««U (j /../ » щ
ЛИСТОК СРОКА ВОЗВРАТА. КНИГА ДОЛЖНА БЫТЬ ВОЗВРАІЦЕНА HE ПОЗЖЕ УКАЗАННОГО ЗДЕСЬ СРОКА Колич. пред, выдач
л^і чт- '■ —----------;.——. .. • """""r ~ -.•..• •■,■■:.■,,
И. Ф. МАСАНОВ^fM ПСЕБДО^ИМО РУССКИХ ПИСАТЕЛЕИ, УЧЕНЫХ И ОБЩЕСТВЕННЫХ ДЕЯТЕЛЕИ В ТРЕХ ТОМАХ ! TOM П ЕРВЫЙ М О С К В A ВСЕСОЮЗНА Я і. КНИЖНАЯ П А:Л A Т A 19 4 1
І 21 Ѵ\Ь\ ■ ' ,•■ .' / 0 MS92989+ И// i ^ПАДИМИРСКАЯ
Памяти Александра Василъевича СМИРНОВА (1854—1918), первого укааавшего мне пути к бибіиографии.
ІЕііпі^ »'■-■•- «
ОГЛАВЛЕНИЕ Стр. I От редакции . , ................ ѴП ; От автора . . ................. XX і Условные сокращения названий основных источников, использованных при составлении «Словаря псевдошшов» . . . XXVI Условные сокращенпя личных имен .......... XLV Другие сокращения, встречающиеся в «Словаре всевдокимов» . . . , ................XLVIl /. Псевдонимы русского алфавита A. —Аясов, Д..................6—96 Б. —Бэта . . . ................97—168 B. —Вячеславов .................169—252 Г. —Гэдист . . ................253-304 Д. —Дятлов . . ................305—352 Е . —Ефимович, Е ..................353—368 Ж. —Жучков, Илья . ..............369-376 3. —Зяблов, Феофан ..►.».......,».377—396 И. —Июньский, М................397—437 -й------ й-ъ ...................437—438 К. —Кяхтинец .................439—522 Л. —Ляшко, Н. ................... 523—572
1:-.
ОТ РЕДАКЦИИ Замена действительного имени вымышленным («псевдоним» в переводе с греческого языка —«ложное имя») —явление весьма распро- ! страненное в литературе, искусстве, науке и политике. Псевдонимами широко пользуются и писатели, и артисты, и деятели революционного движения. Ранее употребление их было в ходу и среди художников: такие замечательные представители изобразительного искусства эпохи Возрождения, как Микель-Анджело и Рафаэль, приобрели мировую славу не под своим собственным именем, а под вымышленными обозначениями, Весьма часто писатели и политические деятели настолько привыкали к употреблению избранного для себя псевдонима, что переставали делать из него тайну, вследствие чего их псевдоним в дальнейшем его употреблении утрачивал уже свое первоначальное назначение —скрывать личность своего носителя —и превращался, таким образом, в литературную фамилию, не имеющую уже в виду задач маскировки. Цели, преследуемые литераторами, политическими деятелями й артистами при замене своей фамилии, чрезвычайно разнообразны. Псевдонимами пользовались люди, не имевшие возможности выступать под собственной фамилией. Произведения осужденного на каторгу за революционную деятельность поэта М. Л. Михайлова не могли появляться в свет под его фамилией; поэтому в 60-е и 70-е годы ц они печатались в легальных журналах за подписью Л. Шелгу- |новой и под другими псевдонимами. Н. Г. Чернышевский, даже по отбытии каторги и ссылки и по возвращении в Европейскую Россию, был лишен права печатать свои произведения под своей изъятой из ,употребления в литературе фамилией. Поэтому ему приходилось прибегать к различным псевдонимам: «Андреев», «Старый трансформист» и др. Революционные деятели в своей практической работе пользоаались псевдонимами в целях конспирации, чтобы сделать невозможным или, по крайней мере, затруднить для органов политического 10
ѵш ОТ РЕДАКЦИИ розыска выяснение их фамилий. Отсюда —исключительное обилие псевдонимов в русской революционной литературе как подпольной. так и зарубежной. Псевдонимы вызывались и сословными предрассудками. Было время, когда литературная деятельность считалась делом неприличным для человека «благородного происхождения». В царской России военным было запрещено выступать в печати без разрешения начальства. Желание обойти этот запрет также порождало применение псевдонимов. К псевдониму прибегали государственные деятели, учитывавшие, что появление их фамилий под печатаемыми ими произведениями может