547 СОЧИНЕШЯ Н. К. МИХАЙЛОВСКАГО. 548 слѣдоватеія съ понятыми и съ прочнмъ арсеналомъ въ нашей Евартпрѣ. Что такое случилось? Какое такое преступленіе совершено въ комяатахъ, обитаемыхъ нами? Увы, преступленіе было дѣйствительно совершено: графъ Аіексѣй Жасмнновъ поразилъ г. Стасюлевича перомъ. Адвоката ране наго, г. Спасов ичъ, настоялъ на обыскѣ редакціи для того, чтобы найти, если не самого графа Жасминова, то его гонораръ или его рукопись. Извѣстно, что г. Спасовичъ подозрѣваетъ, что г. Буренинъ именно то дѣйствительно лицо, которое, подъ маскою графа Жасминова, нанесло ударъ г. Стасюлевичу. Обыскъ продолжался больше часу, понятые отправляли свой обязанностп съ непреклонностью древнихъ рнмлянъ. Перебирались рукописи, производилась раскопка во всякомъ бумалшомъ хламѣ, который хранить мы обязаны, по правиламъ о печатп. Разсматривалась гонорарная книга. Но ничего не было найдено. Г. Спасовичъ при этомъ не присутствовалъ, но мн чувствовали, что духъ его былъ незримо, и изъ нашпхъ очеіі струились благодатныя слезы". Не я, разумѣется, стану защищать „Новое Время" вообще и въ особенности его полемическіе пріемы, отъ которыхъ иногда приходится сторониться, какъ сторонится прохожій гдѣ-нибудь въ уѣздномъ захолустьѣ отъ дома нечистоплотнаго хозяина, выливающаго помои изъ окна на улицу. Но неужели все-таки разсказъ „Новаго Времени4 объ обыскѣ справедливъ? Неужели эта возмутительная и оскорбительная картина, столь знакомая нашей интеллигенціи по совершенно другимъ поводамъ, неужели она хоть сколько-нибудь соотвѣтствуетъ достоинству интеллигенціи? Другой факта еще никантнѣе. Съ 1-го декабря нынѣшняго года въ Казани издается ежедневная газета „ВолжскоКамское Слово". Я не видалъ еще ни одного номера газеты, но передо мной лежатъ разнообразные документы, относящіеся къ ея изданію. Во-первыхъ, объявленіе. Объявлеше, какъ и всякое, только немножко слишкомъ широковѣщательное: тутъ и „родная намъ Волга", и „величественная Кама", и „добро во всемъ его обаяніи", и „зло людское во всей его наготѣ". Словомъ, очень хорошо и чувствительно. Есть, однако, въ объявленіи одно мѣсто, чувствительностью необъяснимое: „Было бы совершенно излишнимъ доказывать необходимость изданія въ г. Казани ежедневной газеты; должно только удивляться, что „Волжске -Камское Слово" является первою попыткою такой газеты въ городѣ, который справедливо считается нромышленно-торговымъ центромъ обширной территоріи: гдѣ почти 80 лѣтъ существуете университетъ, и около половины того —духовная академія; гдѣ считается пять учеиыхъ обществъ и т. п. Нанротивъ, весьма важно и поучительно изслѣдовать причины, которыя доселѣ препятствовали появленію въ Казани подобной газеты". Разумѣется, это будетъ очень поучительно, тѣмъ болѣе, что редакція новой казанской газеты должна быть признана въ этомъ случаѣ вполнѣ компетентною. Дѣло въ томъ, что „ВолжскоКамское Слово" совсѣмъ не первая попытка въ своемъ родѣ. Нѣсколько лѣтъ тому назадъ въ Казани издавалась (и съ большимъ для провинціальной газеты уснѣхомъ) „Камско-Волжская Газета", безвременно погибшая по такъ называемымъ независящимъ обстоятельствамъ. Я не помню хорошенько, была ли „Камско-Волжская Газета" ежедневнымъ изданіемъ, но это была, во всякомъ случаѣ, большая газета, выходившая нѣсколько разъ въ недѣлю. Редакторъиздатель новой казанской газеты, г. профессоръ Шпилевскій, какъ бывшій мѣстный цензоръ, можетъ, конечно, поразсказать много любопытнаго какъ о прекращеніи „Камско-Волжской Газеты", такъ и вообще о причинахъ, „которыя доселѣ препятствовали" и т. д. Вудемъ ждать. Второй документа есть циркуляръг. Шпилевскаго. Привожу его цѣликомъ: „Вкладчики въ капиталь на изданіе предполагаемой газеты содѣйствуютъ осуществленію давно признаваемой въ Казани необходимости имѣть печатный органъ для выраженія промышленно-экономическихъ и другихъ общественныхъ нуждъ города Казани и цѣлаго края. Такой органъ печати долженъ служить и высокимъ цѣлямъ не только мѣстиаго, но и центральнаго правительствъ, для которыхъ необходимо, при обсужденіп и принятіи правительственпыхъ и закоподательныхъ мѣръ, основываться на точныхъ свѣдѣніяхъ о дѣйствительныхъ нуждахъ края и о мѣстныхъ взглядахъ на способъ удовлетворенія этихъ нуждъ. Эти необходимыя для правительства свѣдѣнія постоянно можетъ представлять мѣстная періодическая печать, если только она преслѣдуетъ дѣйствительно серьезныя цѣли и обладаетъ необходимыми матеріальнымн и духовными средствами для служенія этимъ цѣлямъ. Профессоръ Шпилевскій, становясь во гжавѣ газеты, которая должна преслѣдовать такія высокія цѣли, будетъ считать особенною для себя честью служить этому общественному дѣлу, онъ долженъ служить ему вѣрно и усердно, никогда не измѣняя высотѣ этого дѣла. Исполняя это общественное сдуженіе, профессоръ Шпилевскій постоянно будетъ находиться подъ нравственною отвѣтственностью не только передъ помогавшими осуществленію этого дѣла деньгами, но и передъ всѣмъ мѣстнымъ обществомъ: вступать же въ какой-нибудь юридическгй договоръ съ вкладчиками въ капиталь на это общественное дѣло онъ не можетъ. Когда достаточное количество подписчиковъ на газету представить обезпеченіе дальнѣйшаго пзданія ея, это будетъ счастливымъ временемъ для газеты и ея" представителя, за этимъ откроется и возможность постепенипго возврат, енія вкладчшамъ ихъ взносовъ. Но если капиталъ, составленный изъ взносовъ, будетъ необходимо израсходованъ на изданіе газеты прежде обезпеченія существованія ея впредь на свои доходы, такъ что изданіе газеты, по непмѣнію денежныхъ средствъ, должно будетъ прекра-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4