119 СОЧИНЕШЯ Н. К. МИХАЙЛОВСВАГО. 120 дорогой. Я не буду слѣдить за всѣыи перипетіями его поисковъ идеала въ деревнѣ и остановлюсь только на нѣсколькихъ крупныхъ чертахъ. Между прочимъ, Успенскій пришелъ къ парадоксальному, повидимому, выводу, что въ народной средѣ (а можетъ быть и не въ ней одной) улучшеніе матеріальнаго положенія не только не ведетъ къ дѣйствительному благосостоянію, а напротивъ, губитъ людей, опустошая ихъ нравственно, а затѣмъприводя къ вящшему разоренью. Мысль эта его очень занимаетъ: онъ развиваетъ ееи вънѣсколькихъ отдѣльныхъ очеркахъ (напримѣръ, „Перестала", „Взбрело въ бапіку" и проч.), и въ единственномъ своемъ болѣе или менѣе законченномъ произведеніи,, Власть земли", и въ статьяхъ; „Безъ своей воли", „Изъ разговоровъ съ пріятелями", составляющихъ какъ бы послѣсловія къ „Власти земли". Отсюда, на поверхностный взглядъ, могутъ быть сдѣланы нѣкоторыя крайне удивительныя заключенія, отнюдь не мирящіяся съ общимъ характеромъ дѣятельности Успенскаго. Но приглядѣвшись ближе, увидимъ прежде всего, что Успенскому не до эффектныхъ парадоксовъ. Онъ пристально взглядывается въ поразившее его явленіе, ищетъ его смысла и производитъ эту операцію не въ кабинетѣ, въ тиши котораго можно расположить свои наблюденія и выводы въ стройную систему, а, такъсказать, на людяхъ: вы видите не только результаты работы, а и процессъ ея. Объ этомъ, впрочемъ, уже говорено выше, и еслия теперь возвращаюсь къ этому обстоятельству, такъ только для того, чтобы имѣть право, для объясненія истиннаго смысла вышеприведеннаго парадоксальнаго вывода, по своему располагать разныя отдѣльныя мѣста сочиненій Успенскаго. Въ очеркѣ „Безъ своей воли" записаны разговоры трехъ пріятелей. Одинъ изъ нихъ, только-что вернувшійся изъ какой-то поѣздки, передаетъ между прочимъ с-шшанный имъ разсказъ о томъ, что народился антихристъ. Народился онъ не у насъ, а въ „какомъ-то особомъ царствѣ". Вотъ какъ ^удто бы было дѣло. Нанялся къ нѣкоему князю поваръ и тотчасъ же началъ всячески угождать и дѣлать добро остальной прислугѣ. Слухи объ его добротѣ сталираспространяться идошли до самого князя, который полюбилъ его, а этою любовью поваръ воспользовался опять таки на благо разныхъ обращавшихся къ нему за помощью бѣдныхъ простыхъ людей. Со всѣхъ сторонъ валилъ къ нему черный народъ съ своимъ горемъ и нуждой, и всѣ получали помощь, всѣмъ онъ выхлопатывалъ у князя —кому что нужно. Такъ дѣло и теперь стоитъ; поваръ все благодѣтельствуетъ и помогаетъ простому бѣдному люду. Но лѣтъ примѣрно черезъ двадцать произойдемслѣдующій случай. Надо замѣтить, что благодѣтельный поваръ никогда не снимаетъ съ рукъ бѣлыхъ перчатокъ. И вотъ князь созоветъ къ себѣ въ гости „прочихъ всѣхъ китайскихъ и эѳіопскихъ князей" и будетъ имъ служить поваръ въ бѣлыхъ перчаткахъ. Гости—„князья и разные султаны" —заинтересуются этимъ и попросятъ князя-хозяина, чтобы онъ приказалъ повару снять бѣлыя перчатки. Енязь прикажетъ, но поваръ дважды откажется исполнить приказаніе, и только когда князь въ третій разъ съ гнѣвомъ прикажетъ, поваръ съ гнѣвомъ же сорветъ бѣлыя перчатки. Тогда всѣ князья и султаны увидятъ, что поваръ есть антихристъ: на одной рукѣ у него окажется копыто, на другой—когти. Всѣ князья и султаны въ ужасѣ разбѣгутся, въ томъ числѣ и хозяинъ. Народъ, помня благодѣянія повара, выберетъ его княземъ, но вмѣсто ожидаемыхъ милостей онъ съ перваго же дня обнаружитъ необузданную жестокость. Въ особенности плохо придется тѣмъ, у кого руки окажутся „чистыми, нѣжными, безъ мозолей, т.-е. безъ этихъ копытъ и когтей". Чтобы спастись отъ гибели, всѣ бѣлоручки начнутъ хвататься руками за землю, начнутъ рыть ее, и все-таки будутъ гибнуть. А такъ какъ и у мужиковъ мозоли будутъ проходить (отъ хорошей жизни, которую антихристъ устроилъ имъ, будучи поваромъ), то вслѣдъ за бѣлоручками, уничтоженными по повелѣнію антихриста, станутъ уничтожать ибѣлорученныхъмужиковъ. Потомъ начнется пожаръ земли, воскресеніе мертвыхъ, страшный судъ. Одинъ изъ собесѣдниковъ, выслушавъ этотъ разсказъ, замѣчаетъ, что „эту легенду объ антихристѣ онъ на своемъ вѣку слышалъ несчетное число разъ, антихристъ всегда является въ нейвъ разныхъ видахъ, но всегда рѣшительно, во всякой изъ легендъ, онъ ознаменовываетъ свое пришествіе добрыми дѣлами. Онъ всегда завоевываетъ симпатіи народа, дѣлая ему пріятное, облегчая ему жизнь... Почему же зло, гибель, несчастіе и вообще послѣдніе дни, кончину міра народъ полагаетъ послѣ того, какъ будутъ необыкновенно легко исполняться всѣ желанія, снимутся вся тяготы?" Признаюсь, я никогда не слыхалъ такой русской легенды объ антихристѣ. Полагаю, что она не коренного русскаго происхожденія. Она невольно напоминаетъслѣдующее иранское сказаніе. Послѣ тысячелѣтняго царствованія Іема, въ теченіе котораго люди были такъ счастливы, что не знали даже голода и жажды, на нрестолъ вступилъ не-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4