быть истолковано как выступление с выражением мнений всего правительства. Скрываясь под псевдонимом, они желали снять с своих литературных произведений характер официозности. Иногда пользование псевдонимами вызывалось национальными предрассудками, желанием авторов, во избежание различных неприятностей, скрыть свою национальность. Неблагозвучие фамилий также играло известную роль в замене ее псевдонимом. Особенно часто такие случаи встречались среди артистов: «первые любовники» старались найти себе громкие, благозвучные, пышные сценические фамилий, «резонеры» предпочитали фамилий выразительные. В литературе также встречаются псевдонимы, избранные по аналогичным побуждениям. Когда некий Сопляков подписывал свои произведения псевдонимом «Буревой», то, надо думать, он заботился о скрытии не только своего авторства, но и своей настоящей фамилий. Нередко специалисты маскировали псевдонимом свои выступления не по специальности. Так, например, профессор зоолог Н. П. Вагнер, выступая как беллетрист, подписывал свои произведения псевдонимом Кот Мурлыка. Люди, выступавшие одновременно в различных по направлению органах печати, скрывали свою беспринципностъ или политическое двурушничесіво, прячась за псевдонимами. В. В. Роззнов, сотрудяичавший под своей фамилиеи в реакциоином «Новом времени», писал и в либеральной газете «Русское слово», но под пвсевдонимами. Писатели, выступавшие с разоблачением чьей-нибудь противозаконной или неблаговидной деятельности, скрывались под псевдонимами не только для того, чтобы избежать возможных неприятностей со стороны разоблачаемых ими лиц, но и для того, чтобы ііреждевременным выяснением своей личности не затруднить себе собирание материалов для дальнейших разоблачений.
ОТ РЕДАКЦИИ К Особенно часто прибегали к псевдонимам начинающие писатели, не уверенные в своих силах и в успехе своих произведений. В английской литературе под псевдонимами начинали свою литературную деягелыюсть и Ричардсон, и Поп, и Юм, и Вальтер Скотт, и Теинисон, и Рескин, и Томас Гарди, и Голсуорси. Под псевдонимами же впервые выступили на литературное поприще и Гоголь, и Л. Н. Толстой,, и М. Е. Салтыков, и В. Г. Короленко и многие другие. Иногда редакторы журналов и газет требовали, чтобы авторы, участие которых могло —по тем или иным причинам —вызвать протест со стороны других сотрудников, применяли псевдонимы. Так». в 1863 году Н. А. Некрасов поместил в № 8 «Современника» за подписыю П. И. повесть П. И. Мельникова (Печерского) «Благодетельница». По содержанию своему эта повесть ие шла в разрез с направлением журнала, но фамилия ее автора, который по своим политическим выступлениям был известен как реакционер, не могла не смутить товарищей Некрасова по «Современнику». Некоторые псевдонимы обязаны своим возникновением стремлению редактора того или иного издания создать среди читателей впечатление о наличии в этом издании большого числа сотрудников и, таким образом, увеличить его общественное значение. В. Я. Брюсов, издавал сборники «Русские символисты», подшісывался в них, кроме собственной фамилии, рядом псевдонимов из желания продемонстрировать большое число последователей, якобы имеющихся у символизма. Иногда псевдоним призван усилить значение тех высказываний, которые автор развивает в своем произведений. Таково происхождение псевдонимов типа: «Один из многих», «Русская женщина» и т. п. Иногда псевдонимы имеют спекулятивное назначение. Широкая популярность повестей О. И. Сенковского, печатавшихся в «Библиотеке для чтения» под псевдонимом барона Брамбеуса, вызвала появление в 1840 году на книжном рынке книги «Фантастические повести и рассказы Барона Брамеуса». Ясно, что автор книги стремился ввести в заблуждение покупателей и обеспечить сбыт своей халтуры. Громаднып успех романа «Петербургские трущобы. Книга о сытых и голодных» В. В. Крестовского, подписывавшого иногда свои произведения «В. К—ий», побудила неизвестного автора издать в 1866 г. книгу «Варшавские трущобы, роман из жизии обитателей подпольев» за подписью «В. К—ий». В 40-х годах пользовалась болыпой известностыо и выдержала ряд повторных изданий «Ручная книга опытной хозяйки», составленнаэ Екатерішой Алексеевной Авдеевой. И вот, в 1844 г. в Петербурге
