ѵ-чч- яя 687 РОССШСКО-АМЕРИКАНСКАЯ КОМПАНИІ. 6Я8 почти алеуты были перебитыамериванцамй.Когда французекое судао возвратилось къ Кадьяку, то правитель началъ посылать новую иартію алеутовъ и послалъ бы ее на явную гибель, если бы этому не воспротивились французскіе матроеы. Кроиѣ промысла бобровъ, алеуты употреблялись на разныя другія работы: напостройки, рубку лѣса, рыбную ловлю, обжпганіе кирпичейи т. д. Когда компанія начала дѣлать попытви къ разведенію хлѣбоаашеетва, то, вмѣсто скота, въ неуклюжіе, тяжелые плуги заставдяли впрягаться алеутовъ. Женщиныи старикитакжеобязаны были работать на компашю; первыя собиради ягоды, заготовляли рыбу, шили платье изъ собетвепныхъ матеріаловъ; это платье сдавалось въ компанейскія лавки, изъ которыхъ продавалось тѣмъ же адеутамъ. Старики обязаны отыскивать птичьи яйца, обыкновенно находящіяся въ гнѣздахъ на устуяахъ скалъ, Для этого нужно спускатьсясъ вершины скалы на ремняхъ, которые часто перетираются объ острые камни, и промышленникъ летитъ стремглавъ въ пропаеть. Всѣ эти работы производились въ разныхъмѣстахъ колоній, и алеуты, какъ мы уже сказали, развозились по этимъ мѣстностямъ, отрываемые отъ семьи и отъ родины. Жены, дѣти и престарѣлые родители ихъ, лишившись лучшихъ работниковъ своей семьи, принужденыбыли бѣдствовать, питаться древесною корой, ракушками, морской дадалыо, выбрасываемою на берегъ, умирать съ голода иногда цѣлыми поееденіями. Кромѣ того, это отрываніе мужей отъ женъ препятствовалодѣторожденію и деморализировалоалеутовъ, сильно привязанныхъ къ своей семьѣ, къ родному очагу. Плата алеутамъза ихъ работы никогда не была достаточною. Въ тридцатыхъи сороковыхъ годахъ алеуты-работники получали отъ 100 до 200 р. въ годъ, но эіи деньги по тамошнейдороговизнѣ ничего не значатъ. Къ тому же, алеуты получали плату не деньгами, а товарамиизъкомпанейскихъ лавокъ, —товарами худыми и чрезвычаино дорогими. Занимающіеся бобровыыи промысламиалеуты получали не годовое жаловэнье, а за каждаго добытаго имъ звѣря отдѣльно, по такеѣ, составленной безъ всякаго съ ихъ сторонысогласія коипаніей. Бобръ цѣнился прежде отъ 15 до 30 р. асс, а въ послѣднее время въ 50 р. асс; но и этацѣна очень низка; даже кодоши, нолучающіе за бобра не 50, a 140 p., считаютъ эту нлату неудовлетворительною. «Занятые почти постоянно илипромыслами, или приготовленіемъ къ нимъ,—пишетъ г. Годовинъ, —алеуты не имѣютъ времеаидля какихъ-нибудь другихъ занятій, изъ которыхъ могли бы извлекать свою пользу. Сравниваяколичества уловленныхъ бобровъ съ числомъ взрослыхъ алеутовъ, окажется, что на каждаго промышленника не придется въ годъ и одного бобра, слѣдовательно, менѣе 50 р. асс, такъ что этой суммы, вмѣстЬ съ платою за шкуры земляныхъ звѣрей, едва будетъ достаточно на одежду и предметыпервой нсобходимости, и ничего не останется алеуту для устройства своего быта». Не даромъ же алеуты постоянно жаловались на слишкомъ низкую цифру задѣльной пдаты, постоянно просили прпбавки. Женщинамъ, старикамъи дѣтямъ плата самая ничтожная; такъ, за нѣсколько парокъ, сшитыхъ изъ собетвенныхъеврашечьихъ шкуръ, компанія дарила алеуткаыъ иголки для шитья, да иногда давалачтопибудь въ родѣ дрянной холщевоп рубахи, а тоеншамъ—папушу табаку; чаще всего ничего не давала. Послѣднее часто случалось и съ инородцамипромышленниками; служитъ, елужитъ бѣдный дикарь компаніи, выслужитъ рубдей тысячу, но не можетъ ни выручнть долгу, нивырваться изъ лапъ компаніи домой. Подобиыхъслучаевъ бывало очень много. Часто промышленники заставляли инородцевъ работать на себя или на компанію не обѣщаніемъ нлаты, а угрозами и палкою. Нѣкоторые алеуты, извѣстные подъ именеиъ касоръ (невольниковъ), наряягались сплошь да рядомъ на разныя работы безъ всякой платы, только получалииногда отъ компаніи дрянную одежду да никуда негодную обувь. Содержаніе алеутовъ, работающахъна компанію, всегда было плохое. -<Возмутительно видѣть—пишетъ Лангедорфъ—этихъ полуголодныхъ, полунагихъ людей, работающнхъ, какъ арестанты, когда знаешь, что въ комнанейскихънагазинахъесть и провизія, и одежда!> Пища алеутовъ—рыба, китовина, жиръ, часго гпилые, вредныедля здоровья, да и тѣхъ недостаточно. Отправляеиыенадальніе промыслы алеутычасто умирали съголода. Хлѣба они почти и въ глава не видывали; въ послѣднее время даже компанія пришла къ убѣжденію, что алеутовъ вредно кормить хлѣбомъ, по мѣстнымъ, дескать, условіямъ! Алеуты же говорятъ, что они любятъ хлѣбъ, но «просигаь, просишь, — не даютъ, говорятъ, что нѣтъ; заплачешь иногда, да уйдешь домой!» Многіе путешественникиначала'нынѣшняго сто■ лѣтія оапсываютъ видѣнныя ими лсилиіца алеутовъ, построенныя для нихъ комііаніей, какъсамыя неудобныя и нездоровыя. < Каоюимы, въ коихъ живутъ алеуты,—говоритъ Лазаревъ, —со • стоятъ изъ двухъ сараевъсъразными отдѣленіями, нодобными стойламъвъ кошошняхъ. Смрадъ и нечистота жилища, гдѣ помѣщается 150 алеутовъ съ ихъ женами и дѣтьми (въ лѣтнее время, по случаю промысла, чиело сіе увеличиваетсядо 500), ужасаютъ и не позволяютъ путешественникуимѣть подробнѣишаго познаніи о ихъ домашнейжизни». И въ поелѣднее время эти жилища нисколько не ушли отъ прежнихъ. Въ сырыхъ и темныхъ кажимахъ биткомъ набитые алеуты выдѣлываютъ шкуры и лавтаки для баидаровъ, чистятъкишки и т. п.; вее это прѣетъ, гніетъ ипроизводитъ нестернимую, самую возиутительную вонь. А между тѣмъ компанія въ своихъ отчетахъ постояано говорила, что алеуты живутъ въ опрятныхъ, свѣтдыхъ и простирныхъдомахъ! Онаноставляласебѣ также въ заслугу, что собрала разсьшанныхъна болыпія пространстваалеутовъ въ нѣсколько большихъ поселеній. Но вотъ что говоритъ объ этой мѣрѣ г. Головинъ: «алеуты дѣйствительносоеди-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4