657 првутскш погроиъ въ 1758—17 GO г. Ь58 Крыловъ нашелъ эти вѣдомости и составилъактъ. «включа въ оный таковыя рѣчи: брто бы оныхъ вѣдоыостей комиссія требовала многими указами, точно де онѣ донынѣ магистратомъутаены и представлено было, якобы сочинить таковыхъ вѣдомостей вскорѣ невозможно»; на самомъ же дѣлѣ, «онъ, Крыловъ, этихъ вѣдомостейне требовалъ, a велѣлъ сочинить вновь». Но запуганиые Крыловымъ бургомистръБречаловъ, ратманы: Верховцевъ, Глазуновъ и, шліонившій Крылову, Елезовъпризнали себя виновными въ утайкѣ вѣдомостей и подписалиупомянутыйактъ. Тотчасъ-жебыла призвана команда, принесены кандалы, и всѣ члены магистрата были арестованы и закованы. Въ дополненіе къ упомянутому акту бургомистрыБречаловъ и Ворошиловъ, подъ приетраетіемъ и подъ диктовку Крылова, показади: >.<вѣдоиости оныя въ комиссію не отосланы были затѣмъ, что признаны магистратомъ фальшивыми, потому что въ тЬхъ вѣдомостяхъ поішано въ сборѣ сверхъ окладу въ приборѣ великая сумма до 800,000 рублевъ, и якобы оные въ тѣхъ ясе годахъ всѣ въ расходѣ, каісовымъ великимъ расходамъ быть не можно; и для того оные отъ комиссіи были утаены и не объявлены по общему всѣхъ согласію» *). Члены магистрата были отведены въ острогъ. Затѣмъ, во главѣ своихъ чиновниковъ и военной команды, Крыловъ отправился по домамъ и давкамъарестованныхъ магистратскихъчленовъ и другихъ богатыхъ кунцовъ. Произошла отвратительная, потрясающая сцена. Крыловская ватага врывалась въ домъ, вверхъ дномъ нереворачивала его, рылась въ сундукахъ, запечатывала ихъ и жилыя комнаты и амбары, выгоняя жильцовъ куда-нибудь въ кухню; женщины и дѣтивыли или, разбѣгаясь, прятались на сѣновалахъ, въ садахъ, баняхъ. Хозяевъ, къ общему ужасу ихъ семей, арестовывали, забивали въ кандалы и отправляли въ острогъ. Осмотрѣвъ и запечатавъдома, крыловская шайка направилась къ лавкамъ, и, порядочно поживившись въ нихъ, запечатывалаи лавки. Было apeстованосемьдесятъчетыречеловѣка, считая въ томъ числѣ и магистратскихъчленовъ. На завтра, 1-го іюня 1750 г., всѣ арестованные приведены въ комиссію, и имъ объявлено, «чтобъ они въ похищенныхъ интересахъ добровольно признались, a въ случаѣ упорства, ихъ будутъ нриводить въ застѣнокъ, а когда и по тому не признаются, то и на виску поднииать». Бречаловъ, испугавшисьпытокъ, подписалъ слѣдующее признаніе, сочиненное Крыловымъ: «выкурка вина на казенныхъ заводахъ, которые были тогда въ магистратскомъсодержаніи, нроизводилась въ истинѣотъ 50 до 60 к. ведро, а нисалась въ магистратѣ отъ 1 рубля и выше; такожъ приставникимуки и солоду, хмелю и дровъ на выкуренное вино прикладывали излвшнее, коихъ излишнихъ въ каждый годъ тысячъ по десяти было, и тѣми деньгами онъ, Бречаловъ, и прочіе корыстовались, и дѣлили по себѣ, *) Дѣйстііительно. трудно повѣрить. что съ 1729 по 1745 г., въ шестнадцать лѣтъ. магистратъ могъ израсходовать 5акоіінымъ образомъ 829,000 руб. и бирали себѣ отъприставниковъбезденежновино, и на приготовленіе припасовъ магистратскіе судъи чинили подряды подъ чужими ииенамисъ повышеніемъ цѣны; и такъ излпшекърасиолагадсяпа выкуренное вино, а иотому цѣна возвышадась, a интересъ уыалялся». Въ то же время, подслуживавшій и шпіонившій Крылову на другпхъ, ратманъ Блезовъ подписалъ сочиненный сдѣдователемъ отъ его имени доносъ, ііодтверждавшій всѣ обвиненія Глѣбова. Признаніе Бречалова, доносыЕлезоваu другихъ, наконецъ, нѣкоторыя открытія самогоКрылова такъ правдоподобны, такъ согласны съ тогдашнимипонятіями, обычаями, практикой, что нельзя нисколько сомиѣваться въ достовѣрности лногихъ закліочающихся въ нихъ повазаній, что было признано и сенатомъ уже въ то время, когда, по настоянію п подъ руководствомъ самой Екатерины, онъ разсматривалъ это дѣло совершенно безпристрастно. Правда, что злоупотребденія были преувеличены, что Крыловъ привлекъ къ дѣлу множество лицъ не на основаніи ихъ виновности, a единственно съ цѣлыо ограбить ихъ, яо все-таки злоупотребленія несомнѣнно были, хотя иркутскія хроникп, составденныя людьми, близкимикъ пострадавшимъ, положительно отрицаютъ ихъ. На основаніи упомянутыхъ признаній и доносовъ, кромѣ арестованныхъ семидесятп четырехъ человѣкъ, Крыловъ привлекъ къ дѣлу еще сто человѣкъ иркутсквхъ кунцовъ, которые «винились въ разныхъ по кабацкому сбору интересованіяхъ». Допросы производились подъ плетьми и палкамп, при чемъ самъ слѣдователь, сильный, громадный, здоровый мужчина. съ налитымикровью глазами и «рыкая, аки девъ», билъ кунцовъ по лицу кулаками и тростію, вышибалъ имъ зубы, таскалъ за бороды. Когда Бречаловъ подписалъ упоыянутое уже признаніе. всѣхъ подеудимыхъ вовели въ крѣпость въ застѣнокъ; жены, сестры, матери несчастныхъ сопровождадп эту процессію, раздирая воздухъ своими вопдями и умоляя о милости грознаго ревизора. Начались ужасныя истязанія, продолжавшіяся нѣсколько дней; около сотнигражданъ по нѣскольку разъпредаваласьпыткамъ; ихъ драли плетьми, кнутами и падками, подпимали на дыбу, жгли огнемъ. Упомянутый уже Едезовъ сообщилъ Крылову о степени зажиточностикаждаго изъ подеудимыхъ и съ кого сколько можно выбить денегъ. Крыловъ, поэтому, не довольствовался однимъ призпаніемъ виновности, а сѣкъ и иыталъ до тѣхъ поръ, пока истязуемый не прпзнавалъ себя виновнымъ въ похищеніи изъ казны суммы, требуемой ревіізоромъ на основаніи елезовскихъ свѣдѣній. Дольше всѣхъ не признавался первый иркутскій капиталистъ, купецъБичевинъ, имѣвшій обороты на всю Сибирь и столысо богатства, что въ его подвалахъ стояли цѣлыя бочіш съ мѣдною и серебряною монетой, а въ народѣ говорили, что по ночамъ къ нему детаетъ зиѣй и носитъ золото. Бичевина сѣкди и пытали нѣсколько дней; но старикъ былъ упоренъи не при• знавался. Наконецъ, его въ послѣдвій разъ под-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4