X ОТ РЕДАКЦИИ выходит новая «Ручная книга русской практической хозяйки, составленная из многих опытов и наблюдений Катерины А...евой». Все эти случаи употребления псевдонимов, несмотря на их разнохарактерность, объединяются одним общим признаком: желанием «крыть действительного автора под маской вымышленного имени. Таково происхождение громадного большинства псевдонимов. Однако наряду с этим бывают случаи, когда маскировка производится по совершенно иным соображениям. Трудно допустить, чтобы специалист -по истории Франции XVIII столетия, проф. A. М. Ону, подписавший ■свою рецензию на книгу Ардашева <Провинциальная администрация во Франции в последнюю пору старого порядка» —«О. Н. У.», рассчитывал, что фамилия автора останется неизвестной читателям. Прозрачность избраннои им подписи заставляет думать, что автор рецензии •не руководился желанием скрыть свое авторство. Бывали случаи, когда автор сам указывал читателю ключ для раскрытия своей личностн. Автор старинной рукописи «Возражение староверам» закончил ее следующей подписью: «Иже хощет уведати ми имя и се ти написую: пять сториц с пятерицею седьм десятериц с четверицею и десятерица седмиджи и сторица с кончаемою согласною». Если перевести эту подпись на буквы славянской азбуки, то имя автора .рукописи —Федор —откроет ся. He менее легко поддается расшифровке подпись, которую поэт-сатиуик Д. Д. Минаев ставил под некоторыми Мі своими стихотворениями —т-. Очевидно, подписываясь таким псевдонимом, Минаев не имел в виду скрыть свое авторство, а хотел только лозабавить читателя разгадкой несложного ребуса. В юмористических и сатирических журналах обычно встречались псевдонимы шуточного характера, автор которых выбирал себе подпись в расчете увеличить впечатление, производимое его шутками. Такие псевдонимы попадались и в изданиях, не имеющих специально сатирического или юмористического характера. Один из своих памфлетов, напечатанных в заграничном русском революционном журнале «Общее дело», В. А. Зайцев подписал, вместо обычных своих псевдонимов, псевдонимом «Профессор Историомаров»; ясно, что он стремился вызвать у читателя ассодиации, связывающие этот псевдоним с имепем известного историка Н. И. Костомарова. В пародиях псевдонимы употреблялись, между прочим, и для того, чтобы обеспечить читателю поиски пародируемого автора и, таким образом, вскрыть направлеиность пародии. Так, псевдоним Н. А. До- ■бролюбова «Яков Хам» явственно намекал на Хомякова, казенно-патриотические вирши которого высмеивал Добролюбов.
ОТ РЕДАКЦИИ XI * * * ѵі He менее разяообразны и типы псевдонимов. Наибольшим распространением пользуются псевдонимы в точном > смысле слова. і- В данном случае автор, чтобы скрыть свое авторство, избирает т ■ себе произвольное имя и фамилию. Иногда при этом псевдоним — й преднамеренно или случайно —является фамилией иного реально суя ществующего и пользующегося известностью лица. Такие псевдонимы і- В-імеют в библиографической науке спедиалвное название: а л л о я и м і- (т. е. чужое имя). Писательница Н. Д. Хвощинская (Заиоичковская) и с 50-х годов прошлого века пользовалась псевдонимом «В. Крестов1) ский». Когда в литературе выступил Всеволод Крестовский, псевдоі.' ним Хвощинской сделался аллонимом. Во избежание дутаницы и недол разумений ей пришлось к подписи «В. Крестовский» прибавлять ,. в скобках «псевдоним». Это —типичный пример случайного, непредю намеренного аллонима. Нередко встречаются аллонимы, избираемые и сознательно; напр., К. А. Михайлов, сотрудничая