s^ L-- .* ma mк o в ъ, c. c. Когда же иепанскіе владѣтели сдѣлались католітками и ревноетными защитникаыи этого культа, то авторитетъ іерархіи получилъ рѣшцтельное преобладаніе какъ надъумаминарода, такъ и надъ свѣтскою вдастью. Въ это вреыя мы видимъ церковные соборы, которые, моашо сказать, уяравляіотъ Испаніей; видимъ королей, которые, являяеь иередъ этиыи соборамп, емиреннопадаютъ ницъ; видимъ епископовъ, которые касспруютъ рѣшенія свѣтскихъсудовъ; видпмъбогатоеи сильное духовенство, которое ревниво стережетъ чистоту народной вѣры, проповѣдуетъ ненавистько всякой ерееиц утверлвдаетъ въ народѣ убѣжденіе, что короли имѣютъ право на свои престолытолько подъ условіемъ вѣрности и повинове.нія церкви, которая является, такимъ образомъ, абсолютною повелительницепкоролей и народовъ въ земпой и рѣшительницею ихъ судьбы въ загробной лшзни. Католицизмъ, политпческая сущность которагосостоитъвъ порабощеніи народовъдерковноі аристократіи, начинаясъ папы, сядящаго въ Римѣ, и оканчивая поелѣдниыъ босоногимъ монахоыъ, — католицпзлънигдѣ въ Европѣ не достигалътакого могущества, какое онъ еще въ УП столѣтіи укрѣпилъ за собою въ Испаніи. Онъ былъ уже всссиленъ, когда въ "VIII в. арабывътеченіе трехъ лѣтъ завоевали эту етрану и превратилиее въ самыйцвѣтущій уголокъ Европы, оттѣснивъ иепанцевъ въ педоступныя мѣстностп сѣверо-западныхъ окрапнъ полуоетрова. Читатель можетънанти у Дрэиера блестящую картану цивилнзаціи испанскпхъарабовъ, которые внеслп въ Европу высокую матеріальпую культуру, довелп до совершспства разпообразныя отрасли промышлевности, торговли и общежитія, а свошш университетами,своейфилософіей, ыедицинскоюнаукойичрезвычайноважными изслѣдоваиіями въ областн естествознанія, физики и ыатеыатикидали сильнып толчокъумственному развитію Европы, юношество которой отаравлялось учиться въ ихъ университеты. Примѣромъ этой цивилпзацін многіе, въ томъ чиелѣ и Дрэперъ, доказываютъ, что магометанствоблагопріятпо и, во всякоыъ случаѣ, не врааадебно умственномуи граясданскому развитію народовъ. Но дѣло въ томъ, что дивилизація испанскпхъ арабовъ, насколысо она закліочала въ себѣ гуман ныхъ и раціональныхъ элементовъ, стояла относительно принциповъ мусульыанствавъ такомъ же точно противорѣчіи, въ такомъ иаходилось цивилизація эпохи возрожденія относительно католнцазма. Какъ въ эту эаоху, подъ вліяніемъ радіопализма, въ обществѣ распрострапились любовь къ зпанію, чувства терпимости и ацтиаскетическоеміросозерцаніе, такъ что въ духовенствѣ п дазке на ііапскомъ престолѣ явилпсь свободомыелящіе фплософы, точно такъ и въ магометанскоп Испаніи наука и разумъ подорвалн мусудьиинскія традидін, смягчили мусульманскія чувства и парализировалп дѣпствіе прпыциповъ ііорана. Какъ бы то ни было, но арабы и все арабское возбуждаливъ испанцахъсамуюостервепѣлую ненависть. Коранъ и мечетибылпвъ глазахъ католиковъ дѣломъ сатаны и трижды треклятаго аиостола его, Магомета. Но не ыенѣе, чѣмъ кораномъ и мечетыо, возмущались испанцы арабскойнаукой, арабскимиуниверситетами,даже арабскою цвѣтущею промышленностьн) и чистоплотностыо. Началась восьмисотлѣтняя народная борьба съ арабами, борьба за вѣру, окончательно отожествленнуюсъ испанскоюнаціональностыо, борьба, полная отвагп и энергіи, прославленная безчисленнымъмножествомъсверхъестественныхъчудесъ, руководимая духовенствомъ, поднявшая его на неизмѣримую высоту въ глазахъ народа и воспитавшая десятки поколѣній въ понятіяхъ краиняго суевѣрія и фанатизма, отыѣченныхъ всѣмъ пыломъ южной страсти. Эта многовѣковая борьба имѣла рѣшительное вліяніе на судьбы народа. Опа пріучила послѣдній къ авантюризмуи надолго утвердила въ Испаніи преобладаніе полукочевого пастушескаго быта надъ земледѣліемъ, развитіе котораго было невозможно при военныхъ обстоятельствахъ. Милліоны нищихъ и суевѣрныхъ испанцевъ шагъ за шагомъ завоевывали свою родную почву и, истребляя арабскую дивилпзацію, превращали въ пустыню етрану, возведенную невѣрными на высокую степень благосостоянія. Вырубались роскошные арабскіе сады, разрушались величественныя зданія, иамятники искусстваи науки, уничтолсалисьводопроводы, солсигались на кострахъ нечестивыя арабсгѵія книги, и когда, наконецъ, въ исходѣ XT столѣтія испанцы осадили послѣднее убѣжище арабовъ, Гранаду, то этотъ городъ былъ раемъ сравнительно съ остальной Испаніей, которую правовѣрные католикипревратиливъ жалкую, варварскую етрану, усѣянную развалинами и пепедищами. Бѣдность и неразлучныя съ нею болѣзіш еще бодѣе усилили презрѣніе къ миру, проповѣдуемое католичествомъ, и вѣру въ духовенство, хлопотавшее объ истпнномъ, неземномъ счастіи своего народа и приведшее послѣдній подъ своимъ знаменемъ къ рѣшительной побѣдѣ надъ магоиетанскойлуной, Нищій и погрузившійся въ варваретво народъ началъ счнтать себя спасителемъ и едпнственнымъ защитникомъ вѣры, благочестивѣйшей надіей, новышъ Израилемъ. Истребленіе невѣрныхъ сдѣлалось задачей, на достпженіе которой духовенство обратило всѣ силы народа, а религіозная нетерпимость—надіональною страстыо, подъ вліяпіемъ которой испанцыпревращались въ какихъ-то демоновъ-истребителейи заливали міръ человѣческою кровью. Евреи, которые подъ владычеетвомъ мавровъ оказывали блестящіе успѣхи не только въ торговлѣ и промышлепности, но и въ наукахъ, были первою жертвою пароднаго фанатизма. Ихъ жестоко нреслѣдовали и истребляли тысячами еще до окончательной побѣды надъ арабами. Ихъ крестили въ католичество огнемъ и мечомъ и потомъ сожигали на кострахъ за возвращеніе въ іудейство. Наконецъ, когда арабское владычество совсѣиъ пало, духовенство потребовало совершеннаго истребленія или изгнанія всей еврепской расы, распространяя нелѣпыя обвине- .ІУ^ Y
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4