213 ЩЕДРИНЪ. 214 раны окровавленный ротъ только для произнесенія благонамѣренныхъ рѣчей, то по крайней мѣрѣ всякій зналъ бы, чего стоятъ эти благонамѣренныя рѣчи; никого бы онѣ не вводили въ обманъ. Дѣло именно въ обманѣ. Сознательно или безсознательно лицемѣритъ человѣкъ, но онъ во всякомъ случаѣ вводитъ или хоть пытается ввести присутствующихъ въ заблужденіе. Если ты хищникъ или нроходимецъ, такъ и называйся хищникомъ и проходимцемъ, а не патріотомъ или „столпомъ"... Послѣ Іудушки Головлева „столпъ" Деруновъ—самая значительная фигура во всей серіи „Благонамѣрныхъ рѣчей". Кромѣ присущаго обоимъ безсознательнаго лицемѣрія, общаго между этими двумя крупными образами мало. Іудушка —мрачный, одинокій бездѣльникъ, постепенно покрывающійся плѣсенью въ своей мурьѣ; Деруновъ—спокойный, веселый дѣлецъ, все шире и шире раздвигающій кругъ своей жизни. Этому различію соотвѣтствуетъ и различіе общественнаго ноложенія: Іудушка представляетъ собою послѣдній отпрыскъ выродившейся помѣщичьей семьи, а Деруновъ, напротивъ, есть одинъ изъ родоначальниковъ новаго общественнаго наслоенія, такъ что заплѣсневѣлость Іудушки и жизнерадостность Дерунова являются какъ бы эмблемами. Іудушка только въ нраздныхъ мечтаніяхъ на бумагѣ высчитываетъ, какъ, кого и насколько могъ бы онъ ограбить при помощи купли и продажи, штрафовъ и процентовъ, а у Деру- "нова все это въявь кипитъ. Любопытно замѣтить, что образъ Дерунова и родственныхъ ему Антошки Стрѣлова, Разуваева и прочихъ „чумазыхъ" намѣченъ опять-таки еще въ „Признакахъ времени", въ главѣ „Нашъ заѵоіг ѵіѵге". Этотъ напіъ шѵогг ѵіѵге есть, собственно говоря, просто мошенничество, болѣе или менѣе закутанное благонамѣренными рѣчами. Сатирикъ замѣчаетъ, что принцинъ заѵоіг ѵіѵге очень туго прививается къ меньшей братіи, но зато если ужъ выдастся изъ этой среды нодходящій субъектъ, такъ всякаго за поясъ заткнетъ. Помаленьку, да полегоньку онъ сначала ближайшую округу объегориваетъ, а потомъ распространяетъ свои сѣти все дальше и становится, наконецъ, знаменитымъ въ качествѣ „мужичка-финансиста" съ исключительною ловкостью и жестокостью осуществляющаго планы всеобщаго ограбленія. Такова именно исторія Дерунова. Его первые шаги къ лестному титулу мужичкафинансиста—неизвѣстны. Разуваевъ —тотъ въ основу своего благополучія благосклонность корнетши Отлетаевой положилъ. Антошка, впослѣдствіи Антонъ Валерьяновичъ Стрѣловъ, сначала стрѣлой по базару носился, а потомъ поднялся при помощи плутовства, благосклонности любовницы генерала Утробина старшаго иподложныхъ векселей генерала Утробина младшаго. Трактирщикъ въ „Охранителяхъ" соблазнилъ жену купца, вмѣстѣ съ ней его дурманомъ опоилъ и съ того въ гору пошелъ, и т. д. Что же касается Дерунова, то о его первыхъ шагахъ къ „засилію" имѣется только одно его собственное показаніе: почиталъ онъ своего родителя, а братъ его родителя не почиталъ, за что и былъ лишенъ наслѣдства, цѣликомъ доставшагося почтительному сыну. Въ дѣтскихъ воспоминаніяхъ автора Деруновъ фигурируетъ удачливымъ и ловкимъ нрасоломъ и хозяиномъ постоялаго двора. Но собственно разсказъ застаетъ его уже на гораздо высшей ступени; у него уже четверть уѣзда земли въ рукахъ, скотъ онъ скупаетъ цѣлыми табунами, фабрику миткалевую завелъ, винокуренные заводы арендуете, палаты каменныя себѣ выстроилъ. Слава его настолько гремитъ, что его уже въ акціонерныя предпріятія втягиваютъ, но этого онъ еще опасается. Живетъ Деруновъ съ большой семьей: жена, два сына, сноха, четверо внучатъ, да еще дочь есть, —та на. сторонѣ живетъ съ мужемъ, съ полковникомъ. Однимъ изъ сыновей, женатымъ, Деруновъ очень недоволенъ, даже въ смирительный домъ его за непочтеніе сажалъ; зато снохой не нахвалится, да и вообще въ семьѣ счастливъ. „Теперича мнѣ хоть какую угодно принцессу предоставь, —развѣ я ее на мою Анну Ивановну промѣняю? Спаси Господи! Въ семью-то придешь, —ровно въ раю очутишься. Право! Благодать, тишина; всякій при своемъ мѣстѣ, —истинный рай земной!" Деруновъ —человѣкъ и по внѣшности благообразный и благодушный, всѣми почитаемый. Однако, кое-какія подробности его бесѣды смущаютъ автора. Авторъ хочетъ продать свое имѣніе, и Деруновъ, пользуясь обстоятельствами, тѣснитъ его несообразно малой цѣной. Это —во-нервыхъ. А во-вторыхъ, про свои коммерческія операціи Деруновъ разсказываетъ, между прочимъ, такъ: „Хлѣбомъ нонче за первый сортъ торговать. На счетъ податей строго стало, выкупныя требуютъ, ну, и везутъ. Иному и самому нужно, а онъ отъ нужды везетъ. Очень эта операція нынче выгодная. И скотъ скупать хорошо, коли ко времю, Вотъ въ мартѣ кормы-то повыберутся, да и недоимки понуждать начнутъ, — тутъ только не плошай! —За безцѣнокъ цѣлые табуны покупаемъ, да на винокуренныхъ заводахъ на барду ставимъ. Хорошій барышъ бываетъ", и т. д. Во время этихъ наивно или нагло-откровенныхъ разсказовъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4