в «Осколках», поді а писывался: Н. Е. Гоголь. Подобные сознательные аллонимы употреб- ;е ляются особенно часто в целях литературной мистификации. Одно из іи свонх произведений, направленных против фанатизма и религиозной нетерпимости, Вольтер озаглавил: «Examen important de Milord ■). Bolingbroke ecrit sur la fin 1736». Фамилия известного английского государственного деятеля, лидера партии тори, Болингброка, была :о в данном случае использована Вольтером не только как средство маскировки, но и для того, чтобы придать своему произведению боль- ;ь шую остроту. В 1823 г. в Филадельфии была отпечатана поэма «Напо- %- леон», автор которой некий Лоркэ, в целях мистификации, приписал а- ее брату Наполеона Жозефу, бывшему королю неаполитанскому и исю панскому '. А вот пример из истории русской науки: ориенталист л- Н. М. Йльинский за свои научные работы подвергался преследованиям іе цензуры; поэтому, чтобы облегчить издание составленного им татарв- ского букваря, он выпустил его под фамилией своего ученика е- Ш±- И. Фортунатова. ім Помимо аллонимов встречаются и иные разновидности псевдонимов В точном смысле слова. Таковы псевдоандронимы (мужские о, имена и фамилии, избираемые себе женщинами в качестве псевдониім Мов) и псевдогинимы (женские имена, избираемые для аналоо- гичной цели мужчинами). Псевдоандронимы —явление весьма распроа- ■-------------------- 1 Евгений Ланн. Литературная мистификация. М,-Л. 1940 г.
XII ОТ РЕДАКЦИИ странеішое и в русской, и в иностраниой литературе. Некоторые пн- Ке сателыіицы, выступавшие под муя^скими псевдонимами, приобрели себе | tt мировую известность; таковы Жорж-Занд, Дж. Элиот и др. Особенным |. т распространением такие псевдонимы пользовались в те времепа, когда ^^ выступленпе женщин в литературе рассматривалось как нечто недопу- Г стимое. Примером псевдогинима может служить известный псевдонпм И. П. Мятлева —«Мадам де Курдюкова», или псевдоним П. В. Засо- ^ димского —«Л. Валевская», которым он подписал свой роман «Что ^ сеяли, то и пожали», напечатанный в «Русском богатстве» (1882, ■ W°№ 1-8). с Псевдонимы иногда измышляются авторами совершенно произволыю, fln вне всякой связи с действительностью. В иных же случаях они сохра- М няют такую связь, например, в большом употреблении было превра- _ щение в фамилию отчества; так образовывались псевдонимы типа; аі «Александрович», «Михайлович», «Павлович» и т. п. Иногда псевдо-И нимом делается действительное имя писателя: напр., Александр Капе- ^( левич подписывался «Александр»; Александр Герцен —«Искандер»; | Александр Брюсов —«Alexander». Иногда имена выбирались произ- 0' вольно; например, «Кирилл» —псевдоним А. П. Бржезовского или к «Аврелий» —В. Я. Брюсова. Встречаются псевдонимы, представляющие § собою сокращение действительной фамилни автора («А. Грин»— л А. С. Гриневский, «Н. А. Вроцкий» —А. А. Навроцкий). Часто выби- н раются в качестве псевдонимов имена исторических лиц («Марфа По- ^ садница» —Е. П. Херсонская; «Минин» —В. А. Артемьев) или героев ^ литературных произведений («Ленский», «Онегин», «Лаврецкий», «Ру- g дин» и т. д. и т. п.) и в частности фольклора («Алеша Попович», a «Змей Горыныч»). Используется для создания псевдонимоз и мифоло- g іия (псевдонимы типа: «Зевс», «Фавн», «Перун»). Иногда псевдонимы ^ мужчин образуются из имен близких к автору женщин; так появля- щ ются «Марусины», «Олины», «Тамарины» и др. тому подобные псев- т донимы. Бывают случаи, когда авторы стремятся выразить, в подписи действительные или воображаемые черты своего характера, в резуль- ъ тате чего создаются псевдонимы вроде «Добросердова», «Правдолю- Щ бова», «Примирителева», «Благонравова» и т. п. Псевдонимы такого Ж рода весьма распространены были в русской литературе XVIII века. ( Местожительство автора также иногда служит для выработки Щ псевдонима: «Волжский», «Волынский», «Байкалов» и т. п. Братья *1 Василий и Николай Курочкины подписывали иногда свои произведе- . ния, печатавшиеся в «Искре», псевдонимами «Пр. Знаменский» и «Пр. Щ Преображенский» ва том основании, что первый. из них жил на Зна- | менской, а второй на Преображенской ул. Часто для псевдонимов заимствуются иностранные фамилии. Чернышевский, находясь в ссыл- I
