475 СОЧИНЕНІЯ Н. К. МИХАЙЛОВСЕАГО. 476 угодно; идите... и впередъ не грѣшите, хотѣлъ я сказать, но, право, это не важно. Можете, пожалуй, и грѣшить... Дѣло въ томъ, что г. Марковъ на этотъ разъ какъ будто утрачиваетъ свой характеръ типа: онъ съ негодованіемъ говорить о „мужиковствѣ", тогда какъ другіе противники „лже-либерализма" преисполнены особливою преданностью мужику и только и говорятъ, что о заклапіи „всего" въ жертву интересамъ крестьянскаго сословія. Да погибнетъ все, кромѣ того, что нужно русскому народу, мужику! —такова тоже современная модная пѣсня, и я рекомендую читателю внимательно вдуматься въ тотъ фортель, который можетъ быть выкинутъ и дѣйствительно выкидывается при помощи этой яѣсни. Хотя бы не для того, чтобы удалить илираздавить этотъ фортель, —можетъбыть, въ немъ выражается непреклонный и неумолимый историческій фатумъ —а чтобы знать, какъ идутъ дѣла въ родвой странѣ. Демократическій фортель, но фортель... Нынѣшнее царствованіе уже отмѣчено нѣсколышми важными правительственными распоряженіями: объ обязательномъ выкупѣ крестьянскихъ надѣловъ, о пониженіи выкупныхъ платежей, о прекращеніи продажи казенныхъ земель въ Оренбургскомъ краѣ на льготныхъ условіяхъ 1871 г., объ облегченіи для крестьянъ арендованія свободныхъ казенныхъ земель. Общій характеръ этихъ мѣропріятій несомнѣненъ: всѣ они клонятся къ тому, чтобы сблизить производителя-крестьянина съ землей. Вмѣстѣ со всѣми благомыслящими русскими людьми мы привѣтствуемъ этотъ принципъ, хотя и не знаемъ до какихъ предѣловъ предполагается его осуществить. Какъ бы то ни было, но правительственный починъ далъ соотвѣтственпый толчокъ общественной мысли. Послышались самопроизвольные отказы отъ земельныхъ участковъ, полученныхъ на льготныхъ условіяхъ; симферопольское земство постановило отчислить 5.000 р. въ годъ на устройство безземельныхъ крестьянъ; мелитопольское земство назначило капиталъ въ 60.000 для пособія крестьянамъ въ покункѣ земель; таврическое губернское земство назначило 150.000 р. па образованіе капитала для ссудъ безземельнымъ, полтавское губернское земство постановило пріобрѣсти 12.000 десятинъ земли съ тою же цѣлью устройства безземельныхъ крестьянъ. Немного все это, разумѣется; но принципъ мы все-таки высоко цѣнимъ. Къ сожалѣнію, исторія попытки полтавскаго земства получила совершеннонеожиданный фипалъ. Вотъ какъ онъ разсказанъ въ газетахъ. Полтавская губернская управа, по словамъ циркуляра предсѣдателя губернскимъ гласнымъ, считая своею обязанностью пользоваться каждымъ случаемъ для содѣйствія земельному устройству безземельныхъ крестьянъ, не могла не обратить вниманія на дошедшее до нея свѣдѣніе, что въ Миргородскомъ уѣздѣ продается на весьма льготныхъ условіяхъ имѣніе г. Муравьева- Апостола, состоящее изъ 12 тысячъ десятинъ. Имѣніе это находилось въ пожизненномъ владѣніи г-жи Муравьевой-Апостолъ ипослѣ ея смерти должно было перейти къ М. И. Муравьеву-Апостолу. Вслѣдствіе соглашеній, пожизненная владѣлица отказывалась отъ пожизненныхъ правъ, а г. Муравьевъ соглашался продать свои права съ выдѣломъ пожизненной владѣлицѣ 3.500 десятинъ —за 300 тысячъ рублей, а безъ этого выдѣла —за 650.000 руб. Выходило, такимъ образомъ, съ неболыпимъ 50 рублей за десятину; для Полтавской губерніи это цѣна дешевая. Губернская управа немедленно командировала въ Москву, для переговоровъ съ г. Муравьевымъ, члена своего г. Ильяшенко и кромѣ того, имѣя въ виду, что попечитель московскаго учебнаго округа, г. Капнистъ—полтавскій землевладѣлепъ, обратилась и къ нему. Однако, г. Капнистъ, вмѣсто содѣйствія, счелъ своею обязанностью испортить все дѣло. Казалось бы, ему принадлежало право или оказать просимую помощь, или просто отказать въ ней; но онъ почему-то вообразилъ себя въ роли „попечителя" полтавскаго земства, призваннаго производить оцѣнку разумности и правильности земскихъ дѣйствій. Присвоивъ себѣ такую роль, онъ счелъ своимъ нравствеинымъ долгомъ „помѣшать" земству въ осуществленіи его предпріятія и отвѣтилъ земской управѣ, что, по его мнѣнію, покупка имѣнія—„операція невозможная безъ нарушенія законныхь правъ, задачъ и цѣлей земства", что она даже „не соотвѣтствуетъ видамъ правительства и можетъ породить „несбыточныя надежды и ложные слухи". Такимъ образомъ, землевладѣлецъ и попечитель учебнаго округа — г. Капнистъ нрисвоилъ себѣ еще роль выразителя правительственныхъ взглядовъ на вопросы земскаго и народнаго хозяйства. Далѣе, г. Капнистъ прибавилъ, что онъ успѣлъ даже „отклонить" г. Муравьева отъ сдѣлки съ земствомъ, и что г. Муравьевъ самъ раздѣляетъ его взгляды. Вотъ какъ поступилъ дѣйствительный попечитель учебпаго округа и самозванный попечитель земства. На повѣрку однако вышло, что г. Муравьевъ не совсѣмъ раздѣлялъ попечительскіе взгляды; онъ желалъ продать имѣніе „или земству, или родовитому дворянину", но только впалъ въ сомнѣніе—точно ли правительство не отнесется къ продажѣ земству
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4