453 ЗАПИСКИ СОВРЕМЕННИКА (1881—1882 г.). 454 яомъ учебномъ заведеніи, былъ нѣкогда лажеемъ у сводни. М-11е Варикуръ, его дочь, ■съ юныхъ лѣтъ склонная соблазнять мужчинъ на веселый грѣхъ, продается развратному мальчишкѣ Залетаеву, воспитывающемуся нодъ наблюденіемъ Варикура. Мать этого Залетаева жииетъ съ псаломщикомъ, •братомъ т-теВарикуръ,аотецъ— съ „Акулькой". Но кромѣ того, Залетаевъ-вепіог заводитъ связь съ т-11е Варикуръ, уже состоящею въ связи съ его сыномъ, и послѣ долгихъ стараній нолучаетъ нѣкую пѣвицу -Золотницкую, выдавъ ее предварительно обманнымъ образомъ замужъ все за того же своего сына. У т-11е Варикуръ есть подруга или родственница (право не помню) Варенька, поступающая на содержаніе къ женатому купцу Силантьеву, но замужъ она, по разнымъ соображеніямъ, выходитъ опятьтаки за младшаго Залетаева, уже женатаго на Золотиицкой (которую обезчещиваетъ Залетаевъ-отецъ) и живущаго съ т-Ие Варикуръ (которая находится въ связи и съ Залетаевымъ-отцомъ). И т. д. Однимъ словомъ, тутъ, съ позволенія сказать, самъ чортъ ногу сломитъ. Достовѣрно только то, что почти всѣ дѣйствующія лица романа сосредоточиваютъ всѣ свои чувства и помыслы, иносказательно говоря, на „широкой кровати". Не пыотъ, не ѣдятъ, а только на широкой кровати валяются. Въ виду этой единственной цѣли жизни, пускаются въ ходъ чрезвычайно сложныя махинаціи, а кто съ кѣмъ живетъ, даже разобрать трудно. Внечатлѣяіе получается тѣмъ болѣе отвратительное, что самыя мерзостиыя отношенія возникают ь и поддерживаются съ совершенно невѣроятною наглостью. Вотъ, напримѣръ, разговоръ Паулины Онуфріевны Залетаевой ■съ сыномъ. Мать пріѣхала навѣстить своего сына въ учебномъ заведевіи; ей приходится ждать , въ пріемной, потому что юный негодяй находится на весьма пикантноиъ амурномъ свиданіи. Наконецъ онъ приходитъ. Гдѣ былъ? Долго ждала. „Онъ отвѣтилъ, что курилъ. Она не вѣрила. „ — Врешь. Красный, какъ ракъ: или водку пилъ, или за дѣвчонками бѣгалъ. „Тогда онъ признался; было свиданіе. Юна обнаружила къ этому слабый интересъ, хотя все-таки освѣдомилась: кто такая? изъ простыхъ? „ — О, пѣтъ, дочь одного изъ нашихъ воспитателей, господина Варикура. „ — Запроситъ дорого, сообразила она и перешла къ болѣе ее интересующему предліету: —а я вѣдь псаломщика-то угнала. „ — Какъ такъ? „ — Тварь негодная. „И перешла къ другому: „ — А папенька все съ Акулькой. И какъ ему не надоѣстъ!" На прощанье мать „нѣжно треплетъ по щекѣ" сына и говоритъ: „въ мать: неностояненъ, Въ позапрошлую недѣлю одна, нынѣ—другая... Не въ отца; тому далась одна Акулька. И какъ она ему не надоѣстъ". Читая эту якобы голую правду, вы покачиваете головой и думаете: съ кого они портреты пишутъ? гдѣ разговоры эти слышатъ? Но всяко бываетъ. Мало ли какіе есть уроды и какія уродскія отношенія. Эта мать и этотъ сынъ—случайность; но если художникъ ее подмѣтилъ, такъ какъ же ее не изобразить хоть мимоходомъ. Но, перевернувъ нѣсколько страницъ, вы натыкаетесь на совершенно такую же наглую бесѣду, въ которой принимаетъ участіе вся семья Залетаевыхъ: отецъ, мать и сынъ. Ваши сомнѣнія начинаютъ усиливаться, но вы утѣшаете себя мыслью, что такая ужъ семья попалась. Ничуть не бывало. Отецъ и мать Варикуры, временами съ участіемъ дочери, ведутъ опять такія же бесѣды, характеръ которыхъ опредѣляется, напримѣръ, тѣмъ, что дочь „захохотала громкимъ и отрывистымъ смѣхомъ и вдругъ, быстро разстегнувъ свой капотъ, сбросила его съ плечъ и осталась передъ матерью полуобнаженной: —Каково-съ?" Согласитесь, наконецъ, что это „каково-съ?" и эта дочь, обнажающаяся чортъ знаетъ для чего передъ матерью, хватаютъ далеко черезъ край голой правды! Это просто наглѣйшая и грубѣйшая порнографія. Это не обличеніе, не искусство, а мерзость, вовсе не изъ дѣйствительной жизни почерпнутая, а вымученная изъ губины души автора путемъ извращенной фантазіи; мерзость самодовлѣющая и „откровенная" въ снеціальномъ смыслѣ, приданпомъ этому благородному слову „Новымъ Временемъ", главнымъ притономъ нашей порнографіи. Увы! я слишкомъ хорошо понимаю, что пишу рекламу новому произведет» г. Морского. Я знаю, что есть многочисленные читатели, которыхъ хлѣбомъ не корми, только покажи какую-нибудь паскудную картинку. Что-жъ будете дѣлать? Нельзя же не отмѣтить въ жизни современника порнографическую струну, если она начинаетъ звучать такъ ярко и нагло, что заглушаетъ все, кромѣ равноправныхъ съ ней якобы патріотическихъ завываній о негодности европейскихъ порядковъ. Нельзя не обратить на нее вниманія, потому что значеніе ея, очевидно, очень серьезно. Но понятно, что, дѣлая невольную рекламу „Содому" и ему подобнымъ литературнымъ произведеніямъ, я все-таки не желаю пачкать страницы „Отечествениыхъ Записокъ" обиліемъ 15*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4