ОТ РЕДАКЦИИ XIII н- ке, отправил М. М. Стасюлевичу свои произведения «Академия лазурое ных гор» и стихотворение «Из Видвесты» для напечатания их в качеП1 стве произведений несуществующего английского писателя «Дензиля Элиота»; при этом переводчицей стихотворения Элиота на русский язык должна была быть обозначена «Лэди Неллиора Уэндель». Во французской литературе XVIII и первой половины XIX столетия для псевдонимов нередко заимствовались русские (или, вернее сказать, казавшися авторам псевдонимов русскими') фамилии. Вольтер подписывался «Ivan Alethoff» и «lean Plokoff»; Кармонтель —«Prjnce Clenrtovv»; Лекклер —«Subwat Kenoff» и т. д., неизЕестный автор — «Tcherebatoff » 1 . Разновидностью псевдонимов являются иарицательные псевдоним ы, состоящие из обозначений, исключающих имя и фамилию автора. Некоторые из авторов, избирая себе псевдоним, исходили из своей национальности («Украинец», «Русская жешцина»), или сословности («Московский мещанин»), или профессии («Приказчик», «Старый профессор»), места своего жительства или рождения («Житель Новооскольского уезда», «Сибиряк», «Москвич»), или своего отношения к описываемому событию («Очевидец», «Участник собрания»), или, наконец, черт н свойств характера, приписываемых себе автором («Правдивый», «Зоркий», «Всеведущий»). Брались в качестве псевдонимов названия вещей, животных, частей тела («Штык», «Змей», ^' «Глаз»). Иногда в нарицательном псевдониме нарочито отвергается ^ев всякая связь с личностью и подчеркивается отсутствие каких бы то У' ни было индивидуальных черт; таковы псевдонимы: «Никто», «Nemo», q>> > «Аноним», «Неизвестный», «Сын своей матери». Так назьшаемые титло10 " йимы отсылают к прежней литературной деятельности автора, напр., ИЬ1 «!Автор семейства Холмских», «Сочинитель» «Д.......ки», (т. е. «ДушеньІЯ' ки»), или отмечают свою роль в том издании, где произведение печа- ^ тіается («Издателъ», «Редактор», «Издатели «Колокола»), Крайним разнообразием отличаются шуточные псевдонимы: «Доремифасолев» (С. С. Гусев); «Дон Педро Собакин» (А. П. Подуров); «Дядя Гиляй» (В. А. Гиляровский): «Емеля Зола» (он же); «Феофилакт Косичкин» (А. С. Пушкин); «Егор Кривоглазый» (К. М. Фофанов). Иногда элемент шутки заключается в искусственном начертании слов, избранных для псевдонима, напр., «Каран д'Аш», «Шут-Ник». Иногда придание псевдониму шутливого характера достигается путем анализа настоящей фамилии автора и отражения ее основных элеменР- тов. Таков псевдоним Н. Г. Чернышевского «Эфиоп»». К шуточным а- .___________ ОВ 1 Грнгорий Книжннк. О псевдонимах русских и французских. «Библиотека ,ІЛ- Для чтения», 1857 г., т. 145. Смесь, стр. 68-69. дэ іу чм :0то й, ю, )азаіа; toіе- )»; 13ли ,ие )Иіси іью- )ГО ка. ки гья вд-
XIV ОТ РЕДАКЦИИ ПС ав псевдонимам близки псевдонимы-ребусы (напр., упомянутое выше Мі\ —г-/и анаграммы (напр., «Окнерузам» —Н. Н. Мазуренко). Особый вид псевдонимов составляют криптонимы, состоящие И{ в замене полной подписи инициалами имени, отчества, фамилни, или тс их сокращениями («В. К-» или «В. К-кий» —В. Крестовский; «Анче»— ПГ A. П. Чехов). Часто при этом сокращения не совпадают с инициа- в лами имени и фамилИи, а избираются независимо от них («Ф. Ф.» — <г и B. И. Ленин). Встречались замены инициалами дсевдонима («Р. Ч.»