767 СОЧИНЕШЯ Н. К. МНХАИЛОВСКАГО. 768 '1ІІ №1" йМі ! экономическому идеалу, состоящему въ дешевомъ хлѣбѣ и высокой заработной платѣ; а именно, въ это „послѣднее время" заработная плата нимало не повысилась и хлѣбъ нимало не подешевѣлъ... Такова фактическая часть оцѣнки „современнаго застоя" самимъавторомъ. Но онъ желаетъ еще предъявить, какъ необходимо по нынѣшнему времени нулсно, „народную точку зрѣнія" на тотъ жепредмета. Вотъона: „Въ пропгломъ декабрѣ, возвратившись изъ большого города въ деревенскую глушь, встрѣчаго я крестьянина И. Е. Онъ очень веселъ, на сапогахъ свѣжія заплаты, полушубокъ крѣпкій.—Здравствуй, И. Е-, какъ поживаешь? говорю я—Слава Богу, живемъ, ничего", отвѣчаетъ, лукаво улыбаясь, И Е. — Какъ ничего, когда всѣ мы кричимъ голосомъ?—„Да ты самъ подумай: въ третьемъ годѣ мнѣ давали за 1 руб. 70 коп. одинъ пудъ муки, а нынѣ даютъ три; хлѣба же я и борозды не сѣю, а ѣдоковъ у меня одиннадцать",— И припомнилась мнѣ изнуренная фигура И. Е. въ восьмидесятомъ году. Чего только ни перенесъ онъ за это тяжелое время! И лихорадища его трясла, и нутреная сибирка по животу разгуливала, и омракъ его ошибалъ; сколько разъ уже подъ образа клали. Нынѣшній урожай гораздо хуже восьмидесятаго года, а между тѣмъ И. Е. молодецъ-молодцомъ. Но такъ какъ И. Е. самъ не занимается посѣвомъ хлѣба, то и не можетъ разрѣшить нашего недоумѣнія. Встрѣчаю другого крестьянина—мужика зажиточнаго, хлѣбнаго—и обращаюсь къ нему съ тѣмъ же вонросомъ, какъ поживаетъ. И здѣсь тотъ же отвѣтъ: „Слава Богу. Хлѣбца нынѣ уродилось маловато, купцы чаяли продавать муку рубля по два за пудъ, анъ она, Господь далъ, всего шесть гривенъ, да баютъ и еще упадетъ внизъ". —А развѣ для тебя лучше, что дешевѣетъ хлѣбъ? спрашиваю я. Вѣдь тебѣ не покупать, а продавать его.—„Для насъ все равно, отвѣчаетъ:—коли дешевъ хлѣбъ, скотиной можно промышлять. Я нынѣ кормилъ двѣнадцать свиненковъ, и кормилъ, признаться, плохо; до дѣла не довелъ, а все-таки нажилъ пятьдесятъ цѣлковыхъ". Вотъ какъ смотритъ мужикъ на дешевизну хлѣба". Видите, какъ просто. Встрѣтилъ двз'хъ мужичковъ, поговорилъ и получилъ народную точку зрѣнія на современный застой. Правда, одинъ изъ этихъ мужичковъ въ счетъ не идетъ, потому онъ хлѣба не сѣетъ; правда, и другой мужичокъ не совсѣмъ годится въ представителинародной точки зрѣнія, потому что онъ находится, благодаря своимъ „свиненкамъ", въ совершенно исключите льномъ положеніи; правда, автору не встрѣтился на бѣду еще третій мужичокъ, у котораго нѣтъ двѣпадцати свиненковъ и которому нужно продавать хлѣбъ и продавать его именно столько, чтобы покрыть расходы, текущія подати и прошлогоднія недоимки. Но это пустяки. Дѣло не въ этихъ мелочахъ, а въ эффектѣ „современнаго застоя съ народной точки зрѣнія". И мнѣ кажется, что эффектъ этотъ даже далеко нревосходитъ норму, требуемую собственно вонросомъ о дешевизнѣ хлѣба. Помилуйте, интеллигенція трубитъ о застоѣ и кризисѣ въ самыхъ разнообразныхъ смыслахъ, а вовсе не объ томъ, что хлѣбъ дешевъ, всюду уныніе, опасенія, даже отчаяніе. И вдругъ на этомъ мрачномъ фонѣ вырѣзывается „народъ": два мужика, „очень веселые", здоровые, довольные, лукаво улыбаются и объясняютъ, что „для насъ все равно". Чисто веселые пошехонцы! Идутъ и поютъ хвалу. Автору такъ дорога эта хвала, что, не соразмѣривъ художественнаго эффекта грамматическимъ, онъ ставитъ слова „Слава Богу" даясе непосредственно передъ роковыми словами: „хлѣбца нынѣ уродилось маловато". Ну, конечно, интеллигенція клевещетъ на современное положеніе вещей, и вы догадываетесь, что тутъ не безъ Европы, что гдѣ-нибудь тутъ должно имѣть мѣсто противопоставленіѳ самобытности и подражательности. Вы угадали. Но сначала позвольте васъ спросить, отчего, какъ вы думаете, „русское культурное общество" неустойчиво въ своихъ мнѣніяхъ? „Вотъ причина быстрыхъ нереходовъ отъ однихъ желаній къ другимъ, совершенно противоположнымъ: она обусловливается частымъ перескакиваніемъ съ подражательнаго пути на самобытный и обратно". Каковъ перлъ логики и доказательности: причина нереходовъ обусловливается частымъ перескакивапіемъ... Итакъ, мы опять около занадныхъ вліяній, около сакраментальной подражательности и самобытности. Западное вліяніе, видите ли, выразилось въ томъ, что мы „устроили желѣзныя дороги, банки и фабрики въ такихъ формахъ и размѣрахъ, которые не вызывались народными потребностями". Въ очень бѣгломъ и короткомъ развитіи этой благодарной темы авторъ, конечно, говорить многое вполнѣ резонное, но ничего, однако, такого, что было бь^во-первыхъ, ново, а во -вторых^ что не было бы возможно развивать и доказывать безъ философическихъ размышленій о самобытности и подражательности. Въ вашемъ журналѣ такъ часто говорилось на эту тему, что мнѣ нѣтъ надобности о ней здѣсь распространяться. Я сдѣлаю только два замѣчанія. Во-первыхъ, если справед-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4