219 СОЧИНЕНІЯ Н. К. МИХАЙ.ІОВСКАГО. 220 не всѣхъ десяти заповѣдей,—являются въ вовъ, и торжество, вызванное упраздненіемъ качеетвѣ добровольцевъ-охранителей госу- предварительной цензуры, съ оставденіемъ дарственнаго порядка и религіи („Охрани- ея лишь для тѣхъ, кто, по человѣческой нетели"). Они „извѣщаютъ" исправника о пре- мощи, не можетъ вмѣстить безцензурности". стуннойдѣятельности помѣщиковъ Анпетова Съ точки зрѣнія Терпибѣдовыхъ и Граціаи Парначева. Исправникъ, хорошо знако- новыхъ, Разуваевыхъ и Очищенныхъ, все мый съ біографіями всѣхъ трехъ доносчи- это такія преступленія, который вопіютъ о ковъ, отказывается дать ходъ ихъ извѣще- торжественномъ и блестящемъ искупленіи. ніямъ, потому что въ дѣйствіяхъ Анпетова И вотъ герои „Современной идидліи" спѣи Парначева не оказывается состава пре- шатъ сдѣлаться „участниками преступленій, ступленія (одинъ самъ землю пашетъ, а дру- въ надеждѣ, что общій уголовный кодексъ гой хлопочетъ о школахъ, трезвости и сы- защитить ихъ отъ притязаній кодекса угоровареніи). Однако исправникъ, все-таки, ловно-политическаго". Они стремятся упопользуется услугами извѣстителей и, кажет- добиться Терпибѣдовымъ и Граціановымъ, ся, не можетъ не пользоваться, потому что погружаются въ пучину низости, мерзости, въ противномъ случаѣ они, чего добраго, грязи, совершаютъ рядъ постыдныхъ и пряего самого обвинятъ въ неуваженіи къ „осно- мо преступныхъ дѣяній и, наконецъ, достивамъ". Обвинятъ, не моргнувъ глазомъ, ни гаютъ своей цѣли: Терпибѣдовы, Граціанона секунду не дрогнувъ совѣстыо, хотя они- вы, Разуваевы и весь сонмъ лицемѣровъ то и есть настоящіе разрушители основъ. признаютъ ихъ людьми благонамѣренными. Эти три доносчика настолько глупы и не- Но тутъ является на сцену „Стыдъ"... вѣжественны, что формулируюсь свои извѣщенія такъ: „Каммуны дѣлаетъ, пролета- уд< ріатъпроповѣду етъ,прокламацію распущаетъ, все, словомъ сказать, весь ядъ! Главнѣйше Умѣренность и аккуратность, же путямъ Провидѣнія не покоряется: дождь, напримѣръ, не отъ Бога, а отъ обла- „Въ основѣ современной жизни дежитъ ковъ". Но благонамѣренныя рѣчи отнюдь почти исключительно мелочь... Ахъ, эти мене всегда отливаются въ такія безграмот- лочи! Какъ чесоточный зудень, впиваются ныя и безсмысленныя формы. Напротивъ, онѣ въ организмъ человѣкаи точатъ,ижгутъ онѣ поддаются болѣе или менѣе благообраз- его... Мелочи, мелочи, мелочи заполонили ной, въ техническомъ смыслѣ, обработкѣ и всю жизнь". складываются въ цѣлыя литературныя те- Такъ вздыхалъ Салтыковъ въ одномъ изъ ченія, отъ чего, однако, нимало не измѣ- своихъ послѣднихъ произведеній, разумѣя няется ихъ суть. Суть же въ томъ, что на при этомъ не только русскую, а и европейзащиту основъ поднимаются разрушители скую жизнь. Понятно, однако, что наибольосновъ, сохраняя при этомъ столь полную шее вниманіе онъ удѣляетъ нашей жизни, ясность духа, что не знаешь даже чему ее Въ томъ сравнительно неболыпомъ произвеприписать—безграничной ли наглости, или деніи, изъ котораго взяты приведенныя младенческой наивности. Во всякомъ слу- слова („Мелочи жизни"), сдѣланъ смотръ чаѣ этотъ странный маскарадъ, гдѣ все безъ разнымъ положеніямъ русскихъ людей. Пецеремоніи валится съ больной головы на редъ читателемъ проходятъ: „Хозяйственздоровую; гдѣ возможна „притча о мерзав- ный мужичокъ", сельскій священникъ, поцѣ, на доброй стезѣ стоящемъ" („Письма мѣщикъ, „міроѣды", группа „молодыхъ люкъ тетенькѣ"); гдѣ „разбойниками печати" дей", группа „читателей", группа „дѣвуругаются именно тѣ, кому этотъ титулъ при- шекъ", группа, поставленная за общую скобличествуетъ; гдѣ уличенные развратники ку заглавія „Въ сферѣ сѣянія" (газетчикъ, кричатъ о святости семейнаго начала, гдѣ адвокатъ, земскій дѣятель, праздношатаюказнокрады заподозрѣваютъ Щедриныхъ въ щійся), затѣмъ отдѣльныя фигуры „Портнонедостаткѣ патріотизма, —маскарадъ этотъ го Гришки", „Счастливца", „Имярека". По внушилъ сатирику ядовитую мысль, которую задачѣ это нѣсколько напоминаетъ некраонъ, впрочемъ, облекъ въ комическую форму совское „Кому па Руси жить хорошо". Но „Современной идилліи". поэтъ не успѣлъ отвѣтить на свой вопросъ. Одурманенные хоромъ благонамерѣнныхъ а отвѣтъ Салтыкова налицо. Отвѣтъ грустрѣчей, герои „Современной идилліи" припо- ный; именно грустный. Всякій другой эниминаютъ свое прошлое; чего-чего тамъ толь- тетъ, хотя бы даже справедливый по суко не было, —„и восторгъ по поводу упразд- ществу дѣла, былъ бы все-таки неумѣстенъ, ненія крѣпостного права, и признательность въ виду того тона, которымъ этотъ отвѣтъ сердца по случаю введенія земскихъ учреж проникнутъ. Въ смыслѣ госнодствующаго деній, и свѣтлыя надежды, возбужденныя тона „Мелочи жизни", можетъ быть, самое опубликованіемъ новыхъ судебныхъ уста- цѣльное изъ произведеній Салтыкова, если
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4