— га «Русский человек» —Н. П. Огарев; «Т. 3.» —«Тюремный заключен- Іъ ник» —Н. В. Шелгуиов; «Н. Р.» —«Н. Рагодин» —Д. И. Писарев; |F «Н. Т —ов» —«Н. Турчинов» —Н. А. Добролюбов). Иногда в крипто- т ним превращаются нарицательные псевдонимы. А. С. Пушкин подпи- ш сывался «Ст. ар.», т. е. «Старый арзамасец». Тот же Пушкин прибегал 0 к сокращению анаграмм, образованных из его фамилии: «Александр Нкшп» или «Александр Н. П.», или «А. Н. П.». Иногда инициалы ЛІ заимствуются от фамилии автора, написанной иностранными буквами. вг Пушкин пользовался подписью «Р», т. е. латинским «П». К числу ^ криптонимов относятся и подписи, заключающие в себе полностью имя JF автора, сопровождаемое инициалами или какими-либо типографскими значками, напр., «Александр К...» или «Александр ***». нс К псевдонимам относятся также а с т р о н и м ы, т. е. замена под- М( писи автора звездочками, точками, цифрами, тире и всякими BJ другими типографскими знаками, напр., «***», «....»; «-------- »; «1» У1 (В. Л. Кинг) или «1... 16—14» (А. С. Пушкин). " Многие писатели имели большое количество псевдонимов. Так, (• напр., Дефо имея 21 псевдоним, Свифт И Стендаль около семидесяти, ѵ Вольтер до двухеот. По вполне понятным причинам особеано часто ■? псевдонимы употреблялись в органах прессы революционных и на- rf строенных оппозиционно по отношению к существующему порядку и щ!. правительству. ' с: Г, * сі и рг Может быть, ни в одной стране не наблюдалось такого обилия псевдонимов, как в царской России. Это вызывалось тяжелыми цензурными условиями, в которых находилась русская печать. Немецкий библиотековед Эрнст Дран в своей статье о псевдонимах в русской революционной литературе отмечает в качестве характерного и пора-
ОТ РЕДАКЦИИ XV жающего иностранцев явления исключительное обилие всякого рода псевдонимов в России 1 . После Октябрьской революции большинство мотивов, побуждавших авторов пользоваться псевдонимами, отпало. Тем не менее обычай заие менять действительную авторскую подпись выдуманной не рсчез. МалО' ли того, он получил неожиданное, на первый взгляд, развитие и рас- _ пространение. Повышение культурного уровня населения, возросшив іа. в сСго среде спрос на литературу, небывалое в дореволюционнои Рос- _ сии развитие периодической прессы, появление местных журналов и _ газет в самых отдаленных закоулках Советского Союза —все это , н. вызвало быстрый рост новых писательских кадров. ,Создается цела» ;в; армия рабкоров, селькоров, военкоров, юнкоров. Употребление псевдо- ■ 0 . нимов среди них стало явлением настолько распространенным, что лет [и. пятнадцать тому назад вызвало в прессе полемику о возможности и ал о пределах допустимости пользования псевдонимами. Противники псевдонимов указывали, что за псевдонимами теряетс» личность рабкора и селькора и понижается ,его авторитет. «Игра в прятки развивает у рабкоров психологию безответственности: написал —и ладно, а там редакция вывезет» («Рабочий корреспондент»,. 1924 г., № 1, стр. 54). Полемика показала, что настаивать на полном отказе рабкоров от пользования псевдонимами невозможно. Достаточно вспомнить нашуlfl . мевшее в свое время убийство селькора Григория .Малиновского, прими влечшее к себе внимание всего Советского Союза, чтобы признать, что .j^ употребление псевдонимов часто вызывалось необходимостью и помогало рабселькорам в их разоблачительной работе. В 1933 г. «Правда» JK (№ 289, статья «О действенности и псевдонимах»), признавая, что ги ' <засилье псевдонимов обезличивает газету» и что псевдоним должен г ^ быть «не правилом, а исклгочением», указывала на то, что редакции іа . газет иногда плохо защищают селькоров от преследований и что бы и вают случаи, когда заметка, написанная селькором, посылается на рае следование тому самому негодяю, которого селькор разоблачает, «Изжить псевдоним одним ударом, —писала «Правда», —невозможно, Газета к каждому случаю письма должна подходить особо. Иногда, скажем, в случае разоблачения классового врага и его вредительства, и самой газете, может быть, невыгодно сразу «открыть свои карты» расшифровать классовому врагу, кто именно и откуда его разоблачает». * * .Zentralblatt fur Bibliothekswessen" 1925, № 1, с. 31-35
