхъ людей, которыхъ Петръ неправедно мучидъ, оскорблялъ и которые уже тогда сдовомъ, дѣломъ и помышденіемъ отворачивались отъ Европы. Пріемъ, если хотите, очень цѣлесообразный, но для послѣдоватедьнаго его проведенія наше нео-славянофильство не имѣетъ средствъ. Вотъ два достопамятные, не смотря на свою мелочность, анекдота, хорошо характеризую щіе нашихъ нео-славянофидовъ и достойные сохраненія для потомства, отъ вниманія котораго они могутъ ускользнуть въ ворохѣ газетныхъ листовъ. Г. Боборыкинъ какъ-то къ слову замѣтилъ мимоходомъ, что папа слафянофильства, г. Аксаковъ, издавая свои грозныя энциклики, въ то же время не брезгаетъ хорошими окладами, получаемыми имъ въ качествѣ служащаго въ кредитныхъ учрежденіяхъ, устроенныхъ, однако, на чисто-европейскій ладъ, «Новое Время» вскипѣло за папу и рипостировало г. Воборыкину примѣрно такъ: а вы сами-то что дѣдаете? по парижскимъ бульварамъ шляетесь и проч. «Новое Время> имѣло при этомъ столь побѣдоносный видъ, какъ будто оно дѣйствительно одержало побѣду. На дѣлѣ же оно бѣжало съ поля сраженія; ибо вопросъ былъ не въ образѣ жизни г. Воборыкина и даже не въ болыпихъ окладахъ г. Аксакова, а въ томъ, какимъ образомъ примиряетъ г. Аксаковъ свои славянофильскія убѣжденія въ гнилости европейской цивидизаціи своею практическою дѣятельностью на манеръ этой самой гнилой цивидизаціи. Вопросъ, дѣйствительно, не безъинтересный и нритомъ вовсе не личнаго характера, на почву котораго его перенесло «Новое Время>. «Новое Время» очень разсердилось, но не сумѣло, да и не имѣло ничего сказать. У него охота смертная, да участь горькая. Г. Полетика, живя лѣтомъ въ деревнѣ и воочію видя нищету народа, напечаталъ въ «Виржевыхъ Вѣдомостяхъ » небольшую замѣтку въ такомъ смыслѣ: вотъ, дескать, говорятъ, что надо воевать, что того требуютъ честь и интересы Россіи; нопусть эти воинственные люди сходятъ въ деревню, пусть посмотрятъ, какъ уже теперь народъ нищъ, нагъ и босъ, а вѣдь война-то на счетъ народа ведется. Положенія свои г. Полетика счелъ нужнымъ иллюстрировать, между прочимъ, такимъ примѣромъ. Въ деревню, гдѣ онъ жилъ, почта не ходитъ; за корреспонденціей и газетами надо было посылать на почтовую станцію за нѣскодько верстъ. И за гривенникъ, ассигнованный на это г. По-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4