785 письма посторонняго въ редакцію отечественыыхъ записокъ. 786 къ развитію обмѣна и напі)авить всѣ силы на развитіе успѣшности труда производителей при свободномъ владѣніи ими орудіями труда, въ чемъ Положеніе совершенно справедливо видитъ залогъ домашняго благополучія и блага общественнаго". Надѣюсь, милостивые государи, что тираду эту нельзя назвать приглашеніемъ „примириться съ наступающимъ господствомъ капитализма". А между тѣмъ, по словамъ г. В. В., какъ вы сейчасъ видѣли, „самъ Марксъ, заинтересуйся онъ судьбами русскаго капитализма, не могъ бы избрать лучшаго метода изслѣдованія и врядъ ли провелъ бы его болѣе послѣдовательно, чѣмъ это сдѣлалъ г. —онъ". Если, однако, г. В. В. относится, такимъ образомъ, не совсѣмъ правильно къ практическому положенію школы Маркса, то существуетъ одинъ философско-историческій пунктъ, на которомъ онъ является крайнимъ марксистомъ. Я уже приводилъ дважды буквально повторяемую фразу г. В. В. о „капиталѣ, подъ желѣзнымъ управленіемъ котораго рабочіе теряютъ чрезмѣрный индивидуализмъ, дисциплинируются, пріобрѣтаютъ свойства, дѣлающія возможной общественную форму труда со всѣми благими ея послѣдствіями". Такое воззрѣніе на капиталъ г. В. В. усвоиваетъ и школѣ Маркса, и буржуазнымъ экономистамъ, предполагая лишь ту разницу, что первая видитъ въ этомъ обобществленіи труда при помощи капитала только переходный историческій моментъ, а буржуазные экономисты усматриваютъ здѣсь конечную форму экономическихъ отношеній, предѣлъ, его же не прейдепш. На самомъ дѣлѣ, однако, буржуазная или такъ называемая либеральная политическая экономія рѣшнтельно ни при чемъ въ формулѣ обобществлеиія труда. Никогда не желала она „утраты чрезиѣрнаго индивидуализма", а, напротивъ, съ тѣхъ самыхъ поръ, какъ народилась, и до нашихъ дней пропагандировала именно необходимость и благодѣтельность индивидуализма. Она могла бы сослаться, а при случаѣ и ссылается на то, что ростъ капитализма разложилъ стѣснявшіе индивидуальный полетъ—цехъ, общину, средневѣковое государство. Что касается школы Маркса, то воззрѣніе, по которому историческое значеніе капитала состоитъ въ воспитаніи рабочихъ для общественной формы труда, воззрѣніе, гегеліанское происхожденіе котораго отражается и на сильныхъ, и на слабыхъ его сторонахъ, я обсуждать не буду. Я попрошу васъ только посмотрѣть, вмѣстѣ со мной, какъ относится къ нему г. В. В. Съ полною опрёдѣленностью отношеніе это высказывается въ упомянутой полемической статьѣ. Г. В. В. говоритъ здѣсь, что въ своей книгѣ, т.-е. во всей, значитъ, своей работѣ, онъ разсматриваетъ капитализмъ, „какъ дѣятеля, историческая роль котораго заключается въ превращеніи единоличнаго труда въ общественный". Въ другомъ мѣстѣ говорится, что „прямая задача" капитализма состоитъ въ „воспитаніи населенія для общественной формы труда". На этомъ основаніи, признавъ, что капиталистическое производство „очень быстро развивается въ нѣкоторыхъ отрасляхъ", г. В. В. прибавляете: я но это развитіе всего меньше касается организаціи труда; оно построено не столько на привлеченіи къ производству новыхъ рабочихъ, на распространеніи воспитательнаго вліянія крупной организаціи производства (главнѣйшая общественноисторическая задача капитализма) на новыя группы рабочихъ, а главнымъ образомъ, на развитіи техники, на возвышеніи производительности рабочихъ, уже занятыхъ каниталомъ". Выходитъ, что если бы русскій капитализмъ исполнялъ свою „историческую роль", свою „прямую задачу", иначе говоря, еслибы онъ вваливалъ въ фабричный котелъ все больше и больше народу, то г. В. В., пожалуй, и ничего бы иротивъ него не имѣлъ. Но нашъ капитализмъ не „распространяетъ воспитательнаго вліянія крупной организаціи производства", изъ чего и явствуетъ его ненужность и слабость. Откуда, однако, эта уверенность, что фабричный котелъ имѣетъ дѣйствительно благодѣтельное воспитательное вліяніе? Г. В. В. обладаетъ этою увѣренностью, обладаетъ до такой степени, что не считаетъ даже нужнымъ какъ-нибудь мотивировать ее, обосновать на глазахъ читателей. Между тѣмъ, дѣло тутъ вовсе не столь ясно и несомпѣнно, какъ таблица умноженія или какая-нибудь геометрическая аксіома. Въ сущности, „общественная форма труда", при господствѣ капитализма, сводится къ тому,- что нѣсколько сотъ или тысячъ рабочихъ точатъ, вертятъ, накладьтваютъ, подкладываютъ, тянутъ, быотъ и совершаютъ еще множество другихъ операцій въ одпомъ помѣщеніи. Общій же характеръ этого режима прекрасно выражается поговоркой: „каждый за себя, а ужъ Богъ за всѣхъ". При чемъ тутъ „общественная форма труда"? Правда, мы видимъ иногда на Западѣ такую солидарность между рабочими, какую мудрено встрѣтить у насъ, но это объясняется отнюдь не непосредственно условіями труда въ фабричномъ котлѣ, а развктіемъпросвѣіценія и политической жизни. Не распространяясь на эту тему, я сошлюсь
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4