■JE I xvi OT РЕДАКЦИИ Несмотря на to, что b русской литературе псевдонимы были явлением, более распространенным, чем в других странах, русская лите- , ратура о псевдонимах крайне бедна. Мы имеем всего только несколько небольших словарей псевдонимов, последнии и наиболее полный из которых —«Опыт словаря псевдонимов русских писателей», составленный В. С. Карцовым и М. Н. Мазаевым и изданный в 1891 г., включал всего лишь 4754 псевдонима. Между тем раскрытие псевдонимов —дело чрезвычаино важное для истории русской литературы, публицистики, журналистики и науки. Приведем несколько примеров, показывающих, к каким грубым ошибкам приводит отсутствне проверенных сведении о псевдонимах и справочников соответствующего типа. В 1859 г. в № 6 «Современника» была напечатана статья «Шекспир в переводе г. Фета» за подписью: «М. Лавренский». Статья эта приписывалась Н. А. Добролюбову и была включена в собрани© его сочи- Щ нений, вышедшее в 1912 г. под редакцией М. К. Лемке, и во II том с Полного собрания сочинений Добролюбова, изданного Гослитиздатом j в 1935 г. Между тем, как выяснилось впоследствии, автором этой статьи был не Добролгобов, а Д. Л. Михаловский. В 1911 г. П. Н. Сакулин нашел рукопись рассказа «Первый день праздника», подписан- | ного «А. Волгин». Зная, что под псевдонимом «Волгин» (без инициалов), в «Современнике» были в 1858 г. напечатаны стихотворения Добролюбова, Сакулин счел его автором найденного им рассказа. Рас- s сказ этот был опубликован Сакулиньш в «Русских ведомостях», как произведение Добролюбова, а затем включен в собрания сочинений До- ^ бролюбова, вышедшие под редакцией: одно —Е. В. Аничкова, другое "1 М. К. Лемке. Между тем, автором этого рассказа был не Добролюбов, І1 а сотрудник «Искры» 60-х годов A. Н. Иволгин. Ошибка цроизошла * потому, что ни Сакулин, ни Аничков, ни Лемке не зиали, что подпись s «А. Волгин» была обычным псевдонимом Иволгина. Приведем еще один аналогичный пример: в разделе «Свисток», напечатанном в № 4 * «Современника», 1863 г., были напечатаны три заметки, подписанные псевдонимом: «Мих. Змиев-Младенцев». Автором всех этих заметок считается М. Е. Салтыков. В последние годы выяснилось, что хотя две из них действительно были написаны им, но третья («Песнь московского дервиша») яринадлежала перу другого сотрудника «Современника», впоследствии ренегата-нововременца В. Буренина. Таким образом оказалось, что псевдоним «Мих. Змиев-Младенцев» был общим для Салтыкова и Буренина. Отсутствне словаря русских литературных псевдонимов приводит к тому, что иногда весьма осведомленные исследователи впадают в ошибкн. Приведем в пример В. Е. Евгеньева-Максимова, большого ............' ...........■■ .....ятштшщжш
ОТ РЕДАКЦИИ XVII знатока истории русской журналистики и, в частности, истории журнала «Современник». Мы упоминали выше о повести П. И. Мельникова (Печерского) «Благодетельница», напечатанной в 1863 г. в «Современнике» за подписью «П. И.». Евгеньеву-Максимову не удалось установить, кто был автором этой повести 1 , а между тем на прияадлежность ее Мельникову было указано еще в 1911 г. в библиографической перечне его произведений, напечатанном в IX т. «Действий Нижегородской губернской архивной комиссии». Осталось В. Е. Евгеньеву-Максимову неизвестным и то, что под инициалами ІГ. 3. писал в «Современнике» Н. В. Шелгунов, хотя этот псевдоним давно уже раскрыт. Тот же Евгеньев-Максимов приписал Н. Г. Чернышевскому одну статью, напечатанную в 1859 г. в «Современнике» за подписью «В. Тунеев». Между тем этот псевдоним принадлежит 'Р не Чернышевскому, а другому лицу. и ' Приведенные примеры показывают, насколько необходимо создание и ' справочника, посвящеиного расшифровке русских псевдонимов. Гаким )м справочником является «Словарь псевдонимов», составленный И. Ф. ' м Масановым. зй В заключение скажем несколько слов о самом И. Ф. Масанове я его работе. 