763 СОЧИНЕНІЯ Н. К. МИХАЙЛОВСКАГО. 764 Г. Веселовскій говоритъ; „Масса читающей публики привыкла считать рожденіе славянофильства явленіемъ чисто русскимъ, самобытнымъ; для сторонниковъ этого ученія утѣшительно думать, что въ немъ сказались здоровые народные соки, не задавленные въ конецъ европеизмомъ и обѣщающіе пышно развиться въ небывалой самостоятельности... Культурная исторія Европы за послѣднія два столѣтія показываетъ намъ, что почти ни одна страна не обошлась въ свое время безъ движенія, вполнѣ схожаго съ нашимъ славянофильствомъ. Сентиментальное поклоненіе старинѣ, исканіе въ ней одной величайшихъ доблестей, мистическій оттѣнокъ національной гордости, и рядомъ съ этимъ пробужденіе интереса къ народной жизни, поэзіи, повѣрьямъ ит. д., такова программа всѣхъ этихъ разнообразныхъ сектъ". Затѣмъ г. Веселовскій дѣлаетъ бѣглый обзоръ параллельныхъ, по его мнѣнію, славянофильству движеній въ Чехіи, въ Полыпѣ, въ Германіи, въ Скапдинавіи. Въ движеніяхъ этихъ г. Веселовскій различаетъ добро и зло, главнымъ образомъ, какъ здравомыслящій и преданный своей наукѣ филологъ и только отчасти, какъ политикъ. Онъ справедливо цѣнитъ въ нихъ возбужденіе научнаго интереса къ остаткамъ старины, открывшимъ богатѣйшіе источники для языкознанія и сравнительной исторіи культуры, и столь же справедливо порицаетъ ту сторону этихъ движеній, которая выразилась національнымъ самообольщеніемъ, нетерпимостью и китайщиной. Но онъ упустилъ изъ виду еще одну сторону дѣла, въ высшей степени важную, а именно, что въ подобныхъ движеніяхъ паціональные интересы слишкомъ часто смѣшиваются съ интересами народа, съ которыми они, въ болыпинствѣ случаевъ, не имѣютъ ничего общаго и даже прямо имъ противоположны . Надо замѣтить, что въчисдѣ европейскихъ движеній мысли есть такія, которыя, обращая взоръ назадъ, ища, по выраженію нашего автора, въ ней одной величайшихъ доблестей, нимало не осложняются національнымъ элементомъ. Укажу для примѣра на два такихъ явленія. Страстный протеста Руссо и его многочисленныхъ преемниковъ противъ дивилизаціи, ихъ обращеніе назадъ, къ тому времени, когда неизвѣстны были ни „твое" и „мое", ни нѣкоторые другіе институты, этотъ протестъ и это обращеніе не имѣли въ себѣ рѣшительно ничего національнаго. Это были чисто демократическія или, выражаясь нашимъ нынѣшнимъ, страшно опошленнымъ словомъ, „народническія" ученія. Другимъ образчикомъ можетъ служить недавнее, можно сказать, вчерашнее и еще сегодня не завершенное, чисто научное явленіе. Такъ, изслѣдованіе индійскихъ и древнихъ ирландскихъ земельныхъ и другихъ порядковъ, выполненное Мэномъ, побудило даже такого авторитетнаго человѣка, какъ Милль, признать, что „старина" содержитъ въ себѣ нѣчто въ высшей степени цѣнное, болѣе цѣнное, чѣмъ самые коренные принципы новѣйшей дивилизаціи. Такъ Лавеле въ своей извѣстной кпигѣ о первобытной общинѣ взываетъ къ „гражданамъ Америки и Австраліи" съ увѣщаніемъ: „возвратитесь къ первобытному преданію вашихъ предковъ". Подобныхъ частностей можно бы было найти довольно много въ европейской наукѣ и жизни, не наталкиваясь при этомъ ни на единую черту узкаго націонализма. И г. Веселовскій сдѣлалъ большую ошибку, оставивъ эти явленія даже безъ уиоминанія. Обративъ на нихъ достодолжное вниманіе, онъ лучше оттѣнилъ бы всѣ эти германофильства, славянофильства, польскіе мессіанизмы и тому подобныя, на одну треть мистическія, на другую шутовскія, на третью лицемѣрныя теченія, въ которыхъ смѣшивается народное и національное, отнюдь смѣшенію не подлежащія. Я, разумѣется, не думаю, чтобы не было въ европейской исторіи другихъ поучительныхъ въ этомъ отношеніи явленій, но на сравненіи съ этими именно обращеніями къ старинѣ, съ этими отрицаніями либерализма и цивилизаціи особенно удобно было бы оцѣнить, какъ наше славянофильство, такъ и тѣ виды „народничества", которые играютъ словами „нація" и „народъ". Если бы г. Веселовскій имѣлъ этотъ нунктъ въ виду, да воспользовался бы для разъясненія его случаями, въ родѣ единовременной наличности въ русской жизни Мордвинова и Тургенева, то въ концѣ изслѣдованія онъ имѣлъ бы право обратиться къ добровольнымъ пособникамъ съ такою, примѣрно, рѣчью; Господа, вы видите, что сказать „западное вліяніе" значитъ только употребить географическій терминъ, а мы вѣдь не географіей занимаемся. Много и сильно вліялъ на насъ Западъ, но оттуда къ намъ шло разное и разно оно въ нашей жизни преломлялось и отражалось. Такъ было вообще, такъ было и есть въ частности по отношенію къ интересамъ народа. Были и есть западныя вліянія, тяжело отражавшіяся и отражающіяся на этихъ интересахъ, но были и есть такія, которыя научили нашу интеллигенцію цѣнить и изучать ихъ. Поэтому, если вы хотите оказывать поеобіе въ дѣлѣ приниженія и угнетенія, даже искорененія интеллигенціи, такъ дѣлайте это проще и откровеннѣе, но прячьтесь за народъ. А любопытные есть эпизоды въ этой.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4