1 Иван Филишювич Масанов родился в 1874 году, в с. Новом, Владимирской губернии, в семье крестьянина-каменщика. Трудовая жизнь И. Ф. началась рано. По окончании сельской школы он был послан в Москву на заработки. Работал каменщиком, ла маляром, кровелыциком, упаковщиком, рассыльным, конторщиком, сь кассиром. це Исключительное трудолюбие и тяга к самообразованию помогли 4 И. Ф. достигнуть почетного положения в рядах русских библиограьіе фов. Деятельность И. Ф. в области библиографии отличается исклюок чительным размахом и широтой тематики. Краеведческая библиография тя <Владимирского края), персональная библиография (Чеховиана), анали- [0 . тическая библиография ряда периодических изданий («Русский архив», )е . «Молва»), библиография юмористических журналов и листков и т. д. — им на всех этих участках библиографической работы т. Масанов прояв- ,5. ляет глубокое знание материала, глубину исследования, научность гдт * В, Е. Евгеньев-Максимов. «Последние годы «Современника». Л. 1939 г., с. 205 ,„^ 5- Е- Евгеньев-Максимов. «Современник» при Чернышевском и Добролюбове». Л. ют 1936 г., с. 335. ЗГО
ХѴПІ OT РЕДАКЦИИ методов, профессиональную точность. Наиболее плодотворно развернулась творческая работа т. Масанова после Великой Октябрьской Социалистической револіоции, предоставившеи ему возможность отдавать любимому делу не редкие часы досуга, а все свое время. Среди библиографических трудов И. Ф. Масанова особое значение имеет составленный им словарь псевдонимов, работе над которым он посвятил сорок лет. Еще в 1904 г. И. Ф. Масанов, имея в виду опубликовать свой словарь, разослал русским писателям обращение, в котором просил их сообщить ему свои псевдонимы. Это обращение вызвало совершенно неожиданное выступление со стороны. А. В. Амфитеатрова. В № 308 газеты «Русь» он поместил под псевдонимом «Абадонна» статью, в которой протестовал против затеи Масанова, усмотрев в ней покушение на «лптературную собственность». Указав, что «посягновение» на псевдоним является, по общепринятому мнению, «одним из самых тяжелых литературных преступлений», Амфитеатров заключал, что обращение И. Ф. Масанова надлежит рассматривать или как «бессознателыный плод наивности и незнакомства с писательскими правилами и этикою», или как исходящую из злонамеренных соображений попытку, «близкую к шантажу пополам с доносом». Конечно, для такого нелепого заключения не имелось никаких оснований. К счастью, далеко не все писатели отнеслись к предложению И. Ф. Масанова так, как Амфитеатров. Многие из них охотно раскрывали ему свои псевдонимы. Ряд историков и летаратуроведов считал необходимым сообщать Масанову о всех вновь раскрытых им псевдонимах. В этом нашло себе выражение сознание, что дело, которому посвятил свои силы И. Ф. Масанов, является делом общенациональным, в успехе которого заинтересованы все, кому дорого изучение истории нашей художественной литературы, публицистики и науки. Выступление Амфитеатрова не обескуражило И. Ф. Масанова и не побудило его отказаться от задуманной им грандиозной работы. В результате многолетнего неутомимого труда И. Ф. Масанов составил словарь, охватывающий свыше 60 000 псевдонимов. Настоящее издание включает не весь собранный И. Ф. Масановым материал, а приблизительно лишь седьмую или восьмую часть его. Оно охватывает, по возможности, всех писателей, ученых и политических деятелей, оставивших более или менее заметньщ след в истории русской общественности, литературы и науки, и стремится с возможной полнотой учесть псевдонимы, появлявшиеся на страницах тех периодических изданий, которые представляли основные политические, литературные и научные направления. Поэтому даже в